Сильно в этом сомневаюсь. Сэди обладает сверхъестественной способностью собирать информацию там, где обычный человек ничего не видит и не слышит. Вдобавок к этому у нее есть еще один мудрый навык скрывать эту информацию для своих собственных целей на будущее.
Я не имею ничего против... но было бы неплохо направить эти таланты на нашу работу, особенно сейчас, когда женщина с темными волосами, одетая в деловой костюм, направляется прямо к нам. Во что мы собираемся ввязаться?
- Детектив Куинн и агент Бондс? - обращается она к нам. Когда мы подтверждаем, что это мы, она направляет нас к лифту. - Пожалуйста, следуйте за мной.
Мы поднимаемся на верхний этаж, где она ведет нас мимо кабинетов и кабинок в самый угловой кабинет. На двери золотыми буквами было выведено имя Чейза Ларкина. И она была единственной, выполненная из непрозрачного материала.
- Мистер Ларкин ждет вас, - она открывает дверь и проводит нас внутрь.
Хотя подождите. Это было любопытно. Не знаю, чего я ожидал. Когда имеешь дело с адвокатами, обычно приходится прыгать через пылающие обручи и предъявлять ордера, написанные кровью.
- Тебе не пришлось прибегать к тактике уклонения? - шепчу я Сэди.
- Удивительно, но нет. Единственная загвоздка заключалась в том, что Ларкин настоял, чтобы ты тоже присутствовал на допросе.
Я жду, что женщина уйдет, но она занимает место рядом со столом Ларкина. Значит, никаких скрытых намерений. Мы не получим ничего существенного. Должно быть, это какая-то тактика затягивания.
Чейз Ларкин чисто выбрит и, вероятно, такой же скользкий, как его шелковый галстук. Он встает со стула и жестом указывает на кожаный диван.
- Пожалуйста, располагайтесь поудобнее, - обращается он к нам. - Могу я предложить вам что-нибудь выпить? Кофе?
Сэди отказывается, и я отрицательно качаю головой. Этот парень слишком приветлив и нетерпелив. Особенно после того, как узнал, что его фирма находится под следствием. Я киваю в сторону стеклянной шахматной доски.
- Любите играть, /или доска служит предметом декора?
Его губы растягиваются в улыбке.
- Иногда мне нравится играть, но не более одной-двух партий за раз.
Я тяжело выдыхаю.
- Что ж, давайте постараемся избежать лишних игр, - я отвечаю ему одной из своих самых ярких улыбок. - Мне любопытно, почему вы так рьяно сотрудничаете с нами, мистер Ларкин. Если вы не возражаете, я буду прямолинеен.
- Вовсе нет, - он обходит свой стол, чтобы занять место напротив нас. - Именно поэтому я и попросил вас прийти.
Прозвучало как комплимент, и все же он не ответил на вопрос. Я улыбаюсь, несмотря на то что мне хочется поставить его на место. Я здесь не по его просьбе.
- Я думаю, вы хотите, чтобы мы увидели, насколько вы и ваша фирма готовы сотрудничать, чтобы доказать, как мало вы скрываете. Надеюсь, вы не тратите наше время впустую, потому что я уверен, что вы уже знаете об убийствах, которые всполошили наш город.
Его резкие черты лица темнеют.
- Детектив Куинн, я прекрасно знаю об этом и о том, что формально вы вообще не имеете права меня допрашивать. Учитывая, что вас отстранили, - он сцепляет руки на столе. - Но мне нравится ваша прямолинейность. И я думаю, мы можем помочь друг другу.
Сэди косится на меня, и я понимаю, что единственная причина, по которой Ларкин хочет видеть меня здесь, проста: все, что он расскажет, может попасть в прессу из-за моего отстранения. Гребаные адвокаты.
Я киваю ей, чтобы она обратилась к Ларкину.
- Партнер вашей фирмы был знаком с одной из жертв, - начинает Сэди. - Вы что-нибудь знаете о Марси Белофф? Или как Райленд Мэддокс был связан с ней?
Ларкин расслабленно откидывается на спинку стула.
- Мне кажется, вы задаете не те вопросы. Вы ведете себя так, будто расследуете заурядное убийство.
Она приподнимает бровь.
- И как именно мы должны проводить это интервью?
Он переводит взгляд на женщину.
- Алексис, не могли бы вы передать офицерам копии? – Эта сотрудница, Алексис, мгновенно выполняет поручение, быстро собирая бумаги со стола. - Мисс Уайльд сейчас вам кое-что покажет, и я надеюсь, это останется между нами, информация, которую вы узнаете, не должна выйти за пределы офиса. По понятным причинам мое имя не может быть замешано в вашем расследовании. Любая информация, которую я вам сообщу, должна оставаться конфиденциальной, - он поднимает руку, и мисс Уайльд замирает на месте. - Я должен быть уверен в этом до того, как будет осуществлен обмен.
Если бы я когда-нибудь пожал руку дьяволу, у меня чувство, что на нем был бы костюм от «Армани» и шелковый галстук. Сэди кладет руку рядом со мной на обивку дивана, давая понять, что готова попытаться сдержать меня, если понадобится. Она знает, что я в двух секундах от того, чтобы схватить этого парня за шиворот и вытрясти из него всю информацию.
Если у него есть что-то, способное помочь Эйвери, он отдаст это мне прежде, чем я покину эту комнату. Как бы то ни было, мне придется заполучить то, чем он располагает.
В любом случае ради, чтобы подыграть, я подарю ему иллюзию того, что он контролирует ситуацию. Я делаю глубокий вдох.
- Уверяю вас, мистер Ларкин, что бы ни случилось в этой комнате, это не выйдет за ее пределы. – И лучше бы это оказалось правдой.
Его улыбка не выглядит такой самодовольной, какой должна быть. Он кивает, давая мисс Уайльд разрешение продолжить.
- Мистер Ларкин получил это сообщение в тот день, когда его посетил неизвестный человек, - поясняет она.
Сначала она протягивает Сэди ксерокопию страницы, а потом и мне. Мои брови сходятся, когда я смотрю на копию визитной карточки, отображенной с обеих сторон. Карточка принадлежит Райланду Мэддоксу, адвокату. Там стандартно указаны его номер телефона и адрес фирмы, но у меня челюсть отвисает от увиденного на обратной стороне визитки.
Это всего лишь подпись, но теперь я узнаю в ней Альфу.
- Где оригинал? – спрашиваю я.
- В безопасном месте.
- Вы хотите сказать, что Альфа дал вам визитку Мэддокса? - я смотрю Ларкину прямо в глаза. - Зачем? Он, что, и есть Альфа?
Адвокат выдерживает мой взгляд.
- Я ничего не пытаюсь вам сказать, детектив Куинн. Я передаю вам конфиденциальную информацию. Информацию о той самой преступной сети, чье дело вы расследуете. И я не знаю, является ли Мэддокс Альфой или нет.
Я качаю головой, отложив лист бумаги в сторону.
- Предоставлять нам ложную зацепку, чтобы снять все подозрения с вашей фирмы, не только бестактно, но и незаконно. Как вы, наверняка, знаете, я могу предъявить вам обвинение о вмешательстве в официальное расследование.
- Уверяю вас, - произносит Алексис, обращая все внимание на себя. - Мы прекрасно понимаем, что подразумевается под фальсификацией доказательств. Я - свидетель сделки, которая произошла между мистером Ларкиным и анонимным источником.
Я перевожу взгляд на Ларкина, пристально изучая его лицо.
- Возможно, вам стоит поручить все переговоры своей помощнице, - говорю я. - Мисс Уайльд, кажется, более подготовлена к сотрудничеству с полицией.
Сэди резко подалась вперед. И по этому жесту я могу утверждать, что она теряет терпение из-за моего характера, который я не могу удержать в узде.
- Давайте предположим, что это послание настоящее. Почему вы, мистер Ларкин? Почему глава преступной группировки поручил именно вам нанять конкретного адвоката?
Ларкин наклоняется вперед, упираясь локтями в колени, и сцепляет пальцы.
- Чтобы у них был доступ к фирме.
Я качаю головой.
- Слишком неопределенная причина. Вы знаете, чего от вас хочет этот человек? Нечто конкретное. Отмывание денег? Или что-то более привлекательное. Например, представлять интересы членов этой преступной группировки. И сделать так, чтобы они не загремели за решетку, - я прищуриваюсь на него. - То, чем ваш парень Мэддокс уже занимается.
Лицо Ларкина каменеет. Я задел его за живое. Он здесь главный. Человек, контролирующий ситуацию. И очевидно, что он не только нанял Мэддокса, но и сделал его равноправным партнером, подчиняясь просьбе одного определенного лица. А это значит, что тот, кто дал ему эту визитку, имеет довольно большой компромат на Ларкина.
- Вы мыслите слишком мелко, детектив, - Ларкин встает и прислоняется к столу, чтобы убедиться, что он смотрит на нас сверху вниз. - Этот человек не просто хочет получить доступ к моей юридической фирме - они хотят доступ к фирме… - на мое очевидное замешательство, он добавляет: - Я управляю эксклюзивной организацией только для... - он делает паузу, тщательно подбирая слова, - для элиты общества. Для тех, кто не хочет, чтобы их сексуальные аппетиты были выставлены на всеобщее обозрение.
Черт возьми. Этот город полон грёбаных извращенцев. Я провожу рукой по волосам, намеренно избегая зрительного контакта с Сэди. Это как раз по ее части, и мне вдруг становится горько. Горько с примесью гнева. Потому что я ничего не знаю о подпольной деятельности моего собственного города.
Наивность - наихудшая черта характера. Я – словно большой, неуклюжий и глупый ребенок, толкающийся в одной песочнице с остальными крутыми детьми.
Несмотря на мое желание покончить с этой темой и получить немедленные ответы, я позволяю Сэди взять инициативу на себя. Это ее чертова специализация, и мне нужно обращать внимание на любые тонкие нюансы во время их разговора.
Как по сигналу, Сэди подхватывает тему, выглядя гораздо менее обеспокоенной этой информацией, чем я.
– Значит, фирма принадлежит вам, - говорит она, и мне хочется вставить едкий комментарий. Конечно, она знает о ее существовании. Наверняка со своим парнем, любителем веревок, они часто бывают в таких местах.
Ларкин улыбается, выглядя впечатленным.
- Вообще-то, фирма принадлежит членам клуба. Я просто приглядываю за ней. Слежу, чтобы все играли по правилам.
Она медленно кивает.
- Правила очень важны для вас, - продолжает она, вставая и подходя к стеклянной шахматной доске. - Вы построили свою жизнь и свою компанию вокруг определенных правил, которые считаете необходимыми, и угроза этой структуре станет довольно сильным стрессом.