Капитан нервно сглотнул и ещё раз вернулся в причиняющее боль прошлое. Ему показалось или нет? Это воспоминание или лишь проекция измученного бессонницей разума?
Нет, он не поверит в смерти Мелча и Эрера, пока сам не увидит их трупы. Склепы вскроет, если потребуется. Это, конечно, сумасшествие, но кто узнает? Родня Прейзера вряд ли позволит похоронить его в семейном склепе, а значит, останки друга нужно искать в усыпальнице СИБа. Семья Мелча — другое дело. Наверняка настоит на том, чтобы тело оставили на Севере.
Он достал два флакончика с кровью напарников, но поисковое заклинание снова ничего не показало. Запускать его слишком часто не получалось, слишком мало было материала, и теперь на дне осталось по одной лишь капельке.
Ладно, к чему эти мрачные мысли? В воспоминаниях Десара друзья ещё живы, и оба саркастично ухмыляются. И останутся таковыми, пожалуй, навсегда. В конце концов, они с Кайрой тоже признаны пропавшими без вести, и поисковую операцию скоро свернут, по регламенту она длится ровно месяц. Агент СИБа не ждёт, когда его спасут, он сам обязан вернуться во что бы то ни стало, а если не вернулся, значит, погиб — тогда нет смысла продолжать бесполезные поиски.
К закату Десар закончил работу. Теперь у них была пусть хлипкая и сомнительная, но всё же защита от солнца. Весил полог, правда, куда больше, чем хотелось бы, но идти до леса вряд ли придётся дольше ночи, а одну ночь он уж как-нибудь сдюжит и дотащит его.
Кайру Десар нарочно не будил. И дело не только в том, насколько сладко и нежно она сопела, хотя и в этом тоже. Просто хотел дать ей возможность набраться сил после боя и собирался сам отдохнуть пару вечерних часов перед тем, как на небосводе появится Геста, такая же прелестная и заспанная по вечерам, как его собственная луна.
Хотя выглянет ли богиня сегодня?
Над рекой постепенно поднимался туман, а небо затягивало сизой дымкой.
К моменту, когда Кайра проснулась, Десар наудил рыбы и дважды опустошил ловушку с подтухшей приманкой, достав несколько десятков крупных, злобно вращающих глазами и топорщащих клешни раков.
— Никогда таких не пробовала… — тихо проговорила напарница, садясь на ковре, и вдохнула исходящий от углей аромат. — Пахнет очень вкусно. Спасибо.
— Я подумал, что после боя ты проснёшься со зверским аппетитом. Правда, сам я уже поел, не стал ждать тебя. Хотя знаешь… Пожалуй, составлю тебе компанию. Я же не животное какое-то, чтобы есть, только когда голоден.
Десар передал Кайре проткнутую тремя заточенными палочками рыбу и пододвинул к ней деревянную тарелку с обсыпанными пеплом раками. Они ещё шипели изнутри, а панцири были огненными. Запах стоял такой, что кружилась голова. Или это от переутомления? Десар в теории мог и два дня кряду провести без сна, но это был предел его возможностей, к которому он старался никогда не подходить.
Почти месяц вынужденного похода измотал их настолько, что оба нуждались в отдыхе и нормальной еде. Когда они выберутся из остодраконевшего леса, Десар купит десять разных тортов и с удовольствием поможет Кайре с ними расправиться. Пусть обычно он не особо охоч до сладостей, но теперь собирался сделать исключение.
— Я готова нести караул, а тебе давно пора ложиться. И тебе стоило разбудить меня пораньше, — скованно проговорила Кайра, словно они с Десаром снова стали чужаками.
Это резануло по и без того натянутым нервам, но он слишком устал, чтобы заводить эмоциональный разговор.
— Хорошо.
Кайра встала с ковра, и он занял согретое место, ярко пахнущее туманоцветом. Его запах начал прочно ассоциироваться с напарницей — из всех душистых трав она предпочитала именно его и старательно натирала им тело, хотя Десару нравился и её естественный запах.
— Хочешь, я тебя усыплю?
— Нет. От наведённого сна сложно очнуться в нужный момент, а голова потом весь день какая-то мутная, — отозвался он, устраиваясь поудобнее.
Вскоре он уснул сам, и Кайра осталась один на один со своими мыслями, не менее тяжёлыми, чем мысли Десара.
37.2
Туман медленно сгущался, наполняя воздух загадочной тишиной. Жаркий день уступил место прохладному вечеру, и нагретая солнцем земля начала парить, окутывая реку и её берега невесомой шалью. Белёсая дымка мягко обволакивала холм, на вершине которого раскинулся старый дуб. Туман стелился по земле, пробираясь под одежду, и сначала стало зябко, а с наступлением темноты — по-настоящему холодно. Кайра легла спиной к спине Десара, чтобы его согреть, и долго смотрела в пустоту, прислушиваясь к его дыханию и окружающему миру.
Луну занавешивал полупрозрачный полог из белой дымки, а потом и вовсе скрыл от глаз. По лесу кралась стылая темень, и костёр уже не в состоянии был её разогнать.
Ночные растения подсвечивали туман изнутри, воскрешая в душе какой-то глубинный, мистический страх перед природой. Где-то далеко протяжно завыли блейзы. И без того продрогшая Кайра покрылась мурашками.
Заклинание летучего паралича свербело на кончиках пальцев, готовое быть брошенным в любого напавшего хищника. Однако нападения всё не случалось и не случалось, и ожидание выматывало похлеще самого боя, тем более что особым терпением самая неуживчивая из Болларов никогда не обладала. Десар повернулся во сне, сгрёб её в охапку вместе с ворочающейся в груди тревогой и засопел прямо в ухо.
Накатила сонливость, но Кайра ни за что не поддалась бы ей во время караула, поэтому просто невидящим взглядом смотрела на клубящийся у подножия холмика туман и думала о семье.
Когда Десар проснулся, было уже около полуночи.
Кайра приподнялась на локте и сказала:
— Ты был прав. Ночью надо идти, а днём спать, иначе получается какой-то кошмар. То ужасно жарко, то ужасно холодно, ещё и туман этот… Видимость, как у дракона в заднице!
Десар посмотрел на её сердитое лицо и улыбнулся. Он тоже продрог во сне, но то, насколько тесно Кайра прижалась к нему в поисках тепла, обнадёживало. А надежда способна согреть куда лучше костра.
Поднявшись на ноги, напарники молча собрали лагерь, завернув пожитки в ковёр. Оказалось, что днём Десар сплёл толстую косу из травы, и теперь повесил на неё скрутку из их скарба, заменив таким образом сгоревший подол. Сплетённый полог взял в руки, но его отобрала Кайра, завернулась в него и стала похожа на нахохлившуюся недовольную птицу.
— Нобларина Хижина, — с улыбкой прокомментировал Десар, получив в ответ гневное фырканье.
От ходьбы тело разогрелось, и спустя час капитан уже не чувствовал себя таким закоченевшим. Они шли вдоль реки и этот ориентир не позволял сбиться с пути даже в тумане. К утру заморосил противный дождь, увенчав и без того крайне неприятный переход.
Не сговариваясь, к теме отношений Кайра с Десаром не возвращались, оба понимали, что в таком настроении только поссорятся, и оба не хотели такого исхода, поэтому молча шли, утирая с лица мелкие капли дождя и надеясь на ясный день.
Надежда не оправдалась. Дождь зарядил ещё сильнее, а редкий хвойный лес едва ли мог предложить хоть какую-то защиту — игольчатая подстилка промокла насквозь, и во всей округе не было ни одного сухого места.
Десар видел, что Кайра ярится и готова взорваться, но при этом отчаянно сдерживается. Он попробовал разжечь костёр под густой кроной старой сосны, где капало чуть меньше, чем в других местах, но ливень тут же залил огонь — словно нарочно прицелился. Напарники приладили к стволу смастерённый Десаром травяной полог, вычистили намокшую еловую подстилку до практически сухой земли. Кайра спряталась от дождя под навесом, сидя на двух половинках кирасы и местами влажном ковре. Десар обустроил очаг из крупных камней, магией зажёг костёр и сел рядом.
— Ну и плевать… — сказала вдруг Кайра, глядя на занимающийся огонь, дыма от которого было куда больше, чем тепла.
— Что?
— Я устала злиться, вот что. Если мы замёрзнем, я нас вылечу. От дождя не сдохнем. Зато через пару дней грибы пойдут… — она посмотрела на Десара и неожиданно улыбнулась: — Обожрёмся...
Он улыбнулся в ответ. Внезапно ливень перестал иметь такое уж большое значение.
— А если на нас блейзы нападут, то обожрёмся блейзов? — насмешливо спросил он.
— И сделаем подстилки из шкурок.
— Они блохастые и вонючие, — хмыкнул Десар, с нежностью наблюдая за переменой настроения Кайры.
— Вымочим! Блох выдрессируем, ты сам предлагал. Поселим их на Мелче, им вольготно будет. А в коре сосен есть дубильные вещества, так что выварим и обработаем шкурку… Жира бы ещё какого-нибудь. Я читала, как выделывать шкуры, между прочим, — Кайра поднялась на ноги и призывно посмотрела на своего капитана: — Чего сидишь? У тебя дворец не построен, а у меня изысканные яства не готовы к утренней трапезе. Берись за дело, благородный ноблард, а то будешь спать в луже.
Десар поднялся следом и принялся за работу. Благо строительного материала вокруг — завались. Он срезал несколько молодых сосенок и кроны пустил на подстилку и шалаш, а из стволов сделал новые копья и колья. Результат порадовал — получилось подобие хижины с пухлыми колючими боками. Десар подкинул в неё пару разогретых камней, и там довольно быстро стало тепло.
Кайра сходила за водой, собрала несколько десятков подхвойников и насадила их на палочки, а также приволокла к лагерю засохшую сосну, которая горела куда лучше влажной свежей древесины.
Далеко от лагеря не отходили — опасались, что костёр примется за шалаш. Десар набрал целую кипу мягких молодых еловых веточек, отряхнул от влаги и подсушил над костром, затем соорудил подстилку.
— А ковёр высушить магией не можешь? — спросила Кайра.
— Только спалить…
— Или взорвать, — с усмешкой отозвалась она, помешивая воду с найденными травами в металлической кружке. Уже по опыту знала, что они не горчат и придают напитку не очень яркий, зато приятный привкус. Горячего отвара хотелось обоим, и они ждали, когда вода в кружке закипит, чтобы им насладиться.