— За мной… — дрогнул голос Артём, и он двинулся по указателю.
— Куда ты? — заголосили горожане одним голосом, — Ты не найдёшь меня… я везде, и в тоже время — нигде…
Возле Артёма начала идти женщина с каменным лицом, бледные локоны, одета в белый плащ.
— Очки тебе не помогут… я вижу твою сущность, Артём, — заговорила девушка мужским резонирующим голосом, а все горожане заткнулись, — Я вижу, что ты больше всего желаешь…. Хочешь материнской любви? Хочешь почувствовать тепло семьи? Как же прекрасно… эти желания так глубоко в тебе скрыты, что ты их и не осознаёшь. Но они являются самыми сокровенными. Твоя неестественная ненависть к матери, вызвана завистью, что она не полюбила тебя. Ты завидовал своему младшему брату… ты так желаешь почувствовать объятья матери… утонуть в них, и познать её холодную любовь… чем ближе ты к своей матери, тем больше это осознаешь… твоя ненависть уходит… ты желаешь, что бы она была от тебя как можно подальше, что бы твоя ярость к ней накапливалась и ты мог заглушить свои сокровенные чувства. Ведь та…
Женщина не договорила, Артём одним ловким движением уместил в её рот ствол револьвера и произвёл выстрел. Мозги барышни окрасили один дом, а безголовое тело отбросило в сторону.
— Заткнись… — прошептал Артём.
— Какой ты грубый… — возникла новая женщина, теперь справа от Артёма, — А ещё, ты хочешь завести семью! Какой ты разносторонний человек… хочешь детей, ведь твоего, не родного по крови, но по несчастью, убили прямо на твоих глазах… ты хочешь дать своим детям всё то, что у тебя забрали, но как тот, у кого ничего не было, может поделиться пустыми карманами?
Артём отключил свой разум, концентрируясь лишь на толстой нити, что ветвиться по всему городу, пустив свои тонкие нити к затылкам горожан.
— А ты… — начал идти возле Георга старик, — Охотник на чудовищ. Один из Асав «Скитальцев»… Хочешь увидеть свою жену. Хочешь вернуть её обратно… но сдерживает тебя то, что в прошлой жизни вы разошлись взглядами, а ваш ребёнок погиб из-за халтурности матери Артёма. Как же печально… ты так скорбишь по своему Жаку, но виду не подаёшь. Ты пытаешься усидеть на двух стульев. Помочь своему брату, что тебе как сын, но в то же время хочешь отправиться к своей жене и вернуть её в свои пылкие объятия.
Артём на секунду дрогнул, увидев, как лицо его друга изменилось.
«Так он всё-таки скорбит по сыну… чёрт, я совсем заигрался в свои игры, не увидев, что мой друг страдает. Он держится со мной, так как мы связаны. Вместе мы свернём горы… но у него есть незаконченные дела и он хочет вернуть Еву.» — призадумался на секунду Артём, но бдительность он не потерял.
Следом один из горожан приблизился к Элизабет: ребёнок с озорной улыбкой, но с голосом страшного чудовища.
— Оу… а вот тут ещё интереснее, — посмеялся ребёнок, прикрыв рот ладошками, — Одни сомнения, одни страхи, даже уловить сокровенное сложно. Вечная затворница своего города. Но есть одно… девичье сердце пылает страстной любовью к Охотнику, что покорил её разум и душу. Ты даже скрыла от него, что вернула свою память, — Артём на секунду удивился, но продолжил слушать, — Вспомнила, каким чудовищем ты стала на Драконьем Пике… это так тебя испугало, что ты не хочешь обрекать Охотника, на участь жить с чудовищем. Поэтому ты и вечно отказывала ему в браке… какая ты лживая, но с добрыми помыслами… твоё сокровенное желание — быть счастливой, в объятьях любимого человека. Мне это нравиться…
Артём чуть не потерял концентрацию, даже запнулся на шаге. Но всё же он удержал Мироздание и продолжил путь по ориентиру. Он чуть обернулся, а Элиз уже убрала виноватый взгляд в сторону.
Её память вернулась… но она это скрыла, так как вспомнила свою истинную сущность, что вырвалась из неё на Драконьем Пике, когда они с Артёмом умерли из — за удара экспериментального Первородного, что появился из «Проклятия Плеяды». Тогда Элизабет обрела свой истинный лик. Монстр внутри неё вырвался наружу… и её это так испугало, что она не хотела обременять Артёма на жизнь с чудовищем, но уйти она от него не может, так как любит его. Она попала в свой же капкан… потерялась в своих же мыслях и желаниях.
— Так ты всё вспомнила?! — широко раскрыл глаза Бор, — Дочь, почему ты скрыла от меня?! Ты могла со мной поделиться, я бы никому не рассказал!
— Поговорим потом… — прошептала Элиз, всем видом показав, что она не настроена на разговор.
Бор не стал упрашивать дочь. Он понял, что разговор всё равно настанет, но не сейчас.
— Стоп!… — осенило Бора, — Эй, «Око Зависти», почему ты ничего не говоришь про меня?! У меня ведь то же есть сокровенное!
Все горожане, одним резонирующим страшным голосом, ответили на вопрос бугая:
— Ты заурядный… обычный… твоё сокровенное: любовь к дочке и продвижение своей семьи. Ты мне не интерес. Своего рода, я воспринимаю тебя как потроха, которые остались после разделки качественного мяса.
Георг засмеялся, постучав ладонью по плечу бугаю.
— Соболезную!… Но знай, твои стремления благородны.
— Спасибо… — недовольно пробурчал Бор.
Разговоры закончились. Артём нашёл начало толстой линии. Она тянется от разрушенного сожжённого дома.
— Приготовьтесь к бою… — прошептал Артём и взвёл курок на револьвере.
Бор и Элиз вмиг достали мечи, а Георг приготовил свой револьвер.
Остановившись возле разрушенного здания, Артём решил попробовать то, что у него не получалось на уроке… прикоснуться к «Мирозданию». Сейчас он продержал контроль, что бы просто призвать линии, куда больше, чем во сне.
«Нужно потом похвастаться перед Смертью своими новыми достижениями.» — протянул Артём руку перед собой… и его кончики пальцев коснулись белой глади «Мироздания», что на ощупь напоминала пушистый шёлк. В глазах появилась секундная муть. В его голову вонзились сотни воспоминаний, они прокручивались в его мыслях с невероятной скоростью.
— Чёрт!… — Охотник резко откинул руку в сторону, отцепившись от нити, что вмиг исчезла вместе с его концентрацией.
— Артём?… — насторожился Георг.
— Всё хорошо…
Отряд ждёт команды Артёма, а тот завис на одном месте… осознавая, что он взглянул на чью — то жизнь, увидев в ней горечь, печаль… и одиночество. И он слышал голос, что вечно повторял одно и то же: «Я хочу жить».
Артём огляделся, поняв, что «Око Зависти» воссоздал город для того, что бы хотя бы на секунду поместить себя в обычную жизнь обычного человека. Он так устал быть пленником, что сходит сума.
— Понятно…. — Артём убрал револьвер на пояс, — Эй, Око, выходи на разговор.
Горожане вмиг свели брови вместе и синхронно ответили:
— Что ты сделал?!… Как ты прикоснулся к моей сущности?!…
— Много вопросов, — Артём уставился на сломанный сожжённый дом, — Я знаю, что ты внутри. Выходи, поговорить с тобой хочу. Ты ведь имеешь разум, значит с тобой можно договориться. Хочешь… я дам тебе «твоё» сокровенное? Долгие годы в роли узника, породили в твоих мыслях безумие. Отринь свой голод и свою скорбь по свободе. Выйди, и поговорим, как люди…
Элизабет, Георг и Бор переглянулись, а следом убрали оружие, доверившись Артёму, который хочет всем видом показать, что он и его соратники не враги для Проклятия.
— Как… человек?… — прошептали горожане, скорчив недоумённую гримасу.
— Именно так! — улыбнулся Артём.
На секунду город стих. Стена в чёрной саже покрылась рябью, словно она состоит из воды, и наружу вышло существо, что поражала своим существованием. Его тело принадлежит мужчине под четыре метра росту, на торсе кубики пресса, накаченная грудь, а кулаки как огромная кувалда. Кожа белоснежная, как у мертвеца. Место человеческой головы сгусток алой ауры, внутри которой багровый глаз с белым вертикальным зрачком. Зрелище поразительное… а ещё у него между ног свисает огромный причиндал, отчего Элиз прикрыла глаза ладошками и отвернулась.
— Ты мог и не одеватьочки, — подбежал к «Оку Зависти» молодой мальчишка, став его голосом, — Моя сила не может влиять на тех, кого Боги одарили своей истинной силой.
— Ты говоришь про «Покров Бога»? — Око кивнул.
— Так что ты хочешь мне сказать?… — дрогнул его голос.
Артём решился на самый без-башенный поступок. Сейчас Охотник должен показать этому чудовищу, что он доверяет его слову. Поэтому, он снял очки, отчего его друзья проглотили язык и ухватились за рукояти мечей.
— Я тебе верю, — убрал Артём зелёные монокли в карман плаща, — На счёт нашего разговора… ты ведь живой. У тебя есть душа. Верно?
— Всё так… — кивнул Око, а говорил мальчишка, — К чему этот вопрос?
Артём широко улыбнулся, показав оскал настоящего дьявола. Он сказал с полной уверенностью в голосе:
— Погнали со мной! Нахрен тебе нужна эта клетка?!… Ты разумен, и понимаешь: что плохо, а что хорошо. Ты не безмозглый. Тебе просто не дали шанса показать себя настоящего. Я дам тебе эту возможность.
Багровое око дрогнуло, а белый зрачок запульсировал.
— Лжёшь! — сжал Око свои кулаки кувалды, — Ты хочешь меня использовать… я не могу на тебя влиять, но твои намерения я вижу.
— И что дальше? — усмехнулся Артём, — Используй меня в ответ. Так устроен мир…. Каждый желает использовать друг друга. Поэтому не удивляйся, а ухватись за возможность. Возможно я единственный, кто вот так просто решил с тобой поговорить, и предложить сделку.
Мальчик рядом с Проклятием замялся, а следом спросил:
— Что ты предлагаешь?… Как мне использовать тебя?…
— Первое… Стань моим верным другом. Ты ведь знаешь, что это такое? Ты питался этими марионетками, что заполнили твой город. Ты должен понимать значение слова «друг».
— Д — да… — дрогнул голос мальчишки.
— Смотри как мы сделаем, — улыбнулся Охотник, — В тебе есть мана, есть душа, значит… ты можешь дать мне магическое слово. Соврёшь, и это убьёт тебя. Не знаю, как ты там воскрешал раньше, но Боги явно будут посильнее пуль, мечей и огня. Это, наверное, единственное, что сможет тебя убить.