– Жизнь наша в ваших руках, – продолжила Эдди торжественную речь, отвесив очередной поклон. – Мы пришли с миром и доброй волей, мы лишь странники, ищущие пути в ваших священных землях.
– Куда направляетесь? – спросил Герайнт.
– На поиски легендарного Кладбища Левиафанов на Кадер Идрис, Ваша Грандиозность. Нам бы отыскать путь туда и обратно, и путешествие наше продолжится спокойно и без проволочек.
– Вам не осквернить Богиню Камня, – пророкотал он нараспев, в то время как другие воины принялись недовольно перешептываться. – Лучше мы поднесем вас в жертву горе. Ваша кровь омоет ее камни, а ваши разлагающиеся трупы склюют стервятники. Гора будет ублажена. Вы умрете. Я сказал, Герайнт Грандиозный.
– Мы несем дары, – сказала Эдди.
Последовала пауза.
– Гора будет ублажена… попозже, – уступил Герайнт. – Мы принимаем ваши дары… Только если это не очередные треклятые козы. Нам никогда ничего не дарят, кроме коз, и я вам прямо скажу, они у нас уже в печенках сидят. И на вид, и на запах, и на вкус. Верно я говорю, ребзя?
Воины единодушно ухнули в знак согласия и потрясли в воздухе копьями.
– У нас уже столько этих коз, – продолжал Герайнт досадливо, – что нам приходится продавать их ниже рыночной стоимости этим сосункам в Ллангериге. Так что если кто-то попытается сбагрить этих самых коз нам обратно, гнев наш будет велик, а жестокость не будет знать предела.
– А-га. Подождите тут минуточку, Ваша Грандиозность, я посовещаюсь со своими спутниками.
Эдди повернулась к нам.
– Кажется, по части коз меня дезинформировали, – сообщила она шепотом.
– Зато мне стало понятно, почему товарный рынок Ллангерига перенасыщен дешевыми козами, – вставила принцесса. – Все это так интересно.
– Не сейчас же, миледи, – одернула она. – Есть у вас хоть что-нибудь, на что можно обменяться?
– Две тысячи плутников, – сказал Уилсон, открывая кошелек. – Больше у меня ни гроша за душой, но милости прошу.
– Подойдет? – спросила я.
– Наличность они недолюбливают, но я попробую… Глубокоуважаемый Герайнт Грандиозный, – сказала Эдди, снова поворачиваясь к воинам. – Мы усталые путники и ограничены в средствах. Мы можем предложить только две тысячи плутников.
Воины в голос загоготали.
– Мы презираем ваши абстрактные монетарные концепции. Ценность должна содержаться в полезности, и не назначаться арбитражно предмету, не несущему подлинной ценности в самом себе.
– Мне нравятся эти ребята, – сказала принцесса. – Мои единомышленники, ни дать ни взять.
– Так что только бартерный обмен, – подытожил Герайнт Грандиозный. – Но никаких коз. Нам нужны стиральные машины, кухонные комбайны, тостеры и прочие потребительские товары. Вот приятный юноша на броневике дал нам свой «айпод».
Понятно теперь, как удалось проехать Кертису. В общем, пришлось нам сознаваться, что мы с пустыми руками и вряд ли сможем придумать что-то прямо на ходу.
– Ну что ж, – ответил Герайнт, – тогда уезжайте восвояси, а мы за то, что сохраним ваши жизни, возьмем себе в награду вот этого сувенирного дракона.
С этими словами вождь указал на Колина, который сидел на заднем сиденье джипа, не менее резиновый, чем раньше.
– Сувенирный дракон… не продается, – сказала я.
Вождь неповоротливо скатился с базонджи и обнажил свой клинок.
– Тогда вы все умрете мучительной смертью, – сказал он. – Кроме Эдди, она будет нам стирать и убирать до конца своих дней.
Эдди достала нож и сверкнула глазами:
– Я буду стоять за своих друзей насмерть.
Слова были красивые, и Эдди была сильной воительницей, но дюжина вооруженных до зубов Горных Силуров против двенадцатилетней девочки… Я бы не стала делать ставки на такой поединок.
– Погодите! – вскричала принцесса. – Я могу вам помочь.
– Ты умеешь обращаться с утюгом? – спросил вождь. – Тогда это действительно многое меняет.
– Нет, но я помогу вам превратить тянущий вас на финансовое дно излишек коз в ценный товар.
Герайнт посмотрел на принцессу и сузил глаза.
– Идея заманчивая, – сказал он. – У нас тысячи этих тварей. Но как?
Принцесса набрала в грудь воздуха.
– Для начала нам нужно оформить Козлиную Торговую Корпорацию и посредством ее объединить все остальные козоориентированные племена, чтобы контролировать количество коз, попадающих на рынок. И вместо того чтобы позволять покупателям диктовать цены, основыванные на предложении, козоориентированные племена смогут ограничить поставки товара и сообща установить фиксированную минимальную цену, чтобы все поставщики получили равные возможности. Это можно совместить с рекламной кампанией, которая должна повысить интерес публики к козам, и еще можно разработать программу разведения и выпускать ограниченным тиражом дорогих коллекционных коз. Полагаю, стоимость коз можно увеличить в десять раз за каких-то шесть месяцев, если все остальные козоориентированные племена согласятся к нам присоединиться.
– Что она несет? – прошептала Эдди.
– Ни малейшего понятия, – прошептала я в ответ.
Герайнт Грандиозный долго стоял, уставившись на принцессу, а потом убрал клинок в ножны.
– Да будет так, – сказал он. – Дашь свои инструкции Хью Счетоводу.
Герайнт забирался на своего базонджи, в то время как один из воинов, самый опрятный, слез со своего. Вождь племени окрестил нас «гостями Силуров», он и его воины уехали, и с нами остался лишь Хью Счетовод, которому принцесса взялась разъяснять детали своих мудреных маркетинговых стратегий.
Лишь час спустя мы смогли продолжить наш путь.
Cavi homini
– Странно все это, – нарушила принцесса тишину, затянувшуюся на пару миль дороги. Нашей компании было все еще тесно в джипе, но зато мы набрали немного скорости, когда отцепили прицеп и освободили коз.
– Что странно? – спросила я. – От вариантов глаза разбегаются.
– Коз слишком много. Бухгалтер Хью сказал, что «Скайбус Аэронавтик» выдали им две тысячи коз в качестве оплаты за месячную аренду Кадер Идрис для разработки месторождений.
– Месторождений чего?
Принцесса пожала плечами.
– Он не сказал. Короче, контракт был составлен так, что Силуры не могли найти козам практичного применения. Но отныне все изменится. Думаю, Козья Маркетинговая Комиссия станет золотой жилой для Горных Силуров. Глядишь, они еще и окультурятся.
– Ты как раз говорила, что мира можно достигнуть только с помощью экономики, – согласилась я.
– А ведь правда, говорила!
Полчаса спустя мы достигли самой дальней границы леса, и Эдди припарковалась в тени раскидистого лаймового дерева. Мы выползли из машины и начали обмозговывать наши дальнейшие действия.
– До подножия горы еще где-то миля по открытой местности, – сказала Эдди, поглядывая вокруг в бинокль. – Нам нужно быть бдительнее. Слишком много людей бесследно пропали, путешествуя этой дорогой.
Подняв голову, я разглядывала отвесный серый массив Кадер Идрис. Вершина горы была укутана облаками, и я впервые заметила отметины с одной стороны каменного уступа – прямо в склоне когда-то была вырезана лестница. Наша тропа вела прямиком к горе и там уходила в сторону, к едва заметным вдали зданиям, возведенным под вертикальным южным склоном горы. Здания казались совсем новыми. Я толкнула Перкинса и показала в ту сторону. Он наколдовал телескоп и поглядел вдаль.
– Несколько больших построек, – доложил он. – Периметр окружен проволочной сеткой, его сторожат много людей. Похоже на промзону. Вот только что подъехала «Скайбусовская» фура. Ворота открылись и пропустили ее.
– Промзона? – переспросила я. – Здесь?
– Судя по всему. С внушительным штатом, между прочим, хотя деталей не видно, слишком далеко.
– То есть кто-то все-таки не попал в стопроцентную статистику, – подумала я вслух.
– Хью Счетовод назвал их «кави хомини», – сказала принцесса.
Эдди рассмеялась, но я не поняла, что ее так рассмешило.
– Это все мифы, такие же, как и Клабдище Левиафанов, и Небесная Пиратка Вольфф, и Око Золтара, – объяснила она. – Кави хомини – бабаи, страшилки про таинственных людей без совести и материальной оболочки. Они берут что хотят, и ничто не может их убить. Говорят, что они выглядят как ходячие одежды, под которыми ничего нет. С латинского это переводится…
– Пустые, – произнесла я с содроганием.
– Да, – Эдди нахмурилась. – В вашем Королевстве гуляют такие же сказки?
– Нет, у нас гуляют такие же настоящие. У вас они тоже настоящие. Только мы зовем их дронами. Ими пользуется…
Я осеклась. Несколько фрагментов необъятной, простирающейся далеко за пределы моего поля зрения мозаики скакали прямо у меня перед глазами и просились, чтобы я поставила их на место. Дронов использовал Могучий Шандар. Могучий Шандар владел крупной долей «Скайбус Аэронавтик», и здесь, в низине под Кадер Идрис, Пустые производили что-то для «Скайбуса» и экспортировали на грузовиках, которые попадались нам на пути.
– Эдди, а что конкретно было в кузове «Скайбуса»?
– Ничего, – ответила она. – Он был совершенно пуст.
– Этого не может быть, – сказала я. – Они приезжают гружеными, а уезжают налегке – ты сама это отметила.
– Да, было дело. И пустой грузовик, который мы видели, был как раз более тяжелым.
– Значит, во втором грузовике было меньше, чем ничего?
Эдди пожала плечами.
– Ничего не понимаю, – сказала принцесса.
– Когда в деле замешаны магия и Могучий Шандар, лучше и не знать всей правды, – ответила я.
– Дженни, я нашел броневик, – сказал Перкинс, направляя пальчиковый телескоп на склон горы, как раз туда, где я заметила каменные ступени.
– И как?
– В машине пусто, но на полпути к вершине вижу фигуру. Это Кертис. Его бандану я ни с чем не спутаю. Что будем делать?
– Будем следовать плану и подниматься на Кадер Идрис, – сказала я. – Желательно, вот по этим ступенькам.
– А что насчет «Скайбуса» и Пустых? – спросила Эдди.