Передний «Субару» включил правые поворотники. Пыль взвилась в воздух, когда он свернул на грунтовую дорогу. Второй внедорожник последовал за первым.
Они проехали мимо нескольких домов, а потом снова свернули направо и двигались по дороге до тех пор, пока она не превратилась почти в тропу. Первый внедорожник свернул к густым зарослям, и Антонио вылез вместе со своим вооруженным эскортом и подождал, когда водитель припаркуется.
Все собрались возле задних грузовых дверей и ждали, когда сеньор Касуэло оттолкнет в сторону всевозможные кирки, лопаты, монтировки и лампы, чтобы достать предметы поменьше и передать их наружу. Сэм взвесил в руке мачете, рассмотрел клинок и сунул его обратно в парусиновые ножны.
Антонио откашлялся:
— Ну ладно. Полицейские останутся здесь, чтобы с машинами ничего не случилось в наше отсутствие. У всех вас есть фляги и мачете. Единственное, о чем я хочу предупредить — это о змеях. Тут множество гремучих змей, так что смотрите, куда ступаете. И не спешите. Змеи должны бояться вас больше, чем вы их, но с ними никогда ничего не знаешь наверняка, поэтому как следует предупредите их о своем приближении.
— И о змеях мне тоже никто не рассказал, — напомнил Лазло Сэму.
Тот пожал плечами:
— Ну как же — вот Антонио только что рассказал.
Затем голос подала Реми:
— Мы ищем остатки храма. Открытого всем ненастьям, так что от него могли остаться только руины. Я не уверена, как он должен выглядеть, но если вы наткнетесь на что-нибудь, что покажется вам делом рук человека, кричите. Я бы предложила разойтись, занять позиции метров на десять друг от друга и начать пробираться отсюда на юг.
— И все-таки, каким образом уберечься от укусов змей? — спросил Кемп.
— Будем идти медленно и смотреть под ноги, — сказал Антонио.
— Молитва тоже может помочь, — добавил Сэм.
— Готовы? — оглядела всех миссис Фарго.
Компания начала пробиваться вверх по склону к вершине под звук прибоя, разбивающегося о скалы у подножия утеса в десяти этажах под ними. Подлесок под пологом древесных ветвей был густым и буйным, взлелеянным обильным дождем и солнцем. Позднее утро перешло в день, и солнце начало медленно клониться к горам Сьерра-Мадре, когда Реми позвала с краю цепочки:
— Я что-то нашла!
— Уже иду! — заорал ее муж и двинулся в ее сторону.
— Тут все заросло, но смахивает на часть стены!
Лазло присоединился к Сэму, и они прорубили путь к миссис Фарго. Марибела и Антонио приблизились с дальней от моря стороны, и вскоре все пятеро уже стояли перед возвышенностью на естественной террасе.
Реми постучала по этой возвышенности клинком, и сталь звякнула о камень:
— Я соскоблила землю в паре мест, и под ней оказался камень. Похоже, эта штука поднимается футов на пятнадцать.
— И этого может быть более чем достаточно для маленького храма, — подтвердил Касуэло. — После тысячи лет ливней и бурь, забрасывавших его землей, он вполне мог превратиться в большой холм — в точности такой, как этот.
Сэм шагнул вперед, раздвинул путаницу растений, растущих из покатого склона, и немного покопался в земле, после чего объявил:
— Нам понадобятся лопаты и кирки из машин.
Антонио и Лазло отправились за орудиями, а Сэм, Реми и Марибела начали рубить мачете густую растительность, пытаясь расчистить место вокруг возвышенности. К тому времени, как их товарищи вернулись с инструментами, все трое до смерти устали, поэтому сделали передышку. Прохладный ветерок дул от края утеса, до которого было всего несколько ярдов.
— Приближающиеся корабли явно смогли бы увидеть с моря это место. На что хотите поспорить, что в обязанность оставленных здесь людей входило каждый день зажигать сигнальный огонь? — спросил Фарго.
— Да, это разумно, — согласилась его супруга. — И может объяснить также тучу над пирамидой на некоторых изображениях. Туча могла бы быть облаком дыма — завуалированная ссылка на храм.
Марибела пристально посмотрела на нее:
— Может, вы расскажете, что именно мы нашли?
— Лазло сумел перевести руны с камня, найденного на ладье викингов, — призналась Реми. — Там говорится о памятном месте на берегу — храме, который приведет норвежцев обратно в Новый Свет, чтобы колонизовать его во имя их вождя, похороненного там. Из этого мы можем почерпнуть целый кладезь исторических сведений.
Сэм, поднявший одну из лопат, выпрямился:
— Давайте расчистим землю и посмотрим, что под ней, а?
Антонио с киркой присоединился к нему, и они начали работать посреди одной из сторон холма, в то время как обе женщины копали с другой стороны. После часа усердной работы Фарго сделал шаг назад и осмотрел место, которое расчистили они с Касуэло.
— Реми, иди-ка, посмотри сюда! — позвал он жену. — Похоже на вход. Но он замурован.
Американец постучал по камню острием лопаты. Они ухитрились расчистить прямоугольное отверстие с каменным выступом, но путь им преградили валуны, грубо скрепленные строительным раствором.
— И ты наверняка захочешь сделать снимок-другой, чтобы присоединить их к нашему альбому с фотографиями резьбы на косяке, — добавил Сэм.
Реми подошла к мужу и прислонила свою лопату к куче земли, а мгновение спустя появилась и Марибела. Она едва не задохнулась, увидев, на что показывает Фарго.
На граните, обрамляющем вход, был вырезан череп в воинском шлеме. Шлеме, украшенном головой змеи с обнаженными клыками, широко раскинувшей пернатые крылья, словно змея приготовилась нанести удар.
40
Мексиканка удивленно посмотрела на брата:
— Я не… понимаю. Это не похоже ни на одно из сделанных тольтеками изображений, которые мы когда-либо находили!
— Да, это, скорее, типично для культуры викингов, — подтвердила Реми, щелкая фотоаппаратом, — она делала панорамный снимок. — Посмотрите на череп. У него борода. Думаю, мы видим первый пример иконографии викингов, когда-либо найденный в Мексике.
— Соприкосновение местного искусства и искусства викингов — это… Мягко говоря, поразительно, — прошептала Марибела.
— Не очень-то у него радушный вид, верно? — заметил Лазло.
— Да, при виде его невольно остановишься и глубоко задумаешься, — согласился Сэм. — Интересно, почему они замуровали вход в храм?
— Может, устали ждать возвращения корабля? — предположил Кемп.
Фарго кивнул:
— Есть единственный способ выяснить, что же внутри. Можно проверить, удастся ли нам пробиться сквозь стену, пока еще не угас дневной свет.
Он повернулся к Антонио:
— Как думаете? Не возражаете, если мы проделаем тут дыру?
— По-моему, инстинкты вас пока что не подводили, — не стал спорить мексиканец.
— Хорошо. Тогда давайте посмотрим, из чего сделана эта кладка, — вновь повернулся к камням Сэм.
Строительный раствор затвердел до каменного состояния, и солнце уже спустилось за горы к тому времени, как кирки пробили в нем первую дыру. Вид расширяющейся бреши приободрил людей: раствор начал отваливаться более крупными кусками, и спустя несколько минут вход был полностью освобожден.
Марибела принесла из внедорожников фонарики, включила один из них и протянула его Сэму. Прищурившись, тот вгляделся внутрь. Реми придвинулась к нему, тоже взяв фонарик и светя внутрь.
— Это не то, чего я ожидала, — сказала она и шагнула назад, чтобы в дыру могли заглянуть и мексиканцы.
Подошел к ним и Лазло. Он посмотрел через плечи своих друзей, пока они светили в темноту фонариками.
— Вот и еще одно «никогда раньше». Я никогда раньше не видела в таких храмах, как этот, массовых захоронений. Сколько же там скелетов? — спросила Марибела.
Антонио тихо пересчитал останки на испанском.
— Дюжина. Но посмотрите, как они одеты, — сказал он и сделал нерешительный шаг вниз по единственной ведущей в храм лестнице.
Сестра последовала за ним, а после нее стал спускаться Лазло. Сэм и Реми кивнули друг другу и присоединились к остальным исследователям.
Внутри помещение было больше, чем казалось снаружи — по крайней мере, двадцать квадратных футов. Скелеты сидели у стен так, будто кого-то ждали. Все они были в плетеных кольчугах, на черепах некоторых были сползшие на лицо шлемы викингов, сгнившие зубы ухмылялись в вечность… Рядом лежали мечи и боевые топоры.
— Посмотрите! Вон там, — сказала Реми, показав на несколько предметов, лежащих возле лестницы, ведущей в храм. Она направила свет фонарика на длинное деревянное корыто и на инструменты рядом с ним. — Вот откуда взялся строительный раствор.
— Черт побери! Они замуровали себя! — воскликнул Лазло.
Больше никто ничего не сказал — на всех исследователей навалился груз того, что они тут увидели. Теперь можно было только догадываться, были ли эти люди живы, когда замуровали дверь, но инструменты служили достаточным доказательством того, что, по крайней мере, один человек, а может, и больше, прожили достаточно, чтобы выполнить свою мрачную работу — прежде чем провести свои последние минуты взаперти в собственной гробнице.
— Посмотрите на пиктограммы. Они более грубые. Но взгляните, что на них изображено, — сказала миссис Фарго, глядя поверх скелетов на резьбу.
Бородатый воин — наполовину змея, наполовину птица, избивал группу людей, нападающих на маленький храм. Над пиком нависла туча. Изображение было ужасным: разрубленные тела, несколько человек обезглавлены… Молнии вылетали из глаз воина, поджигая все вокруг, и несколько фигур горели.
— Не очень-то жизнерадостно, верно? — прошептал Кемп. — На мой вкус, отдает апокалипсисом. И все-таки ясно, что этим хотели сказать.
Сэм кивнул:
— Насколько я понимаю, это предупреждение каждому, кто попытается вломиться в храм.
— Как сделали мы, — заметила его жена.
Все молчали. Наконец Антонио двинулся назад, к выходу:
— Темнеет. Мы должны собрать наши вещи, и пускай ночью храм охраняют полицейские. Я поговорю с ними об этом.
— Я еще не готова уходить. Давайте доставим из машин переносные лампы и установим их здесь, — попросила Реми.