— У тебя проблемы?
Сразу стало как-то неспокойно на душе.
— С чего ты взял?
— Это как-то связано с агрессивной группой «ненормальных»? — вместо ответа продолжил шокировать меня вопросами высочество. Аппетит тут же исчез, и я с сожалением вернула бутерброд с сыром обратно на тарелку. — С тем, что творится у окраин столицы и в ее окрестностях?
И взгляд почти как у «сканеров». Если бы не знала, что у него нет этих способностей…
Я молчала. Понимала умом, что надо бы отговориться, соврать что-нибудь, но вытолкнуть из себя хотя бы слово не получалось. В итоге отделалась неопределенным пожатием плеч.
— Катарина, я знаю, чья ты дочь, — тихо и серьезно сказал принц. — Он связывался с тобой? Просил о чем-то?
Попала. Теперь главное — не попасться.
— Дело не в этом. — Внутри гуляла мелкая дрожь. Что-то незнакомое, но очень настойчивое подсказывало, что нужно сказать правду. Часть правды. — Что отец, может быть, жив, я сама узнала несколько дней назад. Первый раз за два года перенеслась к маме и…
— Твои способности действуют на таком расстоянии? — Брови принца изумленно взлетели.
— Ну да…
В этот раз верхняя часть лица Тена осталась неподвижной, только уголки рта слабо дернулись. И это точно была не улыбка.
— Ладно, с этим разберемся потом. — Тенмар тоже утратил интерес к еде. — Расскажешь, что у тебя стряслось?
Не хотелось бы, но иначе от него не отделаться. А соврать почему-то не могу… Слабая наивная дурочка! Но и сдавать новых друзей я не собиралась.
— В последнее время я стала позволять себе немного больше, — заговорила осторожно, нервно комкая край одеяла. — Ну в плане способностей. И… не знаю, как это объяснить, но мне все время хочется больше.
Первый раз при мне он ругался. Так, что бедная аллиночка стремительно залилась краской и возжелала немедленно унестись прочь. Сдержалась, конечно. Какой в этом смысл, если он одним желанием вернет меня обратно.
Пока я боролась с новоприобретенным инстинктом, Тенмар встал и подошел ко мне. Собственно, его руки, крепко взявшие за плечи поверх одеяла, и вернули меня в реальность.
— Катриша, это плохо, — «обрадовал» меня сын королевы, проникновенно глядя в глаза. — Очень плохо. Поверь, я еще мягко выразился.
Ну вот. Интересно, от этого семейства вообще, кроме проблем, можно ждать чего-нибудь другого?
— Почему? Ты же сам говорил, что иногда можно… Даже нужно!
— Так и есть.
Он поднял меня и вместе с ношей перебрался в кресло. Погладил по волосам. Нос уловил почти привычный горьковатый запах миндаля, и мне вдруг подумалось, что одного одеяла, пусть даже под ним сорочка, как-то маловато.
— Тенмар, я не понимаю…
— Позже я тебе все объясню. — Его руки вокруг меня сжались еще крепче. Так, будто никогда больше не собирались отпускать. — А пока постарайся пользоваться особенными возможностями как можно реже. Договорились?
Интересно, такая постановка вопроса вообще предполагает возможность ответить отрицательно?
Я промолчала. Но чувствовала себя так, будто меня пытаются загнать в клетку. А я мечусь вокруг нее, бегаю, но уже понимаю, насколько это все бесполезно…
— Вот и хорошо. Теперь давай поговорим о приятном…
— Неужели и таковое имеется? — В отличие от принца, я могла позволить себе любую мимику, так что прищурилась и иронично посмотрела на него.
Но тут же отпрянула. Наши лица оказались слишком близко, и от этого стало слегка не по себе.
— Да. И это вторая причина, по которой я тебя выдернул. — Тен остался невозмутим, но мою попытку к бегству заметил и пресек. Притянул ближе, по лицу заскользили чуткие пальцы, обвели контур…
— Какая? — Воздуха почему-то стало не хватать, а одеяла теперь, наоборот, было слишком много. Ну как тут понять себя!
— Бал, — заявил этот коварный субъект и ослепительно улыбнулся. Дальше последовали объяснения: — Завтра возвращается королева. В пятницу будет бал в честь дня ее рождения. Ты приглашена!
О-о-о! Мне стало не по себе.
— Нет!
— Да, Катарина, — промурчал принц, и в глубине его глаз зажегся хитрый огонек.
— Нет!!!
Я и королева. В одном зале. Мама убьет, если узнает!
— Да, и это не обсуждается. — Меня весело щелкнули по носу. Я честно собиралась возмущаться долго и громко, сопротивляться до последнего, но кто-то использовал запрещенный прием: — Какое платье ты хочешь?
Подозреваю, это была самая позорная капитуляция в истории Эгрекса. Но у меня ведь не было выбора, так?
— Только не белое!
Глава 10ПЕРВОЕ ЗАДАНИЕ
Тен отпустил меня почти сразу, поскольку существовала опасность, что феталь Аделина может хватиться постоялицы, улетучившейся прямо из кровати. И весь оставшийся день я посвятила отдыху, Лису и учебе. Даже в катакомбы не пошла, хотя изначально планировала.
Марик, наверное, станет беспокоиться…
Но все мысли крутились вокруг предстоящего события. Знакомить избранницу с матерью и прочими жителями Бастиона Тенмар пока не планировал. Бал намечался костюмированный. Ну как костюмированный… Гости должны были закрыть лица масками и выглядеть максимально непохоже на себя. Те, кто до конца праздника останется неопознанным, получат подарки от ее величества. Как с улыбкой пояснил принц, королева Гердетта любит такие развлечения.
Еще один минус из облика злобного монстра… И мне действительно было интересно, какая она. И потанцевать, если честно, хотелось. В Колледже редко устраивают вечера. А еще было любопытно, с кем Ковир придет, и жалко, что поболтать об этом потом будет не с кем. О близком знакомстве с обитателями Бастиона я даже Анне поведать не решилась.
В остальном все было в порядке. Я старалась больше не запускать учебу, по-прежнему навещала Каро, а в четверг по пути в Колледж решила подстраховаться.
— Вик, ты же у нас отличник, да? — Я испытующе посмотрела на невысокого паренька. — И хорошо разбираешься в ароматах?
Так и есть, если уж сам Ковир признал!
— Запахи — моя страсть с детства! — горячо выдохнул друг. — Хочешь духи?
— Не совсем. — Я все еще сомневалась, могу ли просить его о таком, но особого выбора все равно не было. — У меня к тебе просьба, так сказать, по специальности.
— Слушаю.
Невольно заметила, как Виктоир преобразился, почувствовав себя в своей стихии. И куратор как-то сказал во время практикума в мастерской, что его ждет неплохое будущее. Может, если расскажу Анне об этом, она наконец обратит на него внимание?
— Можешь сделать какую-нибудь бодрящую смесь? — и посмотрела на него с надеждой. — Чтобы придавала сил, снимала усталость или что-то в этом роде…
— Катарина, энергетики очень вредны! — и столько искреннего негодования прозвучало в голосе.
Пользоваться способностями по минимуму, употребить навыки хоть бы раз для собственных целей — нельзя. В этом мире вообще что-нибудь разрешено?
Ой. Кажется, я начинаю думать, как Марияр и некоторые из его друзей.
— Ну пожалуйста! — Я вцепилась в рукав Вика и посмотрела на него умоляюще. — Мне очень надо! Клянусь, использую только в крайнем случае. Просто стану чувствовать себя спокойнее, если такая смесь будет под рукой.
Вик долго молчал и приглядывался ко мне как-то чересчур пристально, но в итоге уступил.
— Ладно, придумаю что-нибудь.
— Спасибо! — Я подпрыгнула и издала радостный писк. — Вик, я тебя обожаю!
Парень шумно вздохнул, порылся в сумке и протянул мне жестяную коробочку с шоколадными конфетами:
— Передашь Анне?
В тот день Ковир был еще строже, чем обычно, и занятие начал с отступления в сторону техники безопасности.
— Все вы знаете, как опасны «ненормальные», — вещал куратор, расхаживая перед классом взад-вперед. — Особенно в последнее время. Поэтому я призываю как девушек, так и парней держаться группами, не бродить по Кардиану в одиночку, тем более в темное время суток.
— Да, куратор Ковир! — перебил его речь мелодичный хор девичьих голосов. Парни кивали в такт.
— И главное: если вдруг в поведении своего знакомого или прохожего на улице вы заметите нечто странное, об этом немедленно следует сообщить в ближайший патрульный пункт. В этом деле лучше перестраховаться, чем оказаться на госпитальной койке рядом с аллиночкой Шульден.
— Да, куратор Ковир! — Голоса девушек звучали серьезно и проникновенно.
На самом деле происходящее полностью соответствовало правилам. Каждый новый день в обязательном порядке должен был начинаться с повторения норм безопасности, без соблюдения которых невозможна жизнь в Эгрексе. Но учителям было лень распинаться, а мы и без них все прекрасно знали и соблюдали. В конце концов, начальное образование имелось у каждого, а в школах воспитанию неприязни к «ненормальным» уделяли огромное внимание.
Ковир до недавнего времени тоже не слишком усердствовал в этом плане, а тут как прорвало. Неужели еще на кого-то напали?
Дальше был урок по свойствам ароматов. Весь час (вернее, то время, что от него осталось) куратор рассказывал о хвойных запахах и их применении. Мы записывали. Было скучно, зато никто сильно не пострадал. Уже перед перерывом учитель прошелся по рядам, бегло просматривая домашние задания.
Мое было оценено как «хорошо». Ну и мстительность! Ни одной ошибки, все формулы точные, даже многокомпонентную смесь для ингаляций, улучшающих сон, расписала. А он!.. Но я все равно смотрела в раскрытую тетрадь с улыбкой.
Кажется, все возвращается на круги своя.
Потому следующие его слова стали полнейшей неожиданностью:
— Катарина, задержитесь ненадолго.
Что-о? То есть за что?! Я же ничего не сделала…
В этот раз актерского таланта на виноватую мордашку не хватило. И как только за Вильсом Антером захлопнулась дверь, я прожгла трепетно любимого учителя яростным взглядом.
— Я что-то успела натворить и еще не в курсе?
— По-видимому, нет, — Ковир обаятельно улыбнулся, — если за эту минуту вы добровольно не сознались во всех провинностях и не пообещали больше так не делать, вероятно, вы действительно чисты.