Охотник кидал камни уже пару часов без передышки и, бросив наконец-то последний, застыл. Рука статуи нехотя издала глухой треск, а создавшаяся трещина медленно проползла по всей длине. В конце концов, конечность отломилась и полетела вниз. Глаза у всего трио тут же загорелись, и они подбежали. Сломав статуе пальцы, Артём достал записку и прочёл:
— Может, стоит искать не только в замке? Так и знал что там так и написано! — раздражённо отшвырнул записку Артем.
— В смысле? — не понял его король.
— Ты что-то нашёл? — обрадовалась Мишель.
Артем потер тяжелые веки, помассировал переносицу и нахмурился. Он хотел спать, но понимал, что не может…
Помахав рукой в проем, парень пошёл в него. Король и Мишель, так и не услышав внятного ответа, с недоумением пошагали за ним. Артёму было так лень объяснять, поскольку всё-таки кидать камни часами — дело изматывающее. Лучше показать все лично.
Спустившись почти на первый этаж, Артём снова увидел Лика из окна. Пернатый сидел там так и днем, так и ночью. Сначала ему это показалась мелочью, но потом он вдруг подумал. Почему ангел сидит именно там именно, к тому же не сдвигаясь с места. Ведь ему нужно именно следить. И тогда парень спустился первом через главный проход, где дверью были огромные врата из мощного тёмного дерева с рисунками людей и зверолюдей, пляшущих вокруг костра.
Раскрыв двери, он увидел снизу по лесенкам древо. Яблоня, что уже давно не плодоносила, а её чёрные плоды застыли на месте. И только присмотревшись, можно было увидеть ржавый ключ вместо одного плода.
Генрих, завидев это, довольно усмехнулся и, сделав шаг вперёд, тут же остановился у прохода. За порог замка он так и не вышел, нахмурился и посмотрел на Артема.
— Да, правильно думаешь.
— А в чём дело? — хотела выйти Мишель, но её резким жестом руки остановил Артем.
— Ты пытался?.. — оценивал обстановку Король.
— Пока нет, — Артем выставил ногу за порог мелким шажочком, как сразу же в мгновение ока недалеко за яблоней появились восемь Белых ликов.
Они застыли на месте, но взгляда теперь с парня вовсе не сводили.
— Вот оно что… — повесила нос Мишель. — У них твоя сила, сила Молний… Будет сложно пройти мимо!
— Это будет расплюснуть! — злорадно ухмыляясь, улыбнулся король. — Им нельзя нас убивать, а значит, — рывок за врата замка, — есть шанс!
Король выбежал стремительно и резко, словно гепард, несущийся на жертву. Он мчался к яблони, но Артем стоял с довольной мордой и со спокойной улбкой наблюдал, уже зная, что будет дальше. Впрочем, парень даже рассчитывал на такой поступок от короля.
Лики вмиг исчезли, и вспышкой молний появились у Генриха. Монарх пытался уклоняться от ударов, успел сделать перекат, прыжок в сторону. А вот Лики тем временем с огромной скоростью как появлялись, так и исчезали, не давая королю продохнуть, пока, в итоге, один из них не врезал королю, да так хорошенько, что тот упал на землю с громким выдохом. И все Лики в одночасье, налетев на оглушенного пленника, принялись его колотить, а потом и вовсе швырнули короля в полуразбитую витрину.
— Ха-ха-ха! — Артем, будто поддерживая, махал белым воинам, что, расправив крылья флегматично, но с готовностью посматривали на парня. — Красавчики!!! — воскликнул, выставив им на показ большие пальцы.
Мишель, с глубоким вздохом покачала головой в разные стороны. И всё же как бы она не пыталась быть серьёзной, на лице её проглядывалась улыбка. Артем прекрасно знал, что будет именно так, но как двигаются Белые Лики, сколь быстра их реакция, не знал точно. Нужна была наживка. Что ж, король справился на «ура». И первое, что заметил парень — они атакуют слаженно. Сначала появляются два Лика спереди, и через секунду по два Лика по бокам. Они не дают сообразить, как действовать дальше, разу же окружая. Пускают вспышки молний для отвлечения глаз и ослепления. Используют специально слишком яркий скачок.
Через мгновение король подошёл к Артёму и Мишель с гордо поднятой головой, словно ничего не случилось. Что ж, монарх был на высоте и шествовал так, будто идёт подле своих слуг, оказывая им своим присутствием великую честь, но вот порванная одежда и разбитое лицо с явно побитым телом напоминали о произошедшем.
— Твоя очередь, — гневно рыкнул Генрих, с раздражением смотря на широкую улыбку Артема.
— Хорошо-хорошо. Я и так хотел пойти.
Лики снова переместились за яблоню, видмо, знаменуя новый раунд игры. Артем прищурился, припал к земле, как бегун, готовящийся к старту. Момент, и он, словно слыша своеобразный выстрел, вылетел за порог замка как пуля. Перед взором всё резко ускорилось, парень закрыл глаза, полагаясь только на свой слух.
Не останавливаясь, он совершил подкат и пролетел через широко расставленные в боевой стойке ноги Лика. Сразу же вскочив, не теряя скорости, он вновь рванул в попытках не сбить ритм и концентрацию слуха. Сделав кувырок, вновь в мгновение ока встал и, не останавливаясь, прокрутил тело, подпрыгнул. Эти создания появлялись тут же, как Артем обходил их. Двигаться становилось всё труднее, скачок, его собственная техника, оказался самым грозным врагом для самого парня. И тут он совершил грубую ошибку. Остановился всего лишь на долю секунды, желая перенаправить движение в другую строну. В этот же момент Охотник получил мощный, выбивающий весь воздух их лёгких пинок в живот. Парен распахнул глаза, глубоко вдыхая, и стая пернатых начала избивать его яростно и нещадно. Они словно все разом ударили по каждому участку в теле, а затем так же, как и короля, швырнули обратно в замок. Парень врезался лицом в шероховатую поверхность камня, оцарапав щеку. Громко выдохнув и зажмурившись от пронизывающей всё тело, казалось, даже каждую клеточку боли, он часто и глубоко выдыхал воздух. Приходить в себя после такого было проблемно.
Быстро встав, подавив вспышку боли и отряхнувшись, парень пошёл обратно.
«Это нереально сделать! Вот ублюдки, бьют-то больно!»
Король впервые стоял без равнодушия или гнева на вечно хладном лице. Сейчас он улыбался, причём ехидно и удовлетворённо, как кот, объевшийся свежей сметаны. Видно, представление ему точно понравилось.
— Ну-с, давай пробовать дальше, король!
* * *
— Может, хватит? У нас еще один день и завтра продолжите…
Артем и король лежали в поту, глубоко дышали, смотря в небо. Каждый оголил свой торс, сняв верх. Лица парней были грубо избиты, а на телах синими и фиолетовым кровоподтёками красовались гематомы, переломов не было. Тело уже ломило, как и ноги от постоянного бега. На улице медленно вечерело, воздух холодел, но они так и не смогли сорвать ключ. Лики слишком быстрые, простому человеку без магии с ними точно так просто не совладать. А король и Артем тем временем, включившись в опасную игру на полную, словили некий азарт. Они понимали, кто первый возьмёт ключ, тот и победил в этом маленьком состязании.
Мишель тихонько сидела возле парней и с милой улыбкой наблюдала за этой по-своему детской вознёй, борьбой, иногда предлагая свои идеи и делясь размышлениями.
— Может, попробуете вместе выйти?
— Вместе?! — возмущённо рявкнули Генрих и Артем одновременно.
Быстро окинув друг друга крайне недружелюбными взглядами, они отвернулись прочь, давая этим отрицательный ответ. Работать вместе, сообща для них не так просто. Ведь для этого надо переступить собственную гордость.
— Я понимаю, — лживо посмеялась Мишель, — но подумайте. Вы не можете обойти восемь ликов сразу. Они быстры. Но что, если вы разделитесь?.. То есть на человека по четыре лика. Уже куда проще, не так ли?
— Хм, — привстал Артем, его глаза в мгновение впхнули азартом. — А это интересное предложение!
— Тогда пробуем!
Артем с Королём встали в проходе и, ни секунды не тратя, сразу кинулись наружу, несясь к своей цели, как гепарды. Но тут произошло то, чего они вообще не ожидали. Возле Артема ослепляющей вспышкой оказались шесть Ликов, а у короля только два. Доля секунды, взгляды парней пересеклись. Они словно сказали друг другу за этот микропромежуток: «Так уж и быть!».
Артем сделал перекат в сторону и специально рванул совсем в другое направление, будто хотя сбежать из замка в густой дремучий лес. Теперь можно было бежать куда угодно, менять направление, куда тебе захочется, не имея ограничений. Тела Ликов отличались крупными габаритами, а деревья в зарослях как раз располагались близко друг к другу, но стволы их были тонкими, из-за чего, пробегая мимо, Артем слышал позади себя треск. Ангелы больше не использовали скачок, теперь они летели за парнем на мощных крыльях, разнося всё вокруг и обращая в щепки. Деревья для них — не преграда.
— А-А-А!!!
Парень бежал из последних сил, доходя до предела и выжимая из себя всё. Он понимал, что если Генрих не заберет ключ, между ними снова будет драка и отнюдь нешуточная.
Вспышка молний, Артем остановился и отпрыгнул назад. Эти твари начал кружит и разрывать деревья кольцом, словно готовя импровизированную арену, где смогут использовать скачок более свободно, что они и сделали. Молнии то исчезали то появлялись лазурными всполохами. Артем не мог никуда бежать, синие вспышки были везде. При этом самих пернатых не было видно. Постояв на месте и быстро думая, как поступить, Охотник вдруг прищурился. Он нашел берешь в собственной технике, а если Лики скопировали её у него, то и движения, и ошибки должны быть одинаковыми. Белые, чуть переместившись, останавливаются, поворачиваются, изменяя направление следующего скачка и тут же его используют вновь. Это еле заметно, буквально на миллисекунду, но парень помнил, как его появления за счёт скачка могли предугадать парочка субъектов. Да даже сейчас он прекрасно мог уследить за движениями скаждого из шестерых ликов, что используют скачок.
Вот только Артему сейчас явно не поздоровиться. Даже то, что он их видит, не поможет ему увернуться от шести ударов одновременно, это просто не получится…
Резкий удар в спину, у парня едва не хрустнули кости, а самого его откинуло, и тут же мощная вспышка тупой боли, заставившая всё перед глазами поплыть и потемнеть, словно его по голове огрели гирей. Артем отлетел в дерево. Опомниться не успел, как его схватили и отшвырнули вдаль. Встав, он упёрся рукой об дерево и сплюнул кровь. Из чащи леса, куда он смотрел линиями света летели шесть молний, они приближались так скоро и неистово, подобно демоническим бестиям. И тут Артем почувствовал вдруг ощутил, как на его лице начала сама по себе шириться злостная холодная улыбка. Она была такой отталкивающей и противной, будто хотя высмеять весь мир за его жалость и несовершенство, а сам Охотник громко и протяжно крикнул: