Олененок прикусила губу. В ее мире существовал лишь один человек, которого называли «его величество», – ее отец, король Арунас. Олененку нравилось наблюдать, как на торжественных приемах все смотрели на него с трепетом и восхищением. Она гордилась им. Гордилась тем, что это именно ее отец.
Теперь язык с трудом поворачивался, чтобы назвать так другого человека.
– Я тоже буду рада увидеть дядю Гантараса. Он придет сюда?
– Нет, он ждет вас у себя в кабинете. Но не волнуйтесь, я провожу.
Олененок не могла назвать чувство, которое испытывала, волнением, но в животе урчало вовсе не от голода. Она мало что помнила о Гантарасе. Брат отца жил в северной резиденции и почти не бывал в замке. Он мало говорил и никогда не улыбался. Даже Юрате, которая учила Олененка быть вежливой со всеми, избегала его.
– Осторожнее, ваше высочество, не наступите на юбку.
Олененок вздрогнула. Она шла, внимательно оглядывая коридоры, и, хотя все осталось таким же, как она помнила, что-то было не так. Она не могла понять, что именно, и это не давало ей покоя.
– Мы пришли. Его величество ждет вас. – Аустея подвела ее к большой двери.
– Спасибо.
Олененок робко коснулась ручки. Она не раз прибегала сюда, чтобы передать отцу весть от мамы или пригласить его поиграть. В его кабинете она чувствовала себя особенно важной.
– Постойте, ваше высочество, – шепотом произнесла Аустея. – Сначала нужно постучать.
В детстве Олененку никогда не приходилось стучать. Она знала, что отец всегда будет ей рад. Она робко ударила костяшками о деревянную дверь.
– Войдите.
По спине пробежали мурашки.
Яркий свет ослеплял, и после полутьмы коридора Олененок не сразу смогла оглядеться.
– Здравствуй, Элине. – Низкий голос звучал мягко и уверенно. – Ты очень похожа на мать.
Наконец-то в глазах перестало рябить, и Олененок смогла разглядеть господина перед собой: высокий и статный, он стоял спиной к столу и улыбался уголками губ. Зеленый камзол, расшитый золотыми нитками, казалось, сиял в солнечных лучах.
– Спасибо, дядя Гантарас.
Олененок стояла у двери и не могла сделать ни шагу. Гантарас пронзительно смотрел на нее, и она никогда еще не чувствовала себя такой беззащитной.
– Я очень рад, что смог найти тебя. Гибель моего брата стала невосполнимой потерей. Прошло много лет, а я все еще скорблю. И самым горьким для меня было то, что даже ты, его единственная наследница, исчезла, лишив меня памяти о брате и надежды.
– Я тоже скучаю по отцу, – робко добавила Олененок. Слова «скорбеть» она не знала, но не хотела показаться глупой.
– Но теперь все изменится, – внезапно широко улыбнулся он. – Ты здесь, а значит, его род продолжится. Мне так о многом хочется тебя расспросить. Сильно ли ты устала с дороги?
– Я мало что могу рассказать, – смущенно отступила Олененок.
Гантарас улыбался, и она видела его раскрытые ладони, но под тяжелым взглядом чувствовала себя неуютно.
– Вовсе нет! – Он приподнял брови. – Я хочу знать все о тех, кто приютил и защитил мою дорогую племянницу. Эти люди заслуживают награды. Присаживайся, расскажи мне, не бойся.
Он указал рукой на кресло, и Олененок вдруг заметила на его пальце кольцо.
– Это змея. У вас на пальце. Вот что не так с замком!
Гантарас склонил голову и прищурился.
– Все в порядке, Элине?
– Да, теперь да! Я шла по коридорам и не могла понять, что изменилось. Раньше там были олени, везде. А теперь змеи.
– Так и есть. Тебе, наверное, интересно, почему?
– Да. – Олененок с любопытством взглянула на него.
Гантарас задумчиво посмотрел вдаль и усмехнулся.
– Когда-то давно, когда мы с твоим отцом были еще детьми, мы очень любили одну сказку. Арунас наверняка рассказывал ее тебе – о Благородном Олене и Хитром Змее.
– Кажется, я помню, – произнесла Олененок, но Гантарас словно не услышал.
– Арунас всегда выбирал роль Благородного Оленя. Такой прямой, честный и простодушный. Он был хорошим человеком. Возможно, слишком хорошим для того, чтобы быть королем.
Олененок хотела уточнить, что имел в виду Гантарас, но в это мгновение солнечный луч скользнул сквозь витражи на стекле, заиграв в ярких стеклах сказочного сюжета. Слова знакомой истории сами всплыли в памяти.
Давным-давно в одном королевстве жили два брата – Благородный Олень и Хитрый Змей. С детства были они очень дружны и все делали вместе.
Олень легко и быстро мог скакать по лесам и полям и носил брата у себя на спине, а Змей решал любую загадку и мог так схитрить, что никто не сумел бы его разоблачить. Все вокруг знали о дружбе братьев и о том, что их нельзя ни разлучить, ни одолеть.
Шли годы, братья выросли, и настало время старшему брату – Оленю – стать королем. Отец их был мудрым человеком и перед смертью строго наказывал:
– Держитесь друг друга и никогда не предавайте. Если случится чему-то вас разлучить, там и погибель ваша придет.
Дружно правили Благородный Олень и Хитрый Змей. Каждое дело разбирали вместе и во всем друг с другом советовались. Не было у Оленя никого ближе, чем брат, и во всем он ему доверял.
Как-то раз пришли к ним судиться купец Лис и вдова Косуля. Лис был знатен и богат. Нечестно он наживал свое добро, но щедро делился с Хитрым Змеем и горя не знал.
– Добрый государь, – говорит Косуля. – Выслушай мою просьбу. Было у Лиса много овец, а у меня одна любимая овечка. Как дочь растила ее у себя, вместе с детьми она играла и спала. И вот приехали к Лису гости, хитрые да злые, и попросили приготовить им овечку. Но Лис пожалел своих и украл мою единственную. Не откажи мне в просьбе, государь. Накажи Лиса.
А Лис послушал ее, хвостом рыжим взмахнул и говорит:
– Государь, овечка ее сама ко мне пришла да в котел прыгнула. Нет в том моей вины.
Задумался Благородный Олень над этими словами. Жалко ему было бедную Косулю, но и Лис говорил так сладко, будто от самого сердца. Решил тогда Олень спросить совета у брата.
– Брат мой, Хитрый Змей, нет загадки, которую ты бы не разгадал. Как мне поступить?
А Змей ему и отвечает:
– Разве станет добрый купец лгать? Скорее реки пойдут против течения. Не верь Косуле. Видно, решила она оклеветать честного человека.
Смутили Оленя слова брата, но строго помнил он наказ отца и во всем слушался его.
И вдруг, откуда ни возьмись, появилась на окне красивая Голубка. Перышки белые, хвост пушистый. Сидит себе и воркует:
– Есть у брата-Змея глаза, да не видят ничего от блеска золота; есть уши, да не слышат от шума монет в кошельке; есть сердце – только застыло оно давно.
Разозлился Змей на Голубку и хотел прогнать ее, но Олень не позволил ему.
– Постой, – говорит. – Послушаем, что она скажет. Голубка, милая, как мне поступить?
А Голубка ему и отвечает:
– Разве честно забирать последнее у того, кто не имеет? Разве справедливо обижать убогих? Добрый ли ты, государь, если позволишь такому быть?
Очень понравились Благородному Оленю ее слова. С тех пор стал он слушать Голубку во всем и сделал ее своею женой.
Что ни говорил теперь Хитрый Змей – во всем Голубка с ним не соглашалась. И затаил Змей в сердце черную злобу. Решил он, раз смогла Голубка разлучить его с братом, значит, и конец ему пришел.
Приказал Змей вырыть в лесу глубокую яму. Такую, что из нее света не видно и голоса не слышно. Вырыть и прикрыть листьями да ветками. А когда приказ его выполнен был, пришел Змей к брату и говорит:
– Добрый государь, Голубка твоя попала в лесу в сети, поспеши скорее и спаси ее.
Немедля отправился Благородный Олень, чтобы спасти любимую. Да так и провалился в глубокую яму.
Сильно горевала Голубка по пропавшему супругу. А Хитрый Змей, выждав немного, сделался королем и выгнал Голубку.
Долго летала она везде и звала Оленя. И когда совсем без сил осталась, упала навзничь прямо в глубокую яму. Долго летела вниз, а как прилетела – увидела возлюбленного.
Не знал Благородный Олень, что это Змей устроил ему ловушку.
– Голубка моя милая, – говорит Олень. – Лети скорее к моему брату, Хитрому Змею, да скажи, что я попал в беду. Нет ни одной загадки, что он не смог бы разгадать. И меня придумает, как вызволить.
– Добрый государь, – отвечает ему Голубка. – Хитрый Змей и вырыл для тебя эту яму. А сам теперь сделался королем и меня выгнал.
Сильно опечалился Благородный Олень.
– Значит, теперь смерть моя пришла. Не выбраться мне из ямы.
Горько расплакалась Голубка. Плакала три дня и три ночи, и из слез ее набралось большое озеро, наполнило яму до самых краев, и смог выплыть Благородный Олень.
Но не позволила Голубка возлюбленному своему вернуться в замок. Наказала спрятаться в лесу и ждать ее, а сама полетела к Хитрому Змею. Стукнулась о землю, обратилась малиновкой и сладко запела для Змея:
– Хитер ты, Змей, а брат твой хитрее. Говорят, выбрался из ямы, а теперь ведет на тебя большое войско.
Не поверил ей Змей и решил проверить яму. А Голубка полетела за ним следом. Добрался до лесу, подошел поближе и кричит:
– Олень, там ли ты?
А никто ему не отвечает. Тут Голубка ему и говорит:
– Яма глубокая, наклонись пониже. Может, он тебя и услышит.
Наклонился Змей, не удержался, да и свалился в яму. Там и конец ему пришел. А Олень с Голубкой жили долго и счастливо, правили мудро и справедливо.
Олененок вздрогнула. Сказочная история вдруг слилась с предупреждением ведьмы об осторожности и страхом Руты перед змеями. Она смотрела на Гантараса, и ей казалось, что, словно рисунок с витража, перед ней стоит огромный Змей. Темные глаза хитро сверкали.
– Элине?