На крошечном экране телефона Дилан помещалась лишь часть стены. Сильвия пятилась все дальше, мимо костра и палаток, пока не уперлась спиной в кору какого-то дерева. Весь маршрут по-прежнему не совсем умещался в маленький экран, но в принципе, сойдет. Она осмотрела дерево в поисках узловатых сучков, низко свисающих ветвей, чего-нибудь, на что можно было бы пристроить телефон. Никаких выступов, ствол оказался ровным. Она опустила взгляд пониже в поисках другой опоры. Не соорудить ли какую-нибудь хитроумную пирамиду из камней? Может, привязать мобильник на подходящую лиану? За деревьями раскинулись заросли ядовитого плюща и болиголова. Темные плоды вороньей ягоды. Одни ядовитые виды, ну как на подбор. Она отметила их все в блокноте, подписав: «Множество ядовитых растений купами окружают лагерь. Интересно, причина в почве? Или в физических особенностях местности?»
Надежного способа подпереть телефон она не нашла. Вместо этого заметила глубокие борозды на земле у подножия дерева. Четыре параллельные, словно от когтей. И это в паре шагов от их палаток.
Сильвию пробрала дрожь. Она принялась прислушиваться, не крадется ли что-то между деревьями, и ощутила, как тишина долины почти физически давит на нее. В лесу ничего не шелохнулось. Эти борозды – не оставила ли их та тварь, которую видел Люк?
Кто бы их ни сделал, это было давно – почва в выемках высохла и осыпалась.
Она наконец нашла, где установить телефон, нажала кнопку записи и поспешила обратно к скале.
Сильвия фиксировала в блокноте трудности, с которыми пришлось столкнуться Дилан:
«М-р-т 6, в середине – похоже, требуются большие усилия. Поднялась на треть пути, сместилась влево, спустилась вниз, пробует двигаться вправо. С земли вершина скалы кажется гладкой. Может, там есть какие-нибудь крошечные выступы, за которые можно ухватиться?»
На стене Дилан возилась с одним из камалотов, устройством, что позволяло ей организовать точку страховки и вщелкнуть туда свою веревку. Камалот представлял собой устройство с двумя кулачками, которые раскрывались подобно крыльям – две скругленные детали с насечками, разворачивающимися с помощью системы тросиков в середине. Сильвия посмотрела на часы. Дилан ковырялась с камалотом, пытаясь вбить его в стену, уже больше трех минут. Мышцы на ее левой руке, удерживающей ее тело вертикально – страховочную веревку Дилан еще не натянула – подергивались, даже с земли было видно, как сильно напряжены ее сухожилия.
«Изо всех сил старается установить страховочное оборудование. Его нужно правильно расположить, чтобы она могла пропустить через него веревку – та поймает ее, если она упадет. Сейчас расстояние до последней страховочной станции уже слишком велико, и она не может подняться выше».
Еще несколько раз отборная ругань раскатилась по всей гулкой чаше долины, и камалот наконец был укреплен в стене как положено. Дилан едва успела закрепить в нем веревку, и выкрикнула еще одно слово:
– Падаю!
Сильвия ахнула, когда тело Дилан полетело вниз, рука у нее дернулась и размашистым зигзагом перечеркнула все только что написанное. Веревка натянулась и остановила полет Дилан парой футов ниже точки страховки. Вес тела сильно нагрузил ее, и та глубже ушла в скалу. Люк стоял на цыпочках, поднявшись, как другой конец противовеса, сделанного из двоих людей.
Дилан потрясла левой рукой, разминая сведенные от напряжения мышцы, и это движение отразилось на крошечном экране камеры. Рука Сильвии болела, пальцы устали выводить буквы. Ну и что, если камера пишет все подряд – она фиксировала каждое движение Дилан в блокноте, желая иметь точное и полное описание событий. Она сомневалась, что Клэй действительно удержит все детали в голове. Мотая головой – то вскидывая взгляд на скалу, то опуская его к записям – Сильвия записала:
«Сорвалась после установки камалота, м-р-т 6, на полпути – на высоте около 40 футов. Видимых повреждений нет, мышцы, судя по всему, болят. Установленные крюки остались в стене».
Она не осознавала, что закусила губу, пока кровь не хлынула как из ведра, река потекла между зубами. Она смотрела записи падений альпинистов во время работы с материалом, но, когда увидела это вживую, у нее все сжалось внутри.
– Ты в порядке? – окликнул Дилан Люк.
Он выдал немного веревки и опустился на землю на полную стопу.
– Ага, – крикнула Дилан. – Не знаю, смогу ли я закончить тут сегодня.
– Готова спускаться?
Даже с земли Сильвия видела, как Дилан задумалась, переводя взгляд с дрожащего предплечья на потертые туфли и солнце, ныряющее за скалу, его лучи били ей прямо в глаза, не давая ничего толком разобрать на склоне. Сильвия тоже колебалась, занеся ручку над страницей, и ожидая ее решения. Продолжая висеть рядом со скалой, Дилан еще раз потрясла левой рукой, пытаясь восстановить подвижность сухожилий. Кончиками туфель задела скалу, взметнулась пыль.
– Спускай, – крикнула она.
Люк потянул за рычаг страховочного устройства на своей беседке, и веревка рывками стала проходить через него. Дилан начала опускаться.
Сильвия нацарапала:
«Сорвалась, но не пострадала. М-р-т 6 не завершен, попытка № 3, на полпути».
– Вот же блин, – сказала Дилан, когда ее ноги коснулись земли.
– Жестко пошло? – спросил Люк.
Дилан изо всех сил боролась с тугим узлом, все еще связывающим ее со скалой.
– Да это просто конец дня, – сказала она. – Я вымоталась. Отстой, что точку пришлось оставить. Если бы я знала, что мне придется спускаться так стремительно, то принесла бы в жертву богам безопасности расходники подешевле, мы и такие захватили с собой.
– Завтра снимешь его оттуда, – сказал Люк, помогая ей вывязать веревку – руки Дилан забились, ей это оказалось не под силу.
Он потянул за трос. Тот выскользнул из оставленной закладки и со свистом, как плеть, ударил по земле.
– Пойдем, посмотрим, может то пиво, что у нас осталось, все еще холодненькое.
«На сегодня с восхождениями закончено. Оборудование осталось в скале», – торопливо накарябала Сильвия.
Дилан зашагала к лагерю, поскальзываясь на грязи, как на обледенелом тротуаре. Сильвии это показалось странным – почему конкретно этот клочок земли был достаточно сухим, чтобы поскальзываться на нем, в то время как каждый второй дюйм этой долины был покрыт грязью? Сильвия нагнулась, отодвигая грязь своими испачканными в чернилах пальцами.
– Что там такое? – спросила Дилан.
– Пока не знаю, – ответила она.
– Я чуть не поскользнулась, – сказала Дилан. – Тут как будто песок насыпан на гладком бетоне или что-то в этом роде.
– Может, это просто часть скалы, – предположил Клэй, присаживаясь на корточки рядом с остальными.
– Может, – согласилась Дилан. – Иногда склон уходит дальше, под почву.
Они сдвинули слой грязи. Под ней обнаружилась прямоугольная полоса, заполненная каким-то твердым и скользким веществом. Она шла прямо от скалы, края были гладкими и прямыми, как будто кто-то разместил ее здесь осознанно, следуя какому-то плану. Они раскопали около трех футов этой скользкой полосы, и она резко, под прямым углом повернула и снова пошла прямо, параллельно стене.
Сильвия опустила голову ниже и провела пальцами по этому веществу.
– Боже мой, – сказала она. – Это окаменевшее дерево.
Внутри бруса, идущего от скалы в форме буквы «L», мерцали темно-красным и белым гладкие кристаллы.
– Это так странно, – продолжала Сильвия. – Похоже на фундамент здания, которое в какой-то момент ушло под землю. Похоже, здесь был дом или лачуга, или, по крайней мере, кто-то начинал их строить.
– Зачем строить так близко к скале? – спросила Дилан, проводя пальцами по напоминавшим вены разводам кристаллов кварца в древесине. – Да и кому бы пришло в голову строить здесь вообще? Единственные следы пребывания человека тут – те инициалы, вырезанные на дереве. Все остальное, что мы видели, находится больше чем в миле отсюда.
– Кто знает, – заметил Клэй. – Может, тут стоял какой-то навес, давным-давно. Или охотничья хижина.
– Посмотри на соединение. Это определенно был фундамент дома, – сказала Сильвия. – Похоже, что он уходит под скалу.
У нее даже руки зачесались записать это на камеру. Она пошла снять ее со штатива.
– Оптическая иллюзия, – сказал Клэй. – Может, когда ствол упал на землю, он как-то сдвинулся и оказался под скалой, в расщелине или чем-то таком.
Сильвия закатила глаза.
– И, может, эти стволы просто срубило молнией – и обтесало сразу, и они вот так вот упали, квадратом, с дверным проемом сразу и все такое, – отрезала она, возвращаясь с камерой. – Дереву требуются миллионы лет, чтобы окаменеть. Оно должно было быть уже окаменевшим, когда его использовали для этой постройки. Какая классная находка!
Сильвия сфотографировала дело рук человеческих, в том месте, где оно, казалось, уходило под высящуюся скалу – с увеличением.
Они сидели на корточках, каждый из них любовался старым деревом, проемом в брусе спереди, достаточно широким для того, чтобы там когда-то находилась дверь. Сильвия выпустила камеру из рук – та повисла на ленте на шее – и записала:
«Возле скалы обнаружено рукотворное сооружение. Древесина окаменела – ей, должно быть, миллионы лет. Похоже на фундамент старого дома, может, это был навес или бревенчатая хижина. Остальная часть здания исчезла, так что, вероятно, ему как минимум лет сто. Фундамент каким-то образом уходит под скалу. Озадачивает, что находка так далеко в лесу, нет троп, к-рые вели бы к ней. Может, тропа заросла? Могло ли наводнение загнать строение под скалу – может, там пещеры под ней?»
Больше всего Сильвия сокрушалась, что остальная часть сооружения разрушилась от времени, стихийного бедствия или же была уничтожена самими людьми – вся, кроме монолита, сверкающего прожилками кварца.
10 марта 2019
В середине той же ночи из леса донесся болезненный вой.