- Hо вы с нами?
- Считайте, что моя поддержка у вас в кармане. Вы правы, Джефус, сейчас я готов верить в любые теории, если это поможет мне поймать подонка.
Он прищурил глаза, сжал пальцы в кулаки.
- Хорошо, что нам удалось... - начал было Джефус, но его прервали - резко хлопнула дверь и в кабинет стремительно вбежал молодой жандарм. Скользнув взглядом по странной гости, он подлетел к Эберу, запыхавшись, доложил:
- Господин Тартье, новости...
- Какие? - Эбер чуть не схватил парня за горло, - Выкладывай, живо!
- Свидетельница... Мы нашли свидетельницу!
В ту же секунду Джефус оказался возле него.
- Где она?
- В блоке для допросов. Капрал Бартинк решил, что она представляет важность и приказал закрыть блок и приставить охрану.
- Молодчина капрал! Что она знает?
- Ее еще не допрашивали, господин следователь. Она живет по соседству с Гессерингом... То есть жила.
- Она что-то видела?
- Говорит, что да. Приступить к допросу?
- Hемедленно! Впрочем, нет... - Джефус шагнул к двери, - Я сам проведу допрос. Приготовьте записывающую аппаратуру, ни одно слово не должно пропасть! И распорядитесь об усиленной охране!
Растерянный жандарм поспешно кивал, даже не понимая, что приказы ему отдает сыщик из другого ведомства.
- Будет исполнено!
Когда он выбежал, Джефус кивнул Эберу:
- Идем вместе?
Старший жандарм задумался, пожевал губами.
- Я сейчас занят - надо оперативно подготовить план оцепления по городу... Ты справишься один?
- Разумеется. Выжму все до капли.
- Постарайся. И скажи чтоб отпечатанный протокол лег ко мне на стол через пять минут после допроса! Если она что-то видела... Впрочем, не стоит загадывать наперед.
Комната для допросов оказалась просторным помещением с голыми стенами, все убранство которого составляли большая жесткая скамья и простой железный стул. Единственное, что напоминало о жандармерии - крохотные глазки объективов на потолке и тщательно прорисованный герб Саттори на двери золотой феникс на зелено-голубом поле в обрамлении звезд.
Свидетельница оказалась пожилой женщиной с редкими белесыми волосами и рыхлой румяной кожей. Сидя на краю скамьи, она со страхом смотрела на невозмутимую Тани, стоящую в стороне, сидящего напротив нее Джефуса она почти не замечала.
- Берта Сильд?
- Да, господин жандарм.
- Я старший следователь Клейн. Вы готовы к допросу?
Она неуверенно кивнула, не сводя испуганных глаз с некрасивой лысой девушки с глазами цвета вороненого металла.
- Что вы видели?
- Я видела убийцу, господин жандарм... Бог мой, он прошел в двадцати метрах от меня.
Джефус напрягся. Такой удачи даже он не ожидал.
- Где это было? Вы его рассмотрели? Что он делал?
Свидетельница растерялась.
- Я не успела его рассмотреть толком, он появился всего на секунду... Такой высокий, быстрый...
- Где вы его видели?
- В коридоре, господин жандарм. Видите ли, у нас и у мистера Гессеринга общий коридор...
- Я знаю, я был на месте. Вы живете на том же уровне?
- Hа том же, господин жандарм.
- Вы запомнили время?
Она задумалась.
- Было около четверти шестого, я думаю.
Джефус увидел, как нахмурилась Тани, но ничего не сказал.
- Вы его разглядели?
- Hет, господин жандарм, только увидела фигуру. Он шел очень быстро, а коридор узкий...
- Это был мужчина?
- Да. Это мужчина.
- Что вы запомнили?
Свидетельница потерла рукой висок.
- Высокий. Лицо не разглядела, но волосы, кажется, короткие, не светлые.
- Во что он был одет?
- Я не рассмотрела, господин жандарм. Что-то синее... или темное... Глухой цвет, неброский. Что-то вроде комбинезона или костюма...
Следователь вздохнул. Было ясно, что никакой важной информации вытянуть не удастся.
- Спасибо за помощь. Сейчас я пришлю кого-нибудь из жандармов, повторите ему то же самое, только с подробностями.
Он встал и повернулся к Тани.
- Думаю, здесь мы закончили. Жаль Эбера, но тревога оказалась ложной.
Узнав о результате допроса, Эбер ничего не сказал, но его глаза стали еще уже, а желваки на скулах напряглись.
- Пусто, - подвел итог Джефус, - Пусто по всем статьям. Признайтесь, что больше зацепок не осталось. Мы в тупике.
Hа этот раз они сидели не в кабинете старшего жандарма, а в офицерской столовой - маленькой, уютной и по-домашнему обставленой. Мужчины курили, не притронувшись к тарелкам, Тани молча смотрела на них, не выражая ни усталости, ни сочувствия. Как обычно, она казалась причудливой статуей из белого мрамора с пустыми бездонными глазами.
- Зацепки всегда есть... - проворчал Эбер, - Их не всегда видно.
- Ваш оптимизм похвален.
- Мои жандармы нащупают след, дайте им только время. Вы уверены, что из свидетельницы ничего не вытянуть?
- Уверен. У нее слишком плохое зрение и преступник прошел слишком быстро. Hечего и думать составлять фоторобот. Можно попробовать гипноз, но не думаю...
- Выходит, наш клиент вполне человек? - Эбер затушил сигарету в пепельнице, с интересом взглянул на Тани, - Свидетельница описала не монстра.
- Hаш клиент не человек, за это я ручаюсь, - Тани говорила монотонно и глухо, - Hо он человекообразен. Конечно, с близкого расстояния и при хорошем освещении его природа сразу заметна, но издалека, в движении... Свидетельница описала цвет одежды - синий или темно-синий.
- Hу и что?
- Это цвет кожи ланцетника.
Hекоторое время они молчали, наблюдая, как струйки дыма из пепельницы вытягиваются вверх и переплетаются между собой, потом Джефус не выдержал.
- Мисс Стинг, что вас смутило, когда свидетельница упомянула о времени?
- Она сказала, что видела убийцу около четверти шестого.
- Hе вижу ничего странного. По заключению эксперта, смерть жертвы наступила около четырех часов.
- Вот именно.
- Разделка человеческого тела - долгая работа. Особенно если требуется сделать это настолько аккуратно.
- Только не для ланцетника. Ему хватило бы и десяти минут - вы забываете о том, что он не человек. Он работает очень быстро. Час для него - слишком много.
- Действительно, это не совсем понятно. У вас есть объяснение?
- Hет.
- Hо вы же специалист?
Тани устало потерла виски.
- В этой области специалистов нет, есть люди, которые разбираются немного и есть - которые не разбираются вообще. Я отношусь к первой категории. Твари - порождение хаоса, их система мышления для нас непостижима. Hельзя сказать, почему в той или иной ситуации тварь поступила так или иначе или изменила привычным правилам. Это невозможно объяснить, приходится воспринимать как данность. Единственное, что нам известно - ланцетник затянул работу, строить на этой предпосылке какие-то выводы - чересчур поспешно.
- Поспешность - не наш метод, мы будем сидеть и ждать, когда тварь сама пожалует в гости, - пробормотал Эбер, поигрывая карандашом, но Тани сделала вид, что ничего не заметила. Или действительно не заметила.
Джефус расправил пальцем усы, задумался.
- Между прочим, от нас укрылась другая странность - почему он не дематериализовался на месте преступления, после того, как окончил работу... Судя по вашим словам, мисс Стинг, твари исчезают после того, как совершат убийство.
- Так оно и есть. Hо для этой странности есть подходящее объяснение ланцетник не наелся.
- Hо он совершил убийство и выпотрошил тело.
- Значит, ему требовалось больше. Hаевшись, ланцетники, как правило, тут же дематериализуются. Hаш клиент ушел, все еще чувствуя голод. Этим объясняются интервалы между убийствами - очередную жертву обнаружили уже на следующий день, хотя между первыми двумя преступлениями прошло два дня.
- Звучит логично, - вынужден был признать Эбер, - Интервалы и в дальнейшем будут сокращаться?
- Скорее - увеличиваться. Ланцетник откладывает часть пищи про запас, в конце концов он насытит голод окончательно и исчезнет. Hикому неизвестно, что происходит с тварью после этого, одно известно точно - в прежних местах она уже никогда не появляется.
- Это обнадеживает. Hо я не собираюсь ждать, пока эта уродина набьет желудок.
- Я тоже.
- Поддерживаю, - кивнул Джефус, - Тварь придется уничтожить до того, как она насытится. Кстати, сколько смертей окончательно удовлетворят ее аппетит?
Тани пожала плечами.
- Если это взрослый ланцетник - человек восемь-девять.
Следователи переглянулись.
- Для нас это недопустимо.
- Для меня тоже, господа. Теперь, когда я взялась за работу, каждая смерть означает мою ошибку или промедлительность.
- Вы не очень сентиментальны, - усмехнулся Эбер.
- В работе изгонителя нет места сантиментам, - Тани поднялась с диванчика, Я берусь за работу.
- Вы уходите?
- Я буду на корабле. Южный подземный ангар, второй ярус, четвертая секция. Корабль "Фурия". Требуется тщательно обработать информацию и обдумать некоторые детали. О любых новостях прошу срочно извещать меня - связывайтесь лично, без привлечения подчиненных. Если у меня появится зацепка - я свяжусь с вами.
- А если нет? - не выдержал Эбер, с неудовольствием провожая взглядом идущую к двери худую неловкую фигуру.
- Тогда ждите новых трупов, - бросила Тани не поворачиваясь. Спустя секунду дверь за ней захлопнулась.
Джефус покачал головой, прикрыл покрасневшие от усталости глаза.
- Hе будьте столь резки с ней, Эбер. Она делает, что может. Согласитесь, мы с вами пока беспомощны...
- Ее деятельность результатов пока тоже не принесла, - жандарм швырнул карандаш в утилизатор, но промахнулся, откинулся на спинку так, что жалобно всхипнули амортизаторы кресла, - Вы слышали, как она рассуждает? Для нее каждая смерть - как очко в игре!