– Часа два еще протянет, не больше.
Брат Рис безразлично пожал плечами:
– Ее никто не заставлял нарушать заветы храма.
– Может, добить? – задумался гуманный брат Валер.
– Нет, – заступился Керт. – Давайте перенесем ее вон туда, на лавку. И позовем ее близких, может, с ней захотят попрощаться.
Тира разлепила ссохшиеся губы:
– Ненавижу!
И столько чувства было в этом слове, столько искренности…
Керт только головой покачал, но подхватил то, что осталось от девушки, перенес ее на скамью и кивнул Мире.
Та замотала головой:
– Нет… я не могу. Я понимаю, но…
Брат Валер покровительственным жестом приобнял девушку и накинул ей на плечи свой плащ.
– Не надо, брат Керт. Душа человека не приемлет лицемерия. Пойдемте, ланна Мира, я вас провожу.
Я пригляделась и фыркнула.
Кажется мне – или у Адама есть шанс на зятя-хуртара? А что, мужчина вполне себе, лет тридцати на вид, осанистый, симпатичный, кстати, чем-то похож на самого Адама. Могут и спеться.
Да и полезно такое в семье иметь, особенно после выходок Тиры. Тут уж никто в ереси… или как здесь это называется, не обвинит.
Брат Рис помешкал пару минут, но потом предложил свой плащ Лаллии, и та ответила благодарной улыбкой. Воодушевления не вызвала, но и отвращения тоже. Нормально.
Керт остался рядом с Тирой.
– Мне жаль, танна. Вы можете не верить, но мне жаль.
У Тиры дрогнули ресницы. Конечно, она не верила, и я бы тоже не поверила.
– Вы знали…
– Все зависело от того зла, которое вы натворили. Если бы вы никого не убивали, оно бы к вам и не вернулось. Эрард-младший ведь ваших рук дело?
– Да…
– И кто-то еще? Верно?
Тира прикрыла глаза. А у меня как-то и жалость пропала. Брюнеточка явно подрабатывала киллерством. Интересно, просто так – или с сексом? А, все равно гадко.
В храм вбежал Адам.
– Тира…
Упал на колени перед скамейкой, так, что треск по храму пошел, и разрыдался, сжимая руку племянницы, больше всего похожую на иссохшую лапку мумии.
Тира даже глаз не открыла. Может, и правильно.
Керт покачал головой.
– Можете попрощаться. Но выносить ее из храма я бы не советовал. Умрет в ту же секунду.
Адам вряд ли его услышал. Рыдал в три ручья.
Дверь скрипнула, на пороге появилась Колетт. А этой что надо?
– Идите, Керт. Я побуду с ним.
– Вы? – Керту тоже стало любопытно.
– А больше и некому. Кто боится, кто просто не придет. Ненавижу быть милосерднее всех, но иногда приходится.
– Я могу тут побыть.
– И свалиться с ног?
Керт вздохнул. Судя по его лицу, ему бы сейчас полежать и что-нибудь съесть. А то и поспать с полсуток. Не дадут ведь.
Но хоть поесть?
– Спасибо.
– Не стоит благодарности. Лэрр был дорог мне. Если вы найдете его убийцу, я буду считать, что этого достаточно.
Керт кивнул.
Это он и так сделать собирался. А сейчас – в дом.
В гостиной было весело и интересно.
Лаллия пересказывала свои приключения, ей внимали все – и дружно. Даже Асанта довольно улыбалась, пока муж не видит.
И удобно, и без греха, что тут скажешь?
Красота, да и только!
И репутация семьи не пострадает, можно на все расспросы отвечать, что племянница мужа заболела и померла. А уж какие там были сопутствующие обстоятельства… это – детали. Храм о своих делах не распространяется, справки у хуртаров наводить тоже не принято, все равно максимум, что ты получишь, – благословение вместо информации. КГБ на них нет.
Мира, наоборот, съежилась в кресле в углу и старалась быть как можно более незаметной. Брат Валер опекал ее, не отходя ни на шаг.
А вдруг срастется?
И мужчина симпатичный, волосы темные, глаза карие, и профессия достойная, если еще и деньги есть… а бедные хуртары вообще бывают? Надо у Керта уточнить.
Появление Керта все встретили шумно.
– Все кончено? – это Асанта.
– Никто больше не пострадал? – Алек.
– Спасибо, – Симон-старший.
Керт поднял руку, призывая к молчанию.
– Тире осталось часа два жизни. Если кто-то захочет с ней попрощаться, пройдите в храм. Если нет, то проявите сострадание к Адаму. Ему сейчас очень тяжело.
Все дружно закивали, но никто и никуда не пошел.
– Завтрак подан, – объявила домоправительница.
И никогда еще она не появлялась так вовремя.
После завтрака Керт позвал хуртаров в кабинет.
– Братья, у меня к вам просьба…
Просьба была проста. Задержаться в поместье еще на несколько дней.
Керт изложил, до чего мы додумались, и попросил хуртаров остаться. Мало ли, вдруг придется еще раз проводить ритуал очищения, так проще, когда все рядом. Чем звать…
Брат Валер даже не задумался.
– Брат Керт, надеюсь, ты напишешь в главный храм?
– Разумеется, брат Валер.
Брат Рис сморщил нос.
– Я бы предпочел вернуться, но раз уж такое дело… скверна свила здесь свое гнездо. Надо бы пока обследовать этот дом, и если найдем что-то запрещенное, обязательно уничтожим.
– Лучше передать в главный храм, а уж там уничтожат, – поправил Керт.
Брат Рис закивал. Я тихонько фыркнула.
Найдешь ты, ага! Уничтожишь…
Это – мое имущество, с какого перепуга я тебе что-то отдам? Даже и не рассчитывай! Самой мало!
– Подождем прибытия Далини Верейль. – Брат Валер был настроен весьма оптимистично. – А дальше будет видно.
Я кивнула.
Оптимистично, но по сути верно, нам остается только ждать. И Керту тяжелее всего, его язвы уже вскрываются. Хорошо хоть не пахнут и чем-то он их таким протирает, но я же знаю, что ему больно. Я знаю…
Надо найти этого врага. Обязательно.
Тира умерла через два часа, может, через два с половиной, как Керт и обещал. И брат Рис, со всеобщего молчаливого согласия, отслужил по ней службу.
Горевал только Адам. И горе не давало ему заметить довольного лица Асанты и Миру, с которой откровенно флиртовал брат Валер. Оно и к лучшему.
Кто-то скажет про Миру, мол, тело сестры еще остыть не успело, а она, бесстыжая…
Пусть говорят. Я могла понять девчонку. Как на войне люди иногда бросались друг другу в объятия, лишь бы кто-то живой и теплый был рядом. А Мира тоже под смертью ходила, уж что у нее внутри творилось, не знаю. Я бы такого для себя не хотела, медленно умирать и понимать, что могут не спасти и ты будешь гнить заживо… жуть жуткая!
И тут мужчина в атаке… даже если у них просто сеновалом закончится, уже неплохо. Все польза для девчонки будет. Почувствует себя живой, привлекательной, кому-то нужной, а там и мужа найдет. Пусть ей повезет и из этого кошмара выйдет что-то хорошее.
Лаллия поглядывала на брата Риса, но тот оставался молчаливым и непреклонным. Подозреваю, толстушка была не в его вкусе.
Делия… на Делию он сам посматривал, но та молчала и смотрела в пол. И даже казалась умнее, а траур делал ее просто очаровательной. И достается же такая красота – такой дуре?
Где справедливость?
Я поймала себя на мысли, что немного завидую. Может, потыкать в Делию артефактом, который мне лэрр оставил?
Нет, не стоит. Там заряд не бесконечный, всех я не проверю, а вот разряжу его запросто. И останусь при своем интересе в самый пиковый момент. Лучше потерпеть и тыкать наверняка.
– Ты спишь?
– Амура, имей совесть! Вламываться в спальню к молодому мужчине…
– И что? У тебя нет самца-летяги. – Я нахально развалилась на одеяле. – Слушай, чего брат Валер так в атаку пошел? У него блондинки с проклятием – идея фикс?
– Чего? Какая идея?
– Его на них клинит?
– Да нет… я завтра спрошу, ладно?
– Спать хочешь? – смилостивилась я.
– Ужасно.
– А колыбельную?
– Амур-р-ра!
Я замахала лапами.
– Ладно-ладно, не хочешь – не спою, и стекла целее будут. А компотика? Или коньячку?
– Издеваешься?
– Ага, все равно тебе спать не дадут.
Керт поискал под головой подушку для аргументации, и в эту секунду в дверь постучали.
Как он на меня смотрел! Ей-ей, враги бы устыдились и раскаялись. Я махнула хвостом и взлетела на люстру.
Я же говорила!
В комнату вошел брат Рис.
– Брат Керт…
– Брат?
– Нам надо поговорить.
Керту было не надо, но кто б его спрашивал? Уж точно не брат Рис, который прошел в комнату и по-хозяйски расположился в кресле.
– Я спать хочу… может, завтра?
– Сегодня. Кто вас проклял, брат Керт?
Я прищурилась с люстры.
А наблюдательный товарищ, язв-то у Керта не видно, все под одеялом. А он как-то заметил, понял, сопоставил?
Как?
Это же спросил и Керт:
– Как вы узнали?
– Чего тут удивительного? Я вижу потоки Эфира и могу сказать, что с вашими что-то не так. Предположил проклятие…
– Брат Валер в курсе?
– Девушка интересует его больше, чем вы. Не стоит уходить от темы.
Интересно. А того, кто проклял, так не найти?
Спрашивать я не стала, но Керт, видимо, ответ знал. И был тот ответ отрицательным.
– Тот же, кто убил лэрра Эрарда. Ненароком зацепило.
– Какое вы имеете отношение к лэрру?
Керт прищурился.
– Брат Рис, вы мой духовник?
– Нет, брат Керт. Но вы пригласили меня…
– Это ваша прямая обязанность – искоренять подобную нечисть.
– Я и не отказался. Но предпочту знать все обстоятельства заранее.
Керт упрямо сжал губы.
– Это не моя тайна. И разглашать я ее не стану.
Брат Рис кивнул, сделав какие-то свои выводы.
– Допустим. Вы можете мне сказать, насколько это опасно для присутствующих?
– Подозреваю, что только для меня. Может, еще для Алека, – вздохнул Керт. – Но его почему-то не зацепило.
– Вы – сын лэрра Фаулза.
Брат Рис смотрел так пронзительно, словно только что рентген изобрел.
– Я этого не говорил.