Впоследствии удалось полностью воспроизвести и разобрать картину произошедшего. Инкассаторы двигались по Красному Пути, примерно напротив Дворца Пионеров их путь пересекся с колонной бандитов-сватов. Те, в свою очередь, решили не упускать такой жирный куш и напали сходу (логично предположив, что на таких броневиках памперсы не возят). Если бы там была грамотная засада, не думаю, что у обороняющихся был бы хоть один шанс уцелеть. Не растерявшись, водитель желто-зеленого джипа рванул в сторону, и таранным ударом вышибив решетчатые ворота, ограждавшие территорию внешнего двора, и подкатил непосредственно к ступеням главного входа, где и тормознул. Бойцы высыпали из машины и без задержки рванули в здание.
Ко мне подобрались ребята — штурмовики. Я шепотом рассказал, что успел рассмотреть и озвучил план захвата языка, ничего сложного придумывать не стал, — обойдем и подберемся по тихому, все равно за пальбой перспективный пленник ничего не расслышит, тем временем Слава будет «держать» бандита на мушке, и если что закроет. Риск практически нулевой.
— Кто из вас умеет тихо двигаться?
Леша молча приподнял правую руку.
— Тогда мы с Лехой выдвигаемся, ваша задача занять позиции и быть готовыми действовать, желательно никого не убивать, оптимально взять живьем и разобраться, но рисковать я запрещаю, действовать наверняка. Прикрывайте друг друга и не высовывайтесь. Все, мы пошли.
Используя удачно расположенные кусты, мы на корточках порысили к подземному переходу. Аккуратно пересекли улицу (вне зоны видимости потенциального врага) и нырнули в переход. Ффухх.
Обход, как и планировалось, прошел не замеченным. Нападающие бандиты лихо и много палили по обороняющимся, ну и молодцы, нам же лучше. Каких то особых эмоций по поводу предстоящего вполне вероятного смертоубийства я не ощущал, вот напряжения было очень много, пули свистят опять же. Чем ближе мы подбирались к черному часовому, тем больше рос страх быть обнаруженным, я волевым усилием подавил желание просто застрелить бандита, а потом и всех остальных на раз. Тем более и позиция у нас будет идеальная…
Нет — это не наш путь, так мы делать не будем. Сначала разобраться, а потом решать. Примерно в пяти метрах за спиной часового мы тормознули и отдышались, нас надежно скрывали высокое, бетонное ограждение перехода, дальше открытое пространство. Я по рации шепотом запросил Славу — он на месте? Никуда не ушел?
— На месте, я его держу. Он сейчас смотрит в сторону Дворца, все чисто.
— Тогда мы выходим. Отбой.
Алексей все слышал сам, так что повторять инфу я не стал, зато быстро распределили роли в захвате.
— Леша, ты слева, я справа, придуши его и держи левую руку, я заберу оружие и заблокирую правую. Готов? Пошли.
И мы рванули вперед.
Захват прошел тихо и спокойно. Леха, подбил часовому ноги, жестко прихватил его локтем за горло и, быстро потянул назад в переход, атака была настолько внезапной, что полностью потерял ориентацию в реальности, он выронил оружие и обмяк. Я подхватил левой выпавший «АКС-У», а правой вколотил в рот, открытый в безнадежной попытке вдохнуть воздух, индивидуальный пакет с бинтом. Еще секунда, и мы в условной безопасности перехода вместе с пленником.
Теперь нам предстояла процедура экстренного потрошения, сильно осложненная тем, что буквально в паре десятков метров от нас расположилась целая банда сообщников захваченного нами бойца. Все что мы могли предпринять в этой ситуации, так это доволочить тело до противоположного конца перехода.
Уложили лицом вниз, сковал наручниками запястья за спиной, сдернул маску с головы допрашиваемого, ухватил за подбородок и задрал его голову, одновременно выворачивая вправо, затем прихватил шею ножом и чуток надавил, чтобы он почуял свою кровь, только после этого сказал — слушай сюда, жить тебе осталось не долго если будешь врать, а будешь отвечать правдиво и подробно — может еще и поживешь. Понял? Если понял, моргни.
Пленный судорожно заморгал.
— Ага, значит, я чуток отведу нож от твоей шейки, но если услышу звук громче шепота, сразу обозначу тебе глубокий разрез вплоть до позвоночника, опять же, если понял, моргай. Моргаешь, хорошо. Теперь вопрос первый — кто главный и чем занимаетесь?
— Злобный (судорожно сглотнул), он собрал бригаду, чтоб бомбить лохов, во…
— Заткнись. Теперь второй вопрос — сколько народа вы уже за эти дни убили? Считай хорошо.
— Нннне знаю, может десять-двадцать (я сильнее надавил ножом, казалось бандит перестал дышать).
— Говори правду сволочь.
— Много, много положили, но брали богатых, простых не трогали.
— Дак вы, что робингуды, а? нехрена вы не благородные разбойники, робингуд, тварь, это я, а вас я сейчас буду валить, и если ты не будешь со мной предельно откровенен, жить тебе останется секунды, счет пошел. Вопрос третий — сколько вас?
— Двенадцать человек и сам Злобный.
— Значит, всего тринадцать, чертова дюжина, ясно, сатанисты доморощенные. Вопрос четвертый — на кого вы сейчас напали, кто они?
— Не знаю, правда, просто ехали, тут они, бля, ну хули мы на них вкинулись? — по щекам бандита покатились чистые, детские слезы.
— Что крокодилица, не верю я твоим сучьим слезам ни на грамм, но пока ты хорошо поешь, если так и будешь продолжать, то может, поживешь еще, понял? Давай, дальше. Вопрос такой — где сейчас Злобный? Пошел с отрядом в обход или тут впереди на позициях?
— Здесь он. Лежит у кустов слева с краю.
— У него есть особые приметы, чтоб мы могли его с расстояния опознать?
— Есть, у него каска на башке хитрая, у остальных нет.
— Очень хорошо, последний вопрос — что есть кроме калашей? Гранаты, пулеметы?
— Есть, у братвы, особенно у тех, что с тыла пошли.
— Где у вас хранится боезапас, который с собой возите?
— В пикапе, в кузове.
— Хорошо, живи пока.
Я резко ударил носком ботинка в голову пленника, не красиво, но мне сейчас не до сантиментов, время дорого. Пропажу часового могут и обнаружить, хотя там Слава бдит, но… проверил зрачки — отрубился, быстро замотал голову пленника его же бушлатом и стянул ремнем, задохнется — ну и… с ним.
— Слава, прием.
— На месте.
— Что там у вас?
— Все по-прежнему, но у них оживленные разговоры, думаю сейчас начнется штурм.
— Почему так думаешь?
— Шевеление какое-то подозрительное, чувствую так.
— Ладно, поверим на слово. Слушай сюда. Это бандиты-отморозки, поубивали несколько десятков человек, так что в плен брать не будем, валим всех, мы сейчас поднимемся и начинаем, первыми мы, потом вы присоединяйтесь. Осторожней, у них гранаты есть. Все ясно? Отбой.
— Лёш, делаем так, отстреливаем тех, кто справа, левые ближе к ребятам, думаю, с этими они и сами справятся, я беру первого справа, ты второго, потом я третьего, ты четвертого. Ну а дальше как получится. Согласен? Тогда двигаем.
Быстрым шагом прошли по переходу, скинул сайгу с плеча, снял с предохранителя и передернул затвор. Сам себе, повторяя, все будет нормально, все будет нормально. Поднялись и заняли позицию, удобно пристроив стволы на бетонный барьер-ограждение перехода. Цель ухватил быстро, коллиматор реально помогал, на таком расстоянии выстрел прямой, подвел красную точку точно на шею цели (голова прикрыта каской, а на теле, кто его знает, может быть броня), мягко нажал спуск, выстрел. Рядом грохнул Лехин СКС, секунду выждав результата своей стрельбы и убедившись, что попал, перенес огонь дальше по фронту. Бандиты еще не поняли, что их убивают, они всеми мыслями были в атаке, в ожидании крови и добычи, а вот умирать совсем не собирались. В этот момент в дело вступил наш снайпер, а следом за ним и остальные. Я даже не успел толком прицелиться, как все пятеро отправились в ад.
Но вот в здании явно шел бой, очевидно, вторая группа завершила фланговый обход и начала штурм позиций инкассаторов с тыла. С одной стороны мне совсем не хотелось лезть в здание, слишком много случайностей, с другой, если бандиты перебьют защитников здания, они вполне могут сами закрепиться на позициях, и тогда нам придется их выковыривать, а это чревато. Нет, все же сейчас лучший момент, надо идти внутрь. Выдвигаться по фронту рисково, а что делать? Значит, в темпе идем следом за второй частью банды.
— Андрей, прием. Слушай меня, обходите дворец сзади и аккуратно выдвигайтесь следом за бандитами, как войдете в контакт, валите их. Мы за вами. Бегом, времени нет.
Повернулся к Лехе и сказал:
— Не успеем мы добежать, а тут бежать — могут защитники ухлопать, что делать?
— Давай машину возьмем, тот же «Хаммер», дура тяжелая, у инкассаторов только автоматы, пекали и помпы, ниче они нам не сделают, ну а краску обдерем, так хрен с ней с краской.
— Точно, пошли.
Ключи торчали прямо в замке зажигания, я сел за руль и завел машину, включил скорость и вдавил педаль газа в пол, движок, еще теплый, взревел мощно, и «Хаммер» рванул с места. Разбитые ворота и весь двор мы проскочили за секунды две, тот факт, что бандиты не использовали этот прием сами, говорит только об одном — им нравились машины, и они жалели полировку. Ну что ж — это был их выбор. Проскочили с подскоком ступеньки у входа и ворвались в холл, как раз в широкое, от пола до потолка окно, стекла уже все были разбиты, так что в ливне осколков нам въехать во Дворец не удалось.
Здесь никого не было, видимо бой шел дальше в глубине здания. Спешившись и образовав боевую пару, пошли уступчиком, держа стволы наизготовку. Стрельба доносилась сверху, и мы пошли на второй этаж по широкой мраморной лестнице.
Я услышал в наушнике голос Андрея:
— Вижу их, трое у поворота на втором этаже, меня не заметили.
— Андрей, кто с тобой? — спросил я.
— Киря и Игореха, Деня со Славкой по первому этажу идут.
— Понял, это точно сваты?
— Да, точно.
— Тогда давите их. Удачи.
Пока шел разговор, мы с Лешей тихонько присев и осматриваясь на триста шестьдесят градусов, пребывали в неподвижности. Стоило закончить радиообмен, как Алексей коснулся моего плеча, привлекая внимание, потом приложил палец к своим губам и показал наверх и показал два пальца — почти виктория, но это была не виктория, а два противника, которые шли в нашем направлении, шаги, даже сквозь грохот выстрелов, был явно различим. Я кив