– Разве тебе не интересно, что рассказал мне Лоуренс?
Мои глаза расширились. Погрузившись в мысли о Финне, я совсем забыла о фотографе. И наша с Лорканом близость тоже сбила меня с толку. Возможно, Лоркан на это и рассчитывал – вымотать меня, чтобы я не создавала проблем. Боль между ног превратилась в постоянную, которая, как мне казалось, никогда не пройдет.
– Расскажи мне!
– А как же «пожалуйста»? – От ухмылки Лоркана у меня по спине пробежала дрожь, но я поборола свою реакцию.
– Пожалуйста, – выдавила я из себя.
– Как и ожидалось, твоя сестра не сама заплатила четыре тысячи долларов за фотосессию.
– Четыре тысячи?
– Он хороший фотограф, я полагаю.
– Кто тогда заплатил? Русский бизнесмен?
– Лоуренс был не особо многословен в ответах. Но да, это был русский бизнесмен. Нетрудно догадаться, учитывая, что Лоуренс с ними связан.
– Ты выяснил, кто именно это был? Насколько я помню, ты избиваешь людей, если они не говорят тебе то, что ты хочешь знать.
Я не могла поверить в то, что сказала, но жизнь с Лорканом делает свое дело. Лоркан мрачно усмехнулся.
– Ах, милая Эйслинн. – Он провел большим пальцем по моим губам. – Твоя невинность исчезает слишком быстро.
– Теряешь интерес?
– Вовсе нет, вовсе нет.
Я сглотнула, заметив вожделение в его глазах.
– Так ты больше ничего не узнал?
– Как я уже сказал, Лоуренс находится под защитой «Братвы». Нью-Йорк не весь мой. У «Братвы» и «Пятилистного клевера» есть своего рода соглашение. Мы не вмешиваемся в дела друг друга и не лезем на чужие территории. Нам хватает и проблем с китайцами, зачем создавать лишние. Поэтому, даже если у меня есть много способов вытянуть из кого-то информацию, я не всегда их использую. Лоуренс принадлежит Сергею, а не мне.
Я прикусила нижнюю губу.
– Но мы должны выяснить, кто этот человек. Имоджен может оказаться в его ловушке.
– И я узнаю, кто он. Не волнуйся. Мы с Симусом были в Содоме на встрече с парнем, который сейчас руководит производством контрафакта. Мы собираемся сотрудничать, и я поговорил с несколькими знакомыми русскими. Но опять же, они не дадут никакой информации без одобрения Сергея. Мы встретимся с ним за обедом на следующей неделе.
– На следующей неделе? Так много всего может произойти за это время. Нам нужно узнать больше. Если бы кто-то похитил меня, ты бы тоже сидел и ждал обеда с русским криминальным боссом?
– Если бы русская мафия похитила тебя, все соглашения отправились бы к черту, и я бы занялся тем, что люблю больше всего… использовал бы свой железный прут, чтобы сломать как можно больше из двухсот шести костей в человеческом теле и узнать, где ты. Я бы убивал и мучил, пока ты не вернулась бы в мою постель. Но Имоджен – не ты, и ее, скорее всего, не похищали. Несмотря на свою молчаливость, Лоуренс упомянул, какие теплые на вид отношения были у русского с твоей сестрой. Она трахается с ним за деньги, и, возможно, сейчас солнце поджаривает ее задницу, пока она сосет его член где-нибудь на Карибах. Твоя сестра – не хорошая девочка. Она – змея. Не нужно ее защищать.
Мне не хотелось в это верить, но Имоджен – это Имоджен. Какой бы она ни была, мне нужно знать правду. Я бы сильно обиделась, узнав, что сестра не отвечает на мои звонки, потому что спит с русским гангстером ради денег и возможной карьеры.
Глава 20
Меня расстроила неторопливость Лоркана. Его не смущало недельное ожидание. В отличие от меня. Но обращаться к русским самостоятельно казалось мне очень плохой идеей.
Я долго гуляла по Центральному парку, что уже вошло в привычку за короткое время моего пребывания в Нью-Йорке и помогало проветрить голову.
Когда я пробиралась по узкой тропинке через высаженные плотными рядами деревья в парке, позади меня раздался хруст сломанной ветки. Я оглянулась, но никого не увидела. Я прибавила шагу, как вдруг чья-то рука зажала мне рот, и меня оттащили от тропинки. Я пыталась сопротивляться, дезориентированная, пока не повернулась и не обнаружила перед собой лицо Десмонда. На нем не было полицейской формы.
– Я всегда в гражданском. Это облегчает некоторые расследования. – Десмонд опустил руку. – Не стоит кричать.
– Не буду, – сказала я, все еще задыхаясь от страха.
– Я не займу много времени. У вашего мужа повсюду шпионы, а мне не нужна мишень на спине, как и вам.
– А разве вы уже не в списке их мишеней из-за своей работы?
– Я еще не вел никаких расследований против «Пятилистного клевера».
Я сузила глаза.
– Что вам от меня нужно?
– Давайте сразу перейдем к делу. Мы оба знаем, что вы не любите Лоркана. Этот брак смешон. Единственная причина, по которой вы еще не сбежали подальше от мужа, – это ваша сестра.
Мои глаза расширились.
– Моя мама звонила в полицию. Они ничего не знают.
Десмонд рассмеялся, его взгляд блуждал по сторонам. На меня он почти не смотрел, все время контролируя, чтобы никого не было рядом.
– Если вы действительно хотите найти свою сестру, нет смысла надеяться на Лоркана. – Со стороны Десмонда вновь раздался смешок. – Ваша сестра пыталась обмануть вашего мужа, и ему это не понравилось.
– Зачем вы мне это рассказываете? Если вы знаете, что Лоркан причинил вред моей сестре, то почему не арестовываете его?
– Потому что мои боссы хотят получить всех бойцов «Пятилистного клевера» на блюдечке с голубой каемочкой. Им плевать на одну морально-нравственно дезориентированную девчонку.
Я скрипнула зубами.
– Вы хотите, чтобы я собирала информацию? Была вашим кротом?
– Я не знаю, сколько информации вы сможете собрать и будет ли она вообще полезной, но если вы не желаете закончить так же, как ваша сестра, и хотите иметь хоть какой-то шанс найти ее живой, то вы должны помочь мне чем сможете.
Я отступила назад, ближе к тропинке.
– Я не могу просто поверить вам на слово. Мне нужны доказательства того, что Лоркан встречался с Имоджен, что он замешан в этом.
Десмонд натянуто улыбнулся.
– Вы можете продолжать ждать, если хотите. Это ведь не у меня счет идет на дни.
Я повернулась и убежала. Десмонд мне не нравился. Он был жутким и странным, но он был полицейским, а Лоркан – преступником. Кто-то из них лгал, но я не знала, как выяснить, кто именно.
Несмотря на мое первоначальное разочарование из-за недельного ожидания новой информации, дни пролетели как один миг. Я была занята организацией поездки и бронированием билетов на самолет для Финна, а также телефонными переговорами с одним из мужчин, которые будут его сопровождать, чтобы убедиться, что тот знает о потребностях Финна, и готовила еду для посиделок. Я избегала прогулок по парку и старалась не думать о словах Десмонда. У меня было плохое предчувствие на его счет. Он казался слишком настойчивым, словно был готов на все, чтобы добиться своего.
Я не доверяла ни Лоркану, ни Десмонду. И не могла составить никакого приличного плана действий, по крайней мере до встречи Лоркана с Сергеем или до того момента, пока Десмонд не предъявит мне доказательства. Я очень надеялась, что последнего не случится, потому что это было бы плохо для Имоджен, плохо для меня, плохо для Финна и даже для мамы. Кошмар.
Лоркан казался веселым, неся две корзины, наполненные едой, в маленькую кухоньку в боковой комнате церкви.
– Ты пытаешься покорить их вкусной едой. Очень умно. – Он притянул меня к себе и поцеловал. Как и следовало ожидать, в этот момент в комнату вошла пожилая женщина из прихода. Мои щеки вспыхнули от стыда, и я пробормотала извинения, но она лишь подмигнула Лоркану.
– Ты – воплощение зла, – прошептала я в его сторону, когда мы уходили.
От его взгляда у меня голова шла кругом. Было немного стыдно являться в церковь с Лорканом в качестве супруга. Мы связали себя узами брака перед Богом, но это замужество не было настоящим. Лоркан коснулся моей поясницы, подталкивая, и я поняла, что остановилась сразу, как переступила порог, не желая выставлять наш фиктивный брак на всеобщее обозрение.
Но Лоркан хотел, чтобы нас видели, и мы прошли прямиком к первым рядам, чтобы сесть. Шепот и любопытные взгляды преследовали нас всю дорогу. Симус и его жена вскоре заняли свои места рядом с нами.
Дядя Гулливер одобрительно кивнул мне. Похоже, после Лоркана он больше всех радовался этому браку. Мой муж определенно находил огромное удовлетворение, физическое и душевное, в том, что я была привязана к нему.
Я вполуха слушала бредни дяди и была рада, когда месса закончилась. В прошлом мне нравились эти моменты самоанализа, но сейчас я чувствовала себя обманщицей.
– Пора исповедаться, – пробормотал Лоркан мне на ухо.
Я закатила глаза.
– Отпущение грехов не сработает, если ты намерен продолжать грешить. Бесплатного билета в рай не существует, даже если священник у тебя на зарплате.
Лоркан пожал плечами.
– Когда-нибудь я перестану грешить. А до тех пор еженедельная исповедь будет поправлять положение дел.
– Уверена, что так не бывает, – настаивала я.
Лоркан крепко держал меня за руку, ведя к исповедальне. Дядя Гулливер все еще был занят беседой с группой пожилых дам. Мы были первыми, кто подошел к исповедальне. Очевидно, люди знали, что сначала настанет очередь Лоркана, и не хотели находиться рядом, когда он будет рассказывать о своих грехах. Должна признать, что в прошлом я редко исповедовалась, но не потому, что никогда не грешила, а потому, что мне было неловко говорить об этом.
– Похоже, мой дядя все еще занят. Может, тебе стоит подумать о том, чтобы отказаться от исповеди сегодня.
Я хотела как можно скорее покинуть церковь. На трапезе будет легче. Люди будут болтать о еде, а не о грехах.
Лоркан усмехнулся, как обычно наслаждаясь моим замешательством.
– Боюсь, я не могу этого сделать. Тем более нам обоим нужно раскаяться в своих грехах.
Он притянул меня к себе в исповедальню и прижался губами к моему уху.