И вот здесь я, честно говоря, ожидал какой-то бурной реакции. Например, что она заявит – не получится, и всё тут! Или просто, без лишних слов, возьмёт да и засадит мне девять граммов в лоб, и я очухаюсь уже дома. Должно же у этих фиговых прошлоходцев быть хоть какое-то понятие о секретности и сохранении служебной тайны? Но, к моему безмерному удивлению, ничего такого не произошло – напарница при этих моих словах как-то странно (я бы сказал – сочувственно-понимающе) посмотрела на меня, но почему-то нисколько не удивилась подобному вопросу.
– Честно говоря, командир, я не представляю, как лично вы осуществляете свои перемещения. Почему-то каждый раз, когда вы появляетесь, аппаратура слежения не фиксирует ничего, притом что, как я уже говорила, все основные параметры у вас, по меркам вашего времени, очень средние…
Ага, просто проговорилась или действительно пребывает в недоумении на почве непонимания? То есть, выходит, что я для них всё-таки некий «феномен», и способ, которым я «перепрыгиваю» сквозь время, мягко говоря, не типичен для них и среди руководства «хрононавтов из будущего» категорически не афишируется? А так оно, судя по всему, и есть, если даже эта бионическая мадам, которая всё знает и всё видит, совершенно не в курсе дела. Очень интересно…
Осознание того, что ваш покорный слуга представляет собой «неизвестную величину», конечно, было ценной и где-то даже лестной информацией, которая, впрочем, не давала мне ничего нового в глобальном смысле. При всей своей «исключительности» я уже успел усвоить, что каждый раз меня всё равно «наводят» откуда-то извне, причём неким неизвестным мне способом. И при этом мне оставалось совершенно не ясно, кто я вообще такой, как именно это делаю и зачем я им, а тем более при наличии в далёком будущем столь разнообразных и совершенных технических средств, вроде этих самых порталов? Но какими-то убедительными объяснениями та же Блондинка себя до сих пор особо не утруждала…
– Как я это делаю – не спрашивай, сам не до конца понимаю. Просто ответь на конкретный вопрос. Если попробую – получится?
– А почему нет. Никаких противопоказаний не вижу. Только зачем это вам?
– Допустим, я хочу досмотреть это печальное кино на тему горького катаклизма до конца. Ведь никто из живущих в моём времени не видел, что реально бывает после ядерной войны. Разные там, навязшие в зубах, Чернобыли здесь не в счёт. Ведь это же по меньшей мере познавательно и интересно. Ну, по крайней мере, мне. И тем более надо же выяснить, выживет ли вообще хоть кто-нибудь после такого кошмара?
– А столь весомое количество боеприпасов вам необходимо для некоторой корректировки тамошней демографической ситуации? – уточнила Кэтрин с несколько ехидной интонацией, кивнув в сторону рюкзака с прислонёнными к нему автоматами.
– Или, как вариант, для бартера. И я знаю, что ты скажешь – раз в будущем, после нескольких войн с применением ядерного и не только оружия, произошедших в промежутке между мной и вами, всё-таки остался кто-то, чьи продвинутые технологии позволяют перемещаться во времени, посылающий меня на эти задания, значит, и в этом случае кто-нибудь да выживет…
– Вы правы, командир, люди – крайне живучие существа. По крайней мере некоторые из них. Ну и зачем это вам, раз вы всё и без того правильно понимаете?
– А я хочу своими глазами посмотреть, понимаешь? В подробностях! Интересно узнать, как перенесёт самый тяжкий удар в своей истории СССР 1960-х годов. По крайней мере, в этом, конкретном, варианте реальности!
Сказав это, я подумал, а ведь я, скорее всего, добросовестно заблуждаюсь. Поскольку ориентируюсь в лучшем случае на стереотипы – глупые книжки и разные там сетевые игры-стрелялки. Но там, куда я собрался, повинуясь, честно признаюсь, дурацкому, сиюминутному порыву, всё будет совсем не так…
– Командир, вы экспериментатор или просто мазохист? – уточнила Кэтрин, как обычно без тени иронии.
– Ты поговори у меня! Чужие слабости надо уважать! Может, я и то и другое, или у меня просто совесть есть! Не забывай, что всё это заварилось не без нашего с тобой участия!
– Те, кто всё это, как вы выразились, «заварил», теперь благодаря нам мертвы. О сути нашей миссии вы знали заранее, а большего мы сделать не могли. Да нам, если вы не забыли, и не ставили ни каких глобальных задач. Увы, но вы должны понимать, что буквально все возникающие альтернативные реальности – всего лишь неизбежное следствие глупых попыток изменить настоящее путём воздействия на прошлое. А вам, командир, там, куда вы столь опрометчиво решили отправиться, потребуется не сочувствие к ближним или наличие совести, а исключительно крепкие нервы и максимально притуплённое чувство брезгливости, уж поверьте мне. И, боюсь, что вам сильно не понравится то, что вы там увидите…
– Ну, за это у тебя пусть голова не болит. Я уже на нескольких серьёзных войнах побывал, авось переживу и это. Так ты не ответила – смогу я осуществить это перемещение с помощью вашего пресловутого «спасательного портала»?
– Да. Сможете. Только имейте в виду, что эта альтернативная реальность появилась после 27 октября 1962 года. И с этого места вы сможете перемещаться в будущее только в её узких рамках. Ну а если вернуться в точку ранее этого дня, у вас будет уже два возможных варианта. Но вторым номером будет тот вариант будущего, который привычен для вас, где пресловутый Карибский кризис остался политико-дипломатическим и не перерос в боевые действия. Ну а далее всё шло так, как вы помните. Предупреждаю, есть и другие «развилки», но все они находятся ранее 1962 года и вас, как я понимаю, сейчас особо не интересуют…
– Правильно понимаешь. И что надо делать?
– Идёмте. Тут нет ничего сложного.
Да кто бы сомневался…
Я поднял на плечи рюкзак и автоматы. После чего, ощущая их почти чугунную тяжесть, двинулся за напарницей. А всё жадность виновата, а точнее – дурная привычка хапать впрок, и ртом и жопой…
Мы двинулись отнюдь не к руинам церкви, а куда-то вправо. Отошли метров на триста, так что развалины стало почти не видно за росшими в этом месте берёзами. Некоторое время напарница ходила по траве, явно что-то высматривая. А тем временем в моей голове появились смутно знакомые, псевдоэлектрические импульсы, а потом и противный шум, сопровождающийся ощутимо железным привкусом во рту. Слава богу, кажется портал проявил себя…
Но под ногами, как и в тот раз, когда я впервые ознакомился с порталом, было пусто – умершая осенняя трава, прихваченная первыми ночными заморозками, и более ничего…
– Вот здесь, станьте на колени и поводите ладонью правой руки сантиметрах в десяти над почвой! – сказала Кэтрин из-за моей спины, указывая острым носком модельной туфли, где именно надо искать. Сам бы я это место нащупывал очень долго…
– Да помню я! – ответил ваш покорный слуга, с заметным облегчением уронив на землю груз и оружие.
Потом встал на корточки и пошарил ладошкой по жёстким, бурым метёлкам овсянки и прочего разнотравия.
– Тепло почувствовали? – спросила Кэтрин.
– Да, – ответил я, привычно ощутив исходящее от травы какое-то искусственное, явно электрического происхождения тепло.
– Растопырьте пальцы, опустите руку на землю и немного подержите в этом положении!
Смутно соображая, что она таким образом стихийно восстанавливает мои навыки (которых, если честно, особо и не было) в управлении порталом, я проделал и эту несложную манипуляцию. И всё было как в тот, первый, раз – тепло из ладони ушло, а прямо из травы за секунду возникло нечто полупрозрачно-тёмное и плоское (явно что-то голографическое), смутно похожее на сенсорный экран. И на этой тёмной пластине бледно светились три индикатора – белый, красный и зеленый.
– Что дальше, радость моя? – спросил я.
– Ткните пальцем – один раз в красный и два раза в зелёный.
Я подчинился, уже помаленьку припоминая, как и что следует делать. Ну да, вместо индикаторов на панели возник квадрат из десяти цифр, привычного вида, от 1 до 0.
– Код 719666 по-прежнему годится для всех порталов или сменили? – спросил я, явно гордясь собой. Ещё бы – без малейшей посторонней помощи вспомнил шесть цифр, какое достижение!
– Да, указанный код работает. Во всяком случае – пока. Набирайте.
Набрав цифры, я с минуту ждал реакции. И ну, точно, метрах в сорока от нас, словно из ниоткуда, появилась, будто сгустившись из воздуха, будка с плоской крышей, без окон, но с дверью, сколоченная из потемневших от времени досок. Натуральный сельский нужник или небольшая сараюшка. Ну да, куда же в столь сложном деле без конспирации?
– А что делать потом? – спросил я.
– Первой сейчас уйду я, и на этом моя нынешняя миссия закончится. Прибор, вмонтированный в наручные часы, остаётся при вас. Как им пользоваться, вы, надеюсь, не забыли? А ещё вам очень пригодится, например, вот это…
С этими словами она полезла в свою сумочку, наличия которой при ней я особо не заметил. И совершенно напрасно, поскольку в любой дамской сумке всегда вполне может находиться нечто, способное спокойно убить или обездвижить здоровенного мужика…
– И что это? – спросил я, разглядывая протянутую мне полупрозрачную овальную фиговину, похожую на лейкопластырь. Размер примерно четыре на два сантиметра, на ощупь тёплая и совершенно невесомая.
– Прилепите на правый висок, между бровью и ухом. Лучше ближе к волосам, чтобы было незаметнее…
Ага, где-то я подобное уже слышал, причём было это не сильно давно…
– Опять какой-нибудь пресловутый «СНА»? – уточнил я. – «Стрелковый наблюдательный адаптор», с которым я, было дело, познакомился в карельских снегах?
– Не совсем. Сленговое обозначение этой штуки среди рядовой агентуры – «Вервахт», от «Warter» «Wachter» то есть, в переводе с немецкого «сторож». А в технической спецификации данный прибор именуется «ИКНС», он же «Индивидуальный круглосуточный наблюдатель-сигнализатор». Как правило, выдаётся агентам-индивидуалам, которым предстоит долгое время действовать в одиночку на враждебной территории…