Для этого были собраны приближенные Романовых, содержавшиеся по тюрьмам — Шнейдер, Гендрикова и ряд других лиц. В обстановке подчеркнутой секретности их посадили в особый вагон и повезли в Пермь. Но не довезли. Недалеко от Перми расстреляли (только камер-лакею Волкову удалось бежать). Кстати, лишнее доказательство, что дорога на Пермь была свободна.
А в Москве еще 18 июля, получив донесение с Урала, Свердлов отреагировал так, как он наметил заранее. Официальный документ гласит:
“Протокол № 1 выписка из заседания ВЦИКа от 18.07.1918.
Слушали: сообщение о расстреле Николая Романова (телеграмма из Екатеринбурга).
Постановили: По обсуждении принимается следующая резолюция. ВЦИК в лице президиума признает решение облсовета правильным. Поручить т.т. Свердлову, Сосновскому, Аванесову составить соответствующее извещение для печати. Опубликовать об имеющихся во ВЦИК документах (дневник, письма). Поручить т. Свердлову составить особую комиссию для разбора”.
Лжи здесь предостаточно. 18 июля ВЦИК не собирался. Заседал только президиум ВЦИК (если заседал вообще). Те же Свердлов, Аванесов, Сосновский и др. И никаких документов — дневника, писем (от “Офицера”, о подготовке побега) у ВЦИК еще не имелось. Эти документы хранились у членов царской семьи. Следовательно, Свердлов уже знал о том, что и семья уничтожена, и документы ему привезут. И опять, как мы видим, он сплошь дает “поручения” самому себе.
Существуют данные и о том, что привезли не только документы. По сообщению Ермакова, Голощекин велел ему отрезать головы у трех трупов: Николая Александровича, царевича Алексея и царевны Анастасии. Головы “куда-то забрал” Войков. Преположительно, они были отправлены в Москву. О том, что несколько голов убитых были отчленены и увезены в столицу, пишет и генерал Дитерихс, участвовавший в расследовании. А по свидетельствам очевидцев, 19 июля Юровский выехал из Екатеринбурга в центр. Вез он с собой опечатанный чемоданчик, а также какие-то три грубо сколоченных ящика. В Москве он вместе с ящиками сразу отправился на квартиру Свердлова… Хотя существует и гипотеза, что это были ценности царской семьи — но для ценностей больше подошел бы опечатанный чемоденчик.
Однако история о том, будто голова царя была представлена всему советскому руководству и сожжена в присутствии членов Совнаркома, ЦК и коллегии ВЧК, совершенно недостоверна. Автором ее является Сергей Труфанов. Бывший иеромонах Илиодор, боровшийся с Распутиным якобы за спасение Православия и монархии, потом сбежавший за рубеж, где начал торговать грязными “сенсационными” сплетнями о Распутине и царской семье, потом вернувшийся в Советскую Россию, отрекшийся от Православия и поступивший в ЧК, потом опять удравший за рубеж и торговавший грязными “сенсационными” сплетнями о жизни коммунистической верхушки. Доверять “свидетельствам” такого типа нет ни малейших оснований. Да и в фактах он откровенно наплел, указывая, что сам присутствовал при сожжении вместе с советскими лидерами — и перечисляет среди них тех, кого в это время не было и не могло быть в Москве.
Справедливости ради отметим и тот момент, что никаких однозначных доказательств причастности к цареубийству Ленина — нет. А свидетельства слишком слабы. Таких источников в общем-то всего два. Первый — мемуары Троцкого. Причем Лев Давидович передает свидетельство относительно Ленина из уст… Свердлова. Когда Троцкий, отсутствовавший в столице, вернулся, Яков Михайлович сообщил ему новость о расстреле царя и всей семьи. А на вопрос: “А кто решал?” Свердлов ответил: “Мы здесь решали”. И упомянул Ильича.
Второй источник — мемуары Свикке “Ясные дали великого пути”, написанные уже в 1960-е годы и так и не изданные, известные лишь по свидетельствам жерналистки С.Ильичевой. Мемуары, где он называет себя личным представителем Ленина и Дзержинского, сообщает, что по всем вопросам вплоть до содержания Романовых и разрешения передавать им передачи сносился и консультировался непосредственно с Лениным, имея для этого особого шифровальшика и особый шифр — ключом для которого служила книга Лермонтова “Демон”.
Свикке явно врет. Все вопросы содержания узников, передач и т. п. были решены без него и до него. А его отряд принял охрану непосредственно перед казнью. И как будто Ленину делать было нечего, кроме как переговариваться по каждой мелочи с командиром отряда из 13 человек! Предполагаю, что сам отряд был сформирован Свердловым параллельно с его охранным “спецназом”. А солидный человек, профессор Латвийского университета Ян Мартинович Свикке, видимо, набивал себе цену в воспоминаниях. Ну кто в 1960-х оценил бы, что он был “человеком Свердлова”? А вот человеком Ленина и Дзержинского — это да, это звучало! Могла быть еще одна причина. Уж Свикке-то знал, что это было не простое убийство, не простая казнь. Знал и о том, что участвовавшие в ней “свердловцы” давно пошли под расстрелы в качестве “троцкистов”. Так не лучше ли объявить себя не “свердловцем”, а “ленинцем”?
Глава 25ОБЩАЯСЬ С ДУХАМИ ТЬМЫ
Здесь надо сделать отступление от нашего повествования и пояснить, почему же я все-таки называю Свердлова “эмиссаром сил неведомых”? Почему не выражусь более определенно — евреев, иудеев, масонов?
Потому что говорить о евреях в целом было бы несправедливо. Среди них было много честных и достойных людей, в трудную годину проявивших себя настоящими патриотами России. Так, Деникин упоминает, что крещеным евреем был генерал Букретов — герой Сарыкамыша, вставший с горсткой бойцов на пути турецких полчищ. Он великолепно командовал потом 2-й Кубанской пластунской бригадой, и казаки так любили и уважали его, что в 1920 г. избрали атаманом Кубанского Войска. Хорунжий Ф. Елисеев с искренней теплотой вспоминает и евреев-врачей 1-го Кавказского полка, деливших с казаками все беды и лишения, делавших невозможное для спасения раненых. В разных источниках называются евреи-офицеры и евреи-юнкера, храбро сражавшиеся и погибавшие в рядах Белой Гвардии. А журналист Виталий Иванович Сулима приводит в своих статьях любопытные сведения и о том, что на Украине возникли даже “еврейские казаки”. Распевали песню:
“Тому мы голову снесем,
Кто нападет на наш родной Бердичев!”
И храбро рубились со всяческими “интернационалистами”, защищая свой город и заслужив полное уважение со стороны самых что ни на есть “щирых” украинцев.
Говорить об иудеях в целом также было бы весьма некорректно. В данном отношении я могу отослать читателя к работам В. Кожинова, приводящего красноречивые примеры, как сами же иудеи страдали от действий сионистской верхушки, как представители этой верхушки спекулировали на горе и мучениях своего народа во время Второй Мировой войны. Да ведь и в годы гражданской иудеям крепко досталось не столько от белогвардейцев и махновцев, сколько от “красного террора” и прочих прелестей режима, зачастую от собственных соплеменников-комиссаров. Об этом свидетельствуют воспоминания очевидцев, собранные и изданные И.Гессеном в “Архиве русской революции”.
Назвать Свердлова “эмиссаром масонства”? Тоже неверно. Масонами были и Львов, Керенский — но ясное дело, что Свердлов был не их эмиссаром. Он был их врагом. Тут мы снова сталкиваемся с многослойностью масонства. Которое имеет разные уровни “глубины”, разные степени посвящения. На шахматной доске присутствуют не только короли и ферзи, но и пешки. Удел коих — тупо и прямолинейно шагать вперед, пока они не будут съедены. А есть и силы, которые решают, какую пешку или коня двинуть вперед? А какую придержать? Причем дело вовсе не в формальном ранге фигуры. Пешка может считать себя ферзем. Но те, кто обдумывает план игры, прекрасно знают, что она — пешка. Дело даже и не в формальных рангах посвящения. Могут быть и целые ложи-пешки. Дело в степени допуска к принятию принципиальных решений. К высшим сакральным тайнам.
И если во внешних, так сказать, поверхностных слоях масонства мы встречаем среди “вольных каменщиков” и атеистов, и тех, кто сам себя считает “умеренными”, то есть “просвещенными” православными, католиками, лютеранами, то в глубине оказываются иудейские сектанты, каббалисты, адепты темных оккультных учений… И всегда остается неизвестным, где же она, самая глубина? Допустим, ряд исследователей докопался до фигуры Якоба Шиффа. Он получает орден японского микадо за революцию 1905 г., он принимает активное участие в подготовке и углублении революций 1917 года, обнаружены факты его контактов с Милюковым, Керенским, Троцким, Свердловым. Но из фактов, что Шифф, как и его коллеги-банкиры Лоеб, Мильнер, Ротшильды, Варбурги получили пусть узкую, но известность, может следовать и другое предположение. Что не они были самыми глубинными силами. Поскольку одна из главных заповедей подобных структур — тайна. Следовательно, могут быть и более глубинные слои, не “засвечивавшие” себя пусть даже и законспирированными связями с японцами, немцами, большевиками.
Поэтому я и пише о Свердлове, как эмиссаре “сил неведомых”. И таким был не он один. Скажем, во время подготовки цареубийства на Волге полыхала война, восстания, телеграфные линии нарушались, и часть телеграмм уральские исполнители направляли Якову Михайловичу через Петроград, через Зиновьева и Урицкого. Следовательно, и они были причастны к “силам неведомым”, имели определенную степень допуска к тайне. Косвенным подтверждением этого служит очень уважительное отношение к Зиновьеву британских масонов. В.Г. Орлов в своей книге “Двойной агент” приводит любопытный пример: “В 12-м издании Британской энциклопедии читаем следующее: “Зиновьев Григорий (Овсей Гершон Аронор)…”… В 13-м издании (в советское время, прим. авт) читаем: “Зиновьев Григорий Евсеевич (1883 — ), русский политический деятель… Он стал одним из руководителей Союза Советских Социалистических Республик… Плодовитый писатель, издал многотомное собрание избранных очерков и речей, которые могут служить богатым справочным материалом по вопросам революции и возрождения Советской России”.