– Нечестно! – крикнул Даня вдогонку.
Потом бросил Артему:
– Прикольная.
Но тот смотрел напряженно и хмуро.
– Не нравится? – спросил Даня. – А я бы ее… Подожди, сейчас догоню и пусть отдает мне долг. Я ведь ее на скейте катал, а не ты.
Он хохотнул, рванул было за Тоней, но Артем схватил его за запястье.
– Ты чего? – Даня ошарашено отпрянул.
– Не надо, – попросил Артем. – Не лезь к ней.
– А то что?
Артем отпустил его руку. Он увидел, как Тоня опускается на траву, почти падая спиной на забор. Кинулся к ней и вздохнул с облегчением: у нее шла носом кровь – значит, не обморок.
– Все нормально? – спросил Артем.
Тоня прижимала к носу лист лопуха. Приподняв его нижний край, закрывавший губы, она улыбнулась.
– Это после того, как я тебя на скейте по ухабам прокатил? – пошутил подошедший Даня.
Тоня помотала головой:
– У меня бывает.
– Тебя проводить?
– Нет, я тут посижу, – ответила она.
– Тут? – приподнял брови Даня.
– Мне здесь нравится. Отсюда отличный вид вон на то облако в форме гроба на колесиках.
Даня задрал голову и посмотрел на небо, выискивая указанное облако. Он хотел еще что-то сказать, но Тоня помахала окровавленным лопухом, то ли прощаясь, то ли отгоняя.
– Оригинальная девчонка, – хмыкнул Даня, когда они отошли на несколько десятков шагов.
– С ней интересно, – откликнулся Артем.
– А почему ты о ней не рассказал?
– Рассказал.
– Да? Не помню…
Они уже подошли к даче, Артем дернул калитку. Из дома потянуло запахом пирогов.
– Я говорил тебе о ней, – повторил Артем. – Она живет вон там, напротив нашей дачки.
– Так это ты про Тоню?! – Даня вытаращил глаза.
– Про нее.
– Да ну, что за фигня? Она нормальная. То есть да, немного с прибабахом, но больной не назовешь.
– Я тоже засомневался, когда узнал ее получше, – сказал Артем. – Но слышал об этом от соседей. И мама говорила.
Тут как раз из-за теплицы вышла мама. Она радушно схватила Данину руку и пожала ее:
– Привет, Данила! Меня можешь звать тетей Таней. Так рада, что ты приехал к нам. Тема целыми днями ныл, как ему тут тошно среди теток-огородниц вроде меня.
– Прямо целыми днями? – придирчиво уточнил Артем.
– Почти, – засмеялась мама. – Пару раз точно было. А о чем я говорила? Услышала ваш разговор.
– Да не важно, – замялся Артем.
– Та-ак! Я же теперь буду припоминать самые жуткие вещи, какие могла сказать…
– Мам, ну не надо…
– Артем!
– Да это про Тоню, – нехотя признался Артем. – Про то, что она, ну, больна…
Мама опустила глаза.
– И зачем ты рассказал об этом Дане? – нахмурилась она. – Вот прямо так сразу? Мне кажется, девочке неприятно, что все в этом дачном поселке об этом знают и говорят.
– А как у вас вкусно пахнет! – сменил тему Даня.
– Ах да, пойдемте в дом, – мама кивнула в сторону двери. – Я испекла два пирога, кекс и блинчики.
Артем усмехнулся. Мама не очень любила стряпать, но если начинала, то не могла остановиться. Она зашла и виновато оглядела стол, ломящийся от еды.
– Что-то я переборщила, кажется…
– Мы эти пироги неделю будем есть, – согласился Артем.
– А, может, еще Тоню позвать? – предложила мама. – Сбегаешь за ней?
Он кивнул и быстро выскочил из дома, чтобы Даня не успел за ним увязаться. Артем сам не знал, почему давний приятель так его раздражает.
Тоня сидела там же у забора, задрав голову, как будто и впрямь хотела разглядеть что-то в облаках. Рядом лежали три сорванных лопуха с темно-красными пятнами.
– Чего тебе? – огрызнулась она. – Не видишь: человек сидит себе спокойно, никого не трогает? Нет, надо обязательно подходить и спрашивать: Тонечка, тебе не помочь? Тонечка, что случилось?
– Я еще ничего не спросил, – проговорил Артем, стараясь не глядеть на красные лопухи.
– Есть кому спросить, – проворчала Тоня. – Тут же соседи так и шмыгают мимо, пока человек присел отдохнуть. Никакого покоя.
– Вообще я пришел, наоборот, просить о помощи, – улыбнулся Артем.
– Да? Слишком много я в последнее время занимаюсь спасением. Вытаскиваю из воды разных там Рэмбо.
– Это очень простое дело. Надо съесть мамины пироги, она очень много наготовила.
– Посмотри на меня, – сказала Тоня.
– Я и так смотрю.
– Внимательнее. Разве я похожа на человека с хорошим аппетитом?
– Нет, не похожа, – честно ответил Артем.
– Хотя таких, как я, все вечно хотят откормить… Ладно, пойдем, – Тоня протянула Артему руку, и он помог ей подняться.
– Стой, – Тоня уткнулась головой ему в плечо. – Голова кружится.
– Сильно? – испугался Артем.
– Шучу, совсем не кружится. На самом деле я хочу понюхать твою футболку. Фу ты, даже она пирогами пахнет.
Тоня легонько боднула его головой и пошла вперед. Артем – за ней. На том месте, где их участки разделяла дачная дорога, она помахала Артему рукой.
– Скажи спасибо маме за угощение!
– Так ты же не ела ничего, – начал было он, но Тоня уже скрылась за калиткой, откуда донесся смешок:
– Пахнет вкусно!
Артем пожал плечами. Действительно, мамиными пирогами несло уже на всю улицу. Он зашел в дом. Даня уплетал пирог, мама нарезала огурцы.
– Горшочек, не вари, – сказал ей Артем.
– Все, больше не буду, – мама смахнула с доски огурцы в тарелку. – А Тоня не пошла?
– Нет.
– Он не умеет девушек звать, – с набитым ртом сказал Даня. – Надо было мне пойти.
– И как их надо звать? – саркастически поинтересовался Артем. – Привезти на скейте?
– Хоть бы и так. А лучше взвалить на плечи и понести. Ну, повизжит, поколотит по спине, зато добыча будет в пещере.
– Ну так сходи и позови сам.
– Не. Я передумал.
– Данила, а ты на скейте катаешься? – спросила мама.
– Я с ним неразлучен, – кивнул Даня.
– Но асфальта здесь нет. Хотя, – задумалась мама, – там, где мы паркуем машину, гладкая бетонная площадка. Сейчас там свободно.
Артем фыркнул – эта площадка была размером с комнатку на чердаке. С таким успехом можно и дома кататься. Но мама, видимо, желала доказать, что его друзьям на даче не будет скучно.
– Я видел эту площадку, – ответил Даня. – Места там мало, но можно трюки отрабатывать.
– Отлично! – мама хлопнула в ладоши.
После сытного обеда Артему не хотелось никуда идти. Но Даня потащил его за собой.
– Я же не буду там один прыгать на глазах у огородников, как дурак, – возмутился он.
– А так еще и я на дурака посмотрю? – усмехнулся Артем.
– Ты со мной будешь прыгать.
– Еще чего! Я не умею!
– Научишься, – Даня хлопнул его по плечу.
На площадке он запрыгнул на доску, стал раскачиваться и крутиться.
– Жарко, – сказал Артем. – Давай потом на речку сходим?
– Лады.
– Тоню позовем, – он кивнул на соседний участок.
Даня, не переставая раскачиваться, покрутил пальцем у виска и заморгал.
– Вот эту?
– Перестань…
– Ну ты же сам сказал, что она того, с приветом. Не, давай без нее. Мало ли что ей в голову взбредет.
Артем пожал плечами:
– Я думал, она тебе нравится.
– Это я еще не решил, нравится или нет. – Даня спрыгнул со скейта. – Так, теперь твоя очередь. Вставай на доску. Хочешь сказать, вообще никогда не катался?
– Катался пару раз. Но не прыгал, – Артем попытался увереннее встать на середину доски. – Что делать?
– Переноси вес: то на правую, то на левую ногу. Ну да, вот так, только сильнее немного. Видишь, края доски приподнимаются? Теперь прыгай.
Артем подпрыгнул. Колеса скрипнули, и он с опаской посмотрел под ноги.
– Что это за прыжок? – Даня закатил глаза. – Выше можешь?
Мимо них, по дачной улочке, прошли две бабушки, с любопытством поглядывая за забор. Даня помахал им рукой, и они отвернулись.
– Люди смотрят, не дрейфь.
Артем оттолкнулся сильнее и прыгнул. Ноги приземлились не в центре, а ближе к правому краю, доска взметнулась вверх, а Артем эффектно рухнул на бетон. Бабушки обернулись и заохали. Даня снова помахал им и крикнул:
– Он живой!
– Не совсем, – буркнул Артем, поднимаясь. – Еще несколько таких прыжков, и похоронят меня вместе со Станиславом Аркадьичем.
– Это кто? – спросил Даня.
– Спроси у Тони.
– Да что ты заладил: Тоня да Тоня. Видать, действительно тебе было не с кем общаться, кроме этой… – Даня осекся.
Артем оглянулся – на заборе напротив сидела Тоня, свесив ноги и держась рукой за яблоню.
– Ты давно там сидишь? – на всякий случай спросил он. Не хотелось, чтобы ее обидел их разговор, если вдруг она его слышала.
– Только что залезла, – ответила Тоня. – Я вспомнила, что ни разу в жизни не залезала на забор. Не хотелось бы умереть, так и не посидев на заборе.
– Надеюсь, ты не собираешься умирать прямо сейчас? – саркастически поинтересовался Даня.
– Пока я собираюсь купаться, – Тоня показала на красный купальник. Он снова был свернут в комок и свисал с ветки, как большое созревшее яблоко.
– Я с тобой, – торопливо проговорил Артем, оттолкнув ногой скейт.
Даня поглядел на него, как на предателя. Но тот уже направлялся в дом, чтобы надеть плавки, и хмурый взгляд достался Тоне.
– Я собирался научить его прыгать на скейте, – сказал он. – Не вовремя ты появилась.
– Могу попрыгать вместо него, – Тоня пожала плечами.
– Ты-ы? – с сомнением протянул Даня.
Артем зашел в дом и, вместо того, чтобы идти переодеваться, придвинулся к окну. Тоня соскочила с забора, пересекла улицу и зашла на бетонную площадку. Она ногой подкатила к себе скейт и встала на него. Оттолкнулась, прыгнула, так что доска взметнулась в воздух. Артем невольно зажмурился, испугавшись, что Тоня расшибется, но та уверенно приземлилась на доску и тут же прыгнула снова.
Он заулыбался, отошел от окна.
Когда Артем вернулся, Тоня уже не прыгала, а ловко вращалась на скейте, приподняв край доски. Даня стоял, прислонившись к забору, и поглядывал на нее сквозь упавшую на лицо длинную челку.