аже Героям. Если его нет в столице, то клетки не открыть… что ж, жестоко, но прагматично.
Артём перевёл взгляд на Дорга Мёртвого и его воинов. От них и правда смердит смертью и рыхлой землёй. Так же их походка… они переваливаются на правую ногу и тебя вечно посещает назойливое чувство, что следующий шаг станет для них финальной точкой.
Ведёт отряд Шрам, ведь именно он знает тропы, по которым не идут караваны или же вассалы Короны. И теперь отряд зашёл в горную местность, найдя там тайный проход, о котором мало кто знает.
Подняв взгляд, Артём разглядел горные стены по бокам тропы, что высятся практически до небес. Если кто–то нападёт, придётся бежать назад, или же прорываться вперёд. Других путей больше нет. И эта горная местность прекрасно подходит для засады.
— Боитесь?.. — донёсся из тьмы капюшона голос Дорга Мёртвого.
Артём уставился на Дорга жутким, безумным взглядом, на что Мёртвый осёкся и устремил свой лик прямо на тропу.
«Ладно… пора развиваться в использование „Мироздания“. Против Локера я боялся использовать эту способность, ведь жертва будет помнить, о чём говорила и что рассказывала. Но здесь… тут уже можно повеселиться на всю катушку!» — мерзко улыбнулся под маской Артём, и активировал Мироздание.
Вся местность вокруг покрылась белыми нитями «Пространства». Каждый член отряда начал отбрасывать от своего тела семь толстых белых нитей: Жизнь, Память, Тело, Пространство, Желание, Сила, Судьба; и из каждый ветвятся тонкие под.нити, что отвечают за отдельные ответвления в использование основных нитей.
Линию «Памяти» можно использовать только после смерти живого создания, но, есть и другая манипуляция, которая поможет Артёму добраться до правды… но есть один недочёт — это лишь теория, которая сейчас станет явью, или же так и останется, лишь мыслью.
Артём напрягся, и сосредоточился на голове Дорга. Появилась тонкая под.нить от нити «Тело», отвечающая за обработку данных головного мозга. Что бы найти её, потребовалась жуткая концентрация.
Ухватившись за под.нить, Артём сказал властным голосом, на языке, который никому из отряда неизвестен.
— Почему Дорг Мёртвый служит Эгону? В чём причина? — Артём отпустил нить, и сказал уже нормальным голосом и на местном языке «Среднего Мира», — Слушай, Дорг, почему ты так предан Эгону?
Мужчину дёрнуло, словно в его голову ударил заряд тока. На секунду, Артём даже испугался… возможно это была не та под.нить, и он нарушил саму цепочку обработки информации мозга.
— Хм… знаешь, он был первый, кто не отвернулся от меня. В далёком прошлом, я был гоним, не знал радости, и что такое настоящая дружба.
«ДА НУ НАХЕР!!! РЕАЛЬНО⁈» — опешил Артём, уже заранее приготовившись, что его план потерпит неудачу. Если ухватиться за нить «Тело», можно заставить живое создание делать то, что только может пожелать твоя душа… но он не расскажет тебе о том, что скрыто в его сердце. Саму память невозможно затронуть, поэтому Артём и убивал бандитов Севера, что бы заглянуть в их память и найти лазейки к Эгону. Но, есть под.нити, и парочка отвечает за мозг. Скрывать свои нити Дорг не умеет, поэтому сейчас он стал подопытной свинкой Артёма. И эксперимент, как не странно, удался! Если найти под.нить отвечающую за мозг и обработку данных, то можно развязать язык кому угодно.
— Ведь я… я….
Дорг резко осёкся, покрутил головой в разные стороны, и сбавил шаг, встав в ряды своих воинов… он испугался, и как то смог противостоять «Мирозданию»! Хотя, возможно, он просто проговорил информация про себя, сумев осознать, что говорит запретное вслух.
«Хм… Эгон не отвернулся?.. не знает, что такое дружба?..» — призадумался Артём. Верность Дорга завязана на простой привязанности. И к сожалению, «Мирозданием» не возможно подчинять, точнее, подчинить можно, но эффект временный… но что, если зародить в его мозгу мысль, которая после использования «Мироздания» сохраниться, как информация⁈ Ведь Первородные, когда перебрасывают Пришлых в «Средний Мир» перерабатывают их тела и вкачивают в мозг информацию о новом языке… значить, зародить новую информацию — возможно, но, дело это требует определённой сноровки. Нужно углубиться в проблему Дорга и найти к ней ключик, который поможет новой информации закрепиться в памяти и стать его новым смыслом жизни.
Охотник прибавил шаг, и теперь идёт вровень со Шрамом, который расположился впереди всего отряда.
— Есть минутка поболтать?
— Конечно, — кивнул мужчина, — Что вас интересует?
Артём ухватился за нить «Желание»:
— Твои истинные желания… чего ты на самом деле хочешь? — сказал Артём тихо сначала на языке Первых Первородных, а следом на языке «Среднего Мира».
Шрам изменился в лице, а следом прибавил шаг, что бы они с Маской отдалились от отряда и их никто не мог подслушать.
— Знаешь, Маска, я ведь был настоящим головорезом… сорвиголова, которых ещё только поискать.
— И что же поменялось? — ещё сильнее сжал Артём в правой руке белую нить.
— Мой брат… — сказал старик это тихо, и с такой жгучей ненавистью, что снег вокруг него должен был растаять, — Я люблю его всем сердцем, но то, что он делает, меня огорчает… власть развратила его, и теперь он обычный зазнавшийся бандит, который не может сложить дважды два. Если бы он вёл дипломатические отношения со всеми Подпольями, то наша проблема решилась бы в короткие сроки… но нет, видите ли, Эгон Жариан у нас особенный! Никто не должен стоять выше него… идиот! Аж блевать хочется!
— Но это ведь ты дал ему власть, разве нет?
— Да, я… но знал бы, к чему это приведёт, никогда бы не отдал ему «Око Льда». Всё дело в нашем отце. Я его любил, он был хорошим мужиком… хоть и слабаком, которых только поискать. Над ним всю жизнь издевались, на работе смеялись, а друзей у него не было… лишь жена, моя мать, ценила и любила его, пока в один прекрасный день не умерла… породив на свет Эгона. Ребёнок этот родился ослепшим на правый глаз, да и с кучей болячек. Мой отец всегда отдавал мне последнее… еду… доброту… и любовь… и, видя, как нашей мамы не стало, и что с ним происходит, я решил в корень изменить жизнь отца. Я понял, что мамы больше нет, и мне нужно брать всё в свои руки. Я начал избивать тех, кто тайно смеялся над моим отцом и говорил про него разные мерзкие слухи. Тех, кто тронул его, и всячески травил, я убил собственными руками. Тогда и начался мой путь бандита. Поначалу отец и Эгон жили в городе «Прус», я не стал втягивать их в свои тёмные дела, поэтому помогал им деньгами, и в тайне убивал каждого, кто посмеет над ними смеяться. Я же, встал на путь крови и воровства. Собрал банду, и начал шествовать по всему Северу, пока обо мне не заговорили в Подполье Севера… тогдашний Король — Дол Структ, принял меня как родного сына. Он был очень сильным, и справедливым мужиком… и я нашёл дом, о котором так мечтал. Поэтому забрал отца и брата в Подполье. Здесь нас никто не тронет, и мы всегда будем сыты… а потом случилось страшное… моего отца убила снежная львица… она так его порезала, что не один лекарь не смог бы излечить такие раны… — глаза Шрама стали влажными, — И на последних секундах жизни отец попросил меня, что бы я помог Эгону стать настоящим мужчиной… прямо как я… я видел в угасающих глазах своего отца одну лишь гордость… он хотел быть как я… да, я это знаю… но что поделать, так распорядилась жизнь. Кто–то рождается слабым, кто–то сильным… но я не мог пойти против слова отца. Эгон, это последняя частичка моих родителей, моя родная кровь… и поэтому, я принял брата в ряды банды «Око Льда». Начал учить его, как сражаться, и как вести диалог с другими бандитами… но кто бы знал, что младший брат на самом деле не восхищался, а завидовал мне. В отличие от меня, в глазах нашего отца он видел… только самого себя. Эгон был слаб, и неопытен, над ним смеялись сверстники… он точная копия нашего отца. И теперь я понял, как выглядел бы наш отец, будь у него власть и сила… я рад, что он был слабаком. По–другому, я бы никогда не познал его искренней любви, — он тяжело вздохнул и глянул на просторы белоснежного неба, — Брат мой становился мужественнее, и я решил развивать его ярко выраженные способности: скрытность и ведение диалога, где он всегда будет победителем. В боевых искусствах мы мало чего смогли добиться. Но Эгон вёрткий на язык. Он прекрасно доносил до других бандитов, сколько денег они нам должны, и кто в подполье уважаемый бандит. Дальше дошло до того, что он обдуривал жителей Северных Деревень, и они сами, без боя и угроз, приносили нам все свои ценности… а потом, жадность мальчишки дошла и до меня. Мои люди начали косо на меня смотреть. Особенно я это замечал, когда притворялся спящим… они кружились возле меня, словно змеи, которые только и ждут момента, когда можно обнажить свои ядовитые клыки. Мои же уроки, поставили меня в затруднительное положение. Эгон обернул верность, в жадность и коварство. Я и забыл, что мои подчинённые — это ублюдки, которым нужно лишь золото. И тот, кто может платить больше, тот и главный. Так и устроены банды Подполья… если хотя бы на секунду твой авторитет упадёт, тебя тут же сожрут. Поэтому, я решил сделать иначе. Я сделал Эгона новым главой банды «Око Льда»… по факту, я просто испугался, и не захотел убивать своего родного брата… я показал слабость, и поэтому мои люди приняли Эгона с распростёртыми руками. Коварство моего брата не знала граней… он даже сметил Короля Северного Подполья, человека, которого я уважал и которым восхищался… и сделал он это через мои руки… я в те года не понимал, что делаю… я просто отдался потоку… куда приведёт меня русло судьбы, туда и приведёт… а потом, опомниться я не успел, как Эгон захватил всё Подполье. Теперь это его царство, а я — лишь тень себя былого…
Артём мерзко улыбнулся, и словно змея, тихо прошептал, не отпуская из ладони нить «Желания»:
— Шрам, ты уж слишком себя принижаешь… я считаю тебя умным, и сильным бандитом. И знаешь, я прошёлся по Подполью Севера, и каждый мне говорил, что ты уважаемый всеми бандит… я задам тебе один вопрос: кто Эгон Жариан без Шрама?