– Что ж, в этом‐то все и дело, – пробормотал Херд, делая очередную пометку в блокноте. – Что она сказала о фотографии?
– Что это фото мистера Хэя, поклонника мисс Крил, и что они уже два года как помолвлены.
– Матильда, похоже, болтушка.
– Так оно и есть. Я многое от нее узнала.
– Значит, миссис Крил нечего скрывать?
– Ну… – Аврора выбросила пустой пакетик из‐под конфет в окно и отряхнула колени. – Насколько мне удалось выяснить, миссис Крил – вполне респектабельная особа и уже тридцать лет является хозяйкой «Красной свиньи». Матильда признала, что ее хозяйка унаследовала деньги Лемюэля Крила. И Матильда знает все об убийстве.
– Матильда ошибается, – сухо сказал сыщик. – Это Мод Крил получает деньги.
Аврора улыбнулась.
– Насколько я слышала, Мод Крил делает лишь то, что говорит ей мать. Она никто, а ее мать – все. Матильда рассказала, что хозяйка обошлась с ней очень хорошо. Получив деньги, она отдала «Красную свинью» Матильде Джанк, которая теперь управляет трактиром.
– С условием, что она придержит язык.
– Нет, миссис Крил, насколько мне известно, нечего скрывать. Даже если в Лондоне и станет известно, что она была хозяйкой небольшого трактира, не думаю, что это будет иметь значение.
– Ты спрашивала Матильду об убийстве леди Рейчел?
– Нет. Ты дал мне только намек на это, когда посылал туда. Не люблю искать в потемках. Я более осторожна, чем ты.
– Ну что ж, сейчас я тебе все расскажу, – сказал Херд и вкратце изложил то, что узнал из газет и документов Скотленд-Ярда по части дела Сандала. Аврора кивнула.
– Но Матильда Джанк ничего об этом не говорила. Просто сказала, что мистер Лемюэль Крил уехал в Лондон более двадцати лет назад и что его жена ничего о нем не знала, пока не увидела объявления.
– Хм, – повторил Херд, когда поезд замедлил ход на станции Крайстчерч, – кажется, все честно и благородно. А что насчет Джессопа?
– Зная так мало о деле леди Рейчел, я не стала расспрашивать о нем, – ответила мисс Чен. – Я рассказала тебе все.
– Кто‐нибудь еще остановился в гостинице?
– Нет. И знаешь, это неплохое местечко. Номера чистые, еда хорошая, а плата невысокая. Мне больше нравится в «Красной свинье», какой бы маленькой она ни была, чем в большом отеле. И карри… восхитительно острое! – Актриса скривила свое маленькое личико в экстазе. – Ведь его готовит туземец.
Херд вздрогнул.
– Карри… туземец?
– Да – человек по имени Хокар.
– Аврора, это тот самый человек, который оставил сахар на прилавке в книжной лавке Нормана. Я забыл, что ты об этом не знаешь. – И Билли быстро рассказал сестре об этом эпизоде.
– Странно, – сказала мисс Чен, кивая с отсутствующим видом. – Похоже, миссис Крил знала о местонахождении своего мужа еще до того, как увидела объявления.
– И возможно, об убийстве она тоже знала, – добавил Херд.
Брат и сестра переглянулись: дело становилось все интереснее и интереснее. Миссис Крил явно знала больше, чем хотела показать. Но в этот момент поезд остановился, и они вышли из вагона. Билли взял саквояж и пошел в город, а его хорошенькая сестра семенила рядом с ним. Она успела сообщить ему еще кое‐что, прежде чем они добрались до «Красной свиньи».
– Этого Хокара не любят в городе, – сообщила девушка. – Говорят, он ест кошек и собак. Да. Я разговаривала с несколькими старухами, и они говорят, что лишились своих животных. Одну кошку нашли задушенной во дворе, и…
– Задушенной! – перебил ее детектив. – Хм, и этот индиец, возможно, и правда тхаг.
– Что такое «тхаг»? – спросила Аврора, вытаращив глаза.
Херд объяснил ей, что это значит.
– Вчера вечером я просмотрел книгу, которую одолжил мне Бикот, – добавил он, – и так заинтересовался, что просидел до рассвета…
– Ты и выглядишь невыспавшимся, – откровенно призналась сестра, – но ты же сам говоришь, что тхагов больше нет.
– Нет, как утверждает автор книги. И все же странно – задушенная кошка, а потом еще и это жестокое убийство. Как раз то, что сделал бы индиец. Да и сахар тоже…
– Ах, чепуха! Хокар оставил там сахар случайно. Если бы он намеревался убить Нормана, то не выдал бы себя.
– Наверное, он уверен, что никто не догадается, что он тхаг. В наши дни этот роман уже не читают. Чистая случайность, что мисс Норман наткнулась на него и рассказала Бикоту.
– Я не верю в такие совпадения, – сухо заявила Аврора, которая, несмотря на свою пушистую кошачью внешность, была очень практичной. – Но вот мы и в «Красной свинье». Хорошо и уютно, не правда ли?
Гостиница и правда была очень милой. Она стояла на самой окраине города, и за ней простирались поля и живые изгороди. Здание представляло собой побеленный деревенский коттедж с соломенной крышей и грубо намалеванной вывеской с изображением большой красной свиньи. Снаружи стояли скамейки для выпивох, а окна были восхитительно старомодными, с ромбовидными стеклами. Это была настоящая диккенсовская гостиница из старых времен.
Но Херд лишь мимолетно взглянул на этот симпатичный, причудливый дом. Он смотрел на женщину, которая стояла в дверях, прикрывая глаза ладонью от заходящего солнца. В ней детектив увидел много сходства с Деборой Джанк, теперь Таузи. Такого же массивного телосложения, с таким же румяным лицом, острыми черными глазами и буйными манерами. Но у нее не было доброго взгляда Деборы, так что из двух сестер Херд предпочел ту, с которой уже был знаком.
– Это мой брат, мисс Джанк, – сказала Аврора, направляясь к двери. – Он останется только до завтра.
– Добро пожаловать, сэр, – сказала Матильда громким грудным голосом, который еще больше напомнил детективу ее сестру. – Не хотите ли зайти и выпить чаю?
Херд кивнул и прошел в крошечную гостиную, где увидел фотографию Хэя на каминной полке. Аврора, по подсказке брата, пошла в спальню переодеться, а Билли заговорил с Матильдой, когда та принесла ему поднос.
– Я знаю вашу сестру, – сказал он.
Мисс Джанк чуть не выронила поднос.
– Ну, только подумайте! Ведь мы с ней не писали друг другу уже десять лет. А я уехала из Лондона одиннадцать лет назад. И как она, сэр? Где она сейчас?
– У нее прачечная в Джубилитауне под Лондоном, и она замужем за парнем по имени Барт Таузи.
– Замужем! – воскликнула Матильда, поставив поднос и уперев руки в боки, совсем как Дебора. – Сэр, а я вот все еще незамужняя. Но теперь у меня есть этот дом и немного денег, так что подумаю о том, чтобы завести мужа. Я не позволю Дебби хвалиться передо мной.
– Ваша сестра служила у мистера Нормана до того, как занялась стиркой, – заметил Херд, наливая себе чашку чая.
– Служила? И почему она ушла от него?
Имя Нормана, очевидно, было неизвестно Матильде, так что сыщик испробовал эффект еще одной бомбы.
– Ее хозяин был убит. И его настоящее имя было Лемюэль Крил.
– Помилуйте! – Мисс Джанк упала на стул с глухим стуком, от которого комната содрогнулась. – Это ж муж и отец моих хозяек!
– Каких хозяек? – спросил Херд, притворяясь, что ничего не знает.
– Мои хозяйки, миссис Крил и мисс Мод. Это был их дом, и они держали его много лет. Я работала на них десять лет, и когда хозяйки получили наследство, они оказали мне благосклонность, сделав меня управляющей «Красной свиньи». Подумать только, Дебби была служанкой у бедного мистера Крила, которого убили. Кто его убил?
– Разве ваша хозяйка не знает?
– Хозяйка! – возмущенно воскликнула Матильда и вскочила. – Да ведь она всегда его искала, хотя и не слишком любила! А раз он мертв, сэр, то это меньшее, что должно было с ним случиться, учитывая, что он убил бедную леди в этом самом доме. Сегодня вы будете спать в ее комнате, – добавила Джанк таким тоном, как будто это была некая привилегия. – Ее задушили.
– Кажется, я слышал об этом. Но вроде бы леди Рейчел Сандал покончила с собой.
Матильда потерла нос на манер Деборы.
– Ну, сэр, мои хозяйки никогда не были уверены, что именно случилось, и конечно, это стряслось еще до меня, больше двадцати лет назад. Но человек, который это сделал, мертв и оставил моим хозяйкам свои деньги, как и положено. А мисс Мод выходит замуж за настоящего джентльмена. – Матильда взглянула на фотографию Хэя. – Я всегда говорила, что он джентльмен, раз такой красивый и поздно приходит обедать во фраке.
– Он когда‐нибудь был здесь, этот джентльмен?
– Он приезжает и уезжает уже несколько месяцев, и мисс Мод влюблена в него до смерти. Но теперь они поженятся и будут счастливы.
– Полагаю, ваши хозяйки иногда навещали этого джентльмена в городе?
– То есть мистера Хэя, – бесхитростно ответила Матильда. – Так вот, сэр, они ездили к нему поодиночке, а потом вместе. Сначала миссис поедет, а потом и мисс, а потом и мисс, и миссис вместе едут посмотреть на Тауэр, на магазины, музей мадам Тюссо и тому подобное, а мистер Хэй присматривает за ними.
– А навещали они мистера Хэя в июле?
– Нет, в июле – нет, – отрезала Джанк, изменив тон, что не ускользнуло от Херда. – И я не понимаю, сэр, почему вы задаете все эти вопросы.
– Моя милая, я не задаю вопросов, и вам не нужно отвечать. Давайте о другом. Моя сестра говорит, что у вас готовят хороший карри.
– Да, Хокар готовит. Сама я умею только простые блюда.
– Он индиец?
– Да, сэр. Бедный индиец, изгнанник, которого миссис приняла, когда он пришел сюда промокший от дождя и усталый. Ах, миссис всегда была такой доброй христианкой.
Про себя Херд подумал, что это описание не очень подходит к даме, о которой шла речь, но он предпочел не вызывать у Матильды подозрений, переча ей. Он сделал вид, что шутит.
– Почему бы вам не выйти замуж за этого индийца, чтобы он остался здесь навсегда и продолжал готовить карри.
– Чтобы мне выйти замуж за черного! – вскричала Матильда, тряхнув лохматой головой. – Ну, сэр, никогда, – у нее перехватило дыхание. – Да еще он по всей стране мотается!
– Что вы хотите этим сказать?