Хотя его понять можно.
Стерва, шлюха, а ведь Ран ее любил. И не таких любят.
– Хорошо бы, – вздохнула Асанта. – Так страшно жить в этом доме, зная, что в любой момент…
Она не договорила, и ее передернуло. Адам обнял жену за плечи.
Кажется, случившееся с Тирой сильно сплотило их. Может, и Адам впредь поумнее будет? Хотя я бы сильно на это не рассчитывала.
– Да уж, – кивнула Лаллия. – Никогда не думала, что попаду в такое… нехорошее дело.
Как я ее понимала.
Это мне интересно, но я-то эфирент. А они обычные люди, которые сильно зависят от происходящего. И заметим – они смертны, и внезапно смертны.
Им страшно.
Жалко мне их?
Не знаю. По крайней мере, они получат определенное вознаграждение за свои страхи, а часто ведь и того не бывает.
Больше за ужином ничего особенного сказано не было. И я с чистой совестью отправилась к Делии.
Керт решил составить мне компанию. Малышка Асиль заняла на эту ночь его покои вместе со своей нянькой, а мы окопались в ее комнате. И рядом, и удобно…
– Ждем?
– А что нам еще остается делать?
И мы ждали.
Не просто так.
Керт научил меня играть в карты, вот мы и сражались.
Да, карты здесь тоже были. Правда, их было сорок две, и нумерация начиналась с единички, мастей было всего три, а вместо привычных валетов-дам-королей были лэрры и ларры, тарры и тарры, но это уже детали. С математическим складом ума мне одинаково легко было приспособиться к любым игрушкам.
Я уже рассматривала возможность обучения Керта преферансу (переработаю правила, а игра интересная и заслуживает тиражирования), когда из комнаты послышался крик.
Орала сиделка.
Керт подхватился и бросился туда. Я тоже, только по потолку.
Увиденное повергло нас в шок.
Делия… умирала на глазах.
Ссыхалась кожа, выпадали волосы, темнели зубы… к счастью, она не пришла в сознание, поэтому ничего и не почувствовала, но впечатление было ужасное.
Сиделку я понимала, я бы еще и не так заорала на ее месте.
– Руха в …!!!
Керт выругался в три этажа и бросился из комнаты.
– Выходите!!!
И я понимала, что происходит.
Здесь и сейчас на Делию навели порчу. Кто навел?
Да тот, кого на месте не окажется. Только вот проблема, это вам не двушка в панельке и не трешка в хрущевке, это ошалеть какой здоровущий дом. Почти замок.
Пока все выйдут…
Самой, что ли, проверить?
И я, развоплотившись до состояния тумана, понеслась по комнатам.
Асанта спала, вместе с мужем. Это было видно по тому, как лихорадочно они одевались. Адам даже халат наизнанку надел.
Эрвина не спала, они с Симоном сидели, что-то обсуждали, так что эти вышли почти сразу.
Симон-младший и Лаллия появились из одной комнаты. Я заглянула в нее… нет, ни следа ритуала.
Комната Колетт пуста. Алека тоже нет… В библиотеке?
Там и обнаружились.
Мира где-то гуляет, но и брата Валера нет, так что… неопределенность. Может, целуются под кустом, а может, и не целуются.
Рандан храпит в две дырочки. И строй бутылок у его кровати такой… на полу лужа вина, от вони не продохнуть, кажется, он и в камин бутылку швырнул или еще что похуже… я хозяйственно приоткрыла окно.
Задохнется же, придурок!
Не жалко, но в этом доме и так трупов переизбыток. Расталкивать его или нет?
Ну на фиг!
С алкаша что-то требовать, это дохлый номер. Прибить проще, чем научить. Факт.
А брат Рис где?
Опа!
Этого кадра я нашла аж в храме. Активно молящимся.
Ладно, здесь нам не там, будем считать, что порчу он не наводил. Местный бог – мужчина серьезный, может и того… молотом по тыковке. А уж если сначала человека угробить, а потом к нему явиться…
Что там у Мольера?
– Настал молитвы час, прошу вас удалиться. – Да вам за все грехи вовек не отмолиться![7]
Здесь эта комедия вряд ли пройдет. Не поверят. Карает-то серьезно и быстро, индульгенции здесь не в ходу. Более того, люди и не подозревают, что оно – есть.
Дикость это для них.
Нонсенс – и точка.
Все выбегали в коридор, смотрели испуганными глазами, не понимая, что случилось.
Керт отер со лба пот.
– Делия умерла.
Спектр возгласов был самым широким. От «Ах!» до «Твою же так и этак!».
Самый логичный вопрос задала Эрвина:
– Она хотя бы не мучилась?
– Нет, – пожал плечами Керт. – Она так и не пришла в сознание.
Это единственное, что утешало. Сволочи мы все-таки, подставили девчонку.
Что ж, вернуть ее не получится, остается только найти убийцу.
Примерно час ушел на все объяснения-рассказы-разговоры. За это время я как раз нашла Миру и брата Валера. Как я и ожидала, они целовались. В каретном сарае.
Вот ведь популярное местечко!
Не нашли мы только одного.
Убийцу.
Ушел, сволочь.
Спать не хотелось. Мы с Кертом сидели в его комнатах и разговаривали. Керт потягивал что-то спиртное, я грызла орехи, и мы пытались понять – кто?
По всему выходило, что Колетт.
Или Алек.
Могли они навести порчу?
Запросто.
Могли составить друг другу алиби?
Конечно, могли! Чего тут удивительного? Мать и сын друг друга и поймут, и договорятся, особенно если сыну светит хорошее наследство.
Принцип «Ис фецит, ки продест»[8] срабатывал во все времена и при всех нравах.
Проблема только в одном.
«Кому ж еще это надо?!» – ни разу не доказательство. И ни в одном суде оно не принималось. Более того, нас на смех поднимут, если мы даже просто об этом скажем.
Кому выгодно?
Да кому угодно, остальные тоже не на бобах остались с лэрром Эрардом. А пожертвовать артефактом и потыкать им в Колетт?
Она – не дура.
Могла и не сама порчу наводить, а осуществлять идейное руководство. К примеру, сыном. В обоих потыкать? А у нее и еще один ребенок есть.
Нет уж.
Доказательства нужны, и железные.
– Выбора нет, – подвел итог Керт. – Ждем Далини Верейль, может, она что-то интересное нам скажет?
– Может быть, – вздохнула я. – Если повезет. Кстати, ей лэрр ничего не оставил.
– В завещании, – прищурился Керт.
– Но и так – тоже. Дом он ей снимал, побрякушки наверняка дарил, денег давал…
– Но ничего более серьезного?
– Умная женщина стремится обеспечить свое будущее.
– А глупая?
– Выйти замуж.
Керт аж вином подавился.
– В смысле?
– Свое будущее можно обеспечить двумя путями. Либо ты зарабатываешь тем или иным способом и составляешь себе капитал, который не дает пропасть. А потом можно и замуж, кто б спорил. Либо ты считаешь, что твой муж о тебе позаботится. И полагаешься на судьбу и на чужого в общем-то человека, которому ты безразлична. Другая найдется. Помоложе, посимпатичнее…
– Ты действительно так думаешь?
– Опыт у меня такой.
– Твой муж был дураком?
– Сложно сказать. Деньги он делать умел, а вот семьи у него не было. Так… шлялось что-то бабское рядом.
– Дурак, точно. Бросить такую женщину!
– Ты меня тогда не видел…
– Внешность – далеко не самое важное. Посмотри на ту же Делию.
Я вздохнула.
– Смотря кому, друг мой. Смотря кому…
Делию было жалко.
И что теперь будет с малышкой Асиль?
На рассвете я проснулась и поняла, что дура.
Ощущение было незнакомым и неприятным, но…
Дура. Точно.
Вот чем я занимаюсь?
Гоняю по дому.
А кто я в жизни?
Бухгалтер!
А где всегда отражены следы преступлений?
В деньгах!
Если речь не идет о личной и жестокой мести или клинической дури, то любое убийство всегда имеет под собой материальную основу.
Любое.
Может быть, что-то я и выцеплю из бухгалтерских книг лэрра Эрарда?
Читать я уже научилась, считать всегда умела, да и система счета здесь десятичная, что приятно, и цифры не римские. До нуля и в этом мире додумались.
И я поскакала в кабинет лэрра.
Раньше бы мне подумать об этом. Но я уже сказала – дура! Амура-дура, рифмуется…
Неприятно? Тогда работай, а то будет еще и правдиво. Вот!
Делию хоронили утром.
Брат Рис провел обряд, и гроб вспыхнул синим огнем.
На похоронах были все, кто жил в доме. Привели и малышку Асиль, но она пока еще ничего не понимала. И потому моя жалость к Делии таяла, словно лед под жарким солнцем.
Ребенком заниматься надо!
Если родила, то будь любезна!
Ладно-ладно, я пристрастна, мне-то понянчиться не дали, а хотелось. Но у Делии была возможность. И что?
Малышка смотрит спокойно, и намного больше ее интересуют котята, которые родились на конюшне и недавно открыли глазки. Это действительно важно для нее, а мать – нет.
Грустно.
Остается лишь гадать, кто будет следующим. И почему не убили Керта?
Этот вопрос я задала хуртару, когда мы остались наедине. И получила в ответ недоуменный взгляд.
– Зачем?
– Ну…
– Если меня убьют, здесь втрое хуртаров будет. А то и вчетверо. Отец такого не спустит, уж поверь. Головы поотрывает…
Звучало логично.
Но почему мне кажется, что мы упустили нечто очень важное?
Что-то, что в корне меняет всю картину происходящего?
Что?!
Оставалось лишь вчитываться в бухгалтерские книги.
Вечером я, как обычно, обходила дом.
Все было тихо, все либо спали, либо готовились ко сну, я проверяла все спальни…
Мира!
Вот черт!
Куда унесло эту заразу?
Я опрометью бросилась проверять брата Валера. И кто бы сомневался, этого гада тоже на месте не было! И где у нас любимое место всех парочек?
Каретный сарай, понятно…
Туда я и помчалась что есть лап и перепонок. И не зря я спешила.