– Понял. Мой риелтор рекомендовала посмотреть Бруклин, когда я только переехал сюда. Сказала, что это перспективное место, но мне хотелось быть поближе к офису. Теперь думаю, что мне следовало ее послушать.
– Бруклин определенно в тренде, – подтвердила Софи. – У меня здесь две подруги, живут неподалеку. Одна художница, но подрабатывает в музее на Манхэттене. Другая руководит танцевальной студией. Им обеим тут нравится. Из окон открывается вид на Манхэттен, и добираться до работы нетрудно. Плюс в том, что у них много места. У меня квартира совсем крошечная. – Она вздохнула. – Увижу ли я когда-нибудь своих друзей…
– Уверен, что увидишь.
– А вот я совсем не уверена.
Он понимал ее сомнения. Ее нынешняя жизнь была настолько далека от прежней, насколько это вообще возможно. Можно ли будет все вернуть? Это будет зависеть от того, кто за ними охотится и насколько могущественны ее враги. Одно он знал наверняка: ликвидацией тех двух головорезов на складе в Нью-Хейвене дело не закончилось.
Придут другие, и ему нужно быть готовым.
– Следующая – Кент-стрит, – предупредила Софи.
Он свернул и проехал мимо нескольких эффектных фресок, украшающих стены домов и придающих району живописный вид.
– Поверни налево на Хикерсон-стрит, и мы на месте.
– Понял. – Деймон нашел нужный дом и проехал сначала мимо здания, потом вокруг квартала, осматриваясь, прежде чем припарковаться. Искать машину Джейми было некому, но осторожность лишней не бывает. В конце концов он остановился на другой стороне, метрах в пятидесяти от нужного им здания.
– Может быть, мне стоит сначала проверить?
– Вот уж нет. Не люблю ждать в машине. Думаю, нам нужно держаться вместе.
– Мы не знаем, живет ли кто-нибудь в этой квартире.
– Если ключ подходит, значит, никто не живет. А ключ у меня, – твердо заявила Софи.
Он улыбнулся, вспомнив, как они встретились в коттедже, когда она направила на него пистолет.
– Все еще думаешь, что я могу у тебя что-то забрать?
– Не думаю, что до этого дойдет. Просто не хочу оставаться здесь одна. Я испугалась вчера, когда ты пошел в магазин за телефоном.
Это он мог понять, да и сам предпочитал, чтобы она была рядом.
– Тогда идем.
Выходя из машины, Деймон взял кейс. Квартал был застроен скромными многоквартирными домами, большинство которых выглядели вполне ухоженными. Наверняка в городе были кварталы получше, но определенно были и похуже. Затеряться здесь не составляло труда, и, вероятно, именно поэтому Алан выбрал квартиру в этом районе.
Секьюрити у входа не было, и квартир в подъезде оказалось четыре: две на первом этаже и две на втором.
– И что теперь? – спросила Софи. – Как мы узнаем, какая квартира нам нужна?
Деймон просмотрел имена на почтовых ящиках.
– Какое имя в удостоверении личности?
– В одном – Фрамингем; мы жили под этим именем в доме у озера, а в другом – Беннетт.
– На ящике под номером 3 значится Беннетт. Скорее всего, это наша. – Они поднялись на второй этаж и остановились у двери квартиры. Деймон поставил кейс на пол, взял у Софи ключ и вытащил пистолет. – Стой за мной. – Он вставил ключ в замочную скважину и повернул ручку.
Дверь распахнулась. Держа пистолет наготове, Деймон переступил порог, огляделся и двинулся дальше.
– Эй, есть кто-нибудь?
Ответом была тишина. В квартире пахло затхлостью, как если бы здесь давно не открывали окна. В гостиной стояли диван, кресло и телевизор. Возле узкой кухонной ниши – круглый деревянный стол. Деймон прошел в спальню с неубранной двуспальной кроватью. Другая дверь вела в ванную. Он проверил обе комнаты – никого. В шкафу висели мужские рубашки и брюки.
– Возможно, папины, – сказала Софи. – Бордовая рубашка выглядит знакомой. – Она посмотрела на кровать. – Но зачем ему здесь ночевать? У него прекрасный таунхаус в Челси. Там две спальни и квартира намного приятнее.
Деймон засунул пистолет обратно под рубашку.
– Может быть, он был здесь поздно ночью или прятался, когда ситуация стала опасной.
– Опасной? – в замешательстве переспросила Софи. – Всего неделю назад он позвонил мне и попросил прийти к нему домой, чтобы посмотреть бейсбольный матч. Не похоже, чтобы он был в бегах или скрывался.
– Потом все быстро изменилось.
Деймон подошел к комоду и выдвинул ящики.
Нижнее белье и футболки занимали только один, остальные были пусты. Он задвинул последний и, отступив назад, оглядел комнату. Чутье подсказывало, что в этой квартире есть что-то помимо одежды. Пройдя через комнату, он снял подушку, крепившуюся липучками к деревянному основанию скамьи, и обнаружил выемку с золоченой задвижкой. Под задвижкой Деймон увидел сейф с кодовым замком.
– Сейф? – в изумлении пробормотала Софи.
– Нам нужно его открыть. Ты знаешь какой-нибудь пин-код своего отца? Здесь замок с четырьмя цифрами.
Она сосредоточенно наморщила лоб.
– Иногда он использовал день рождения моей мамы – 1012.
Деймон набрал код. Не сработало.
– Что еще он мог использовать?
– Я не знаю.
– Как насчет его годовщин, даты окончания школы, старого адреса, памятного события?
Она задумчиво уставилась на него.
– Код на моем велосипедном замке – 1492 – совпадал с годом открытия Колумбом Америки. Этот вопрос был у меня в тесте по истории.
Деймон набрал 1492, и замок щелкнул. Он открыл сейф и обнаружил коробку с бумагами, папками и фотографиями.
Интересно. Он достал несколько снимков, лежавших сверху.
– Боже мой, – пробормотала Софи, взяв в руки первый. – Это я. Выхожу из здания Нью-Йоркского университета.
Он просмотрел другие фотографии – на всех была Софи. В доме, на работе, с друзьями. При мысли, что кто-то наблюдал за ней, следил, его охватил гнев.
– Я не понимаю, – растерянно сказала она. – Зачем папе фотографировать меня?
– Тебя фотографировал не твой отец. Это делал кто-то другой, – мрачно заметил он и, перевернув одну из фотографий, увидел на обороте надпись: «В любое время, когда пожелаем».
– Что там написано? – спросила она.
Он не хотел говорить, но она имела право знать, и он протянул фотографию.
– Кто-то хотел сообщить твоему отцу, что они могут добраться до тебя. Они знали, где ты живешь, кем работаешь, как проводишь время.
Софи побледнела.
– Почему он не сказал мне? Почему не предупредил, чтобы я была осторожна? Почему не пошел в полицию, если не доверял ФБР?
Софи едва не сорвалась на крик, и Деймон увидел в ее глазах панику. Он выпрямился, выхватил у нее фотографию, бросил на подушку кресла и взял ее руки в свои.
– Посмотри на меня.
Взгляд ее заметался по сторонам, словно ища, за что зацепиться, и, наконец, вернулся к нему.
– Мы еще не знаем всей правды, – с нажимом сказал он. – Нельзя забегать вперед. Давай разбираться постепенно. Шаг за шагом.
– С каждым шагом я только еще больше боюсь. Куда идти? Боже мой! Что еще мы найдем?
– Я не знаю, но ты будешь идти вперед, потому что должна. Должна знать правду. Эти фотографии – еще одна улика. Твоего отца шантажировали. Кто-то использовал тебя как инструмент давления. Нам все еще предстоит выяснить, кто эти люди и чего они от него хотели.
– Интересно, когда он получил фотографии. – Она посмотрела на верхнюю фотографию. – Кажется, я надевала этот топ на прошлой неделе. А может быть, это продолжалось какое-то время. Я точно надевала этот наряд на работу дюжину раз за последний год. Не могу поверить, что кто-то следил за мной, а я даже не замечала. Жутко. Что, если он заглядывал в мои окна? Что, если я однажды оставила шторы открытыми на ночь? Как мог папа не рассказать мне обо всем этом? Как он мог вести себя так, будто ничего не происходит? Собирался готовить ребрышки на гриле и смотреть со мной бейсбольный матч. Это последнее, что он сказал мне перед своими безумными голосовыми сообщениями в среду.
Он сжал ее пальцы и посмотрел в глаза, в которых смешались боль, гнев и разочарование. Он хотел сказать, что у Алана наверняка была веская причина для всего, что он делал. Алан никогда не давал неисполнимых обещаний. Но сейчас Деймон знал, что должен сделать хоть что-нибудь, чтобы ослабить ее страх.
– Послушай, ты должна держаться за то, в чем уверена. Твой отец обожал тебя. Он делал все, что мог, чтобы обеспечить твою безопасность.
– Не все. Да, он сделал мне поддельные документы, но не разговаривал со мной, не рассказывал о своих проблемах. Он не доверял мне, Деймон. Вот к чему все сводится.
– Скорее всего, он не хотел огорчать тебя или подвергать еще большей опасности, делясь информацией, которую кто-то мог попытаться вытянуть из тебя.
– Держа меня в неведении, он подвергал меня еще большей опасности, – возразила она.
С этим он не мог не согласиться.
– Нам нужно проверить все, что есть в этом сейфе, и посмотреть, не обнаружится ли в квартире еще что-нибудь примечательное. Надеюсь, мы найдем больше улик. – Он вытащил из сейфа коробку и поставил ее на подушку. Папки с файлами, какие-то бумаги, банковские выписки.
Возможно, у них в руках настоящий клад.
– Я перенесу коробку на кухню. Начинай просматривать, а я пока напишу Бри и Уайатту, где мы. Я попросил их встретиться с нами в полдень, а это примерно через двадцать минут.
Он отнес коробку и поставил ее на стол.
– Я только надеюсь… – Софи не договорила и бросила на него обеспокоенный взгляд.
– Надеешься на что?
– Что твои друзья – особенно Бри – не замешаны. Она все-таки работает в ФБР.
– Но не в отделе твоего отца. Она никогда не подчинялась ему. Кроме того, Бри никогда не предала бы меня. Я ручаюсь.
– Ты рискуешь моей жизнью тоже.
Он стиснул зубы.
– Я знаю, Софи. Но варианта получше у меня нет.
Она кивнула и отвернулась. И ему осталось только надеяться, что он прав.
Софи сложила фотографии стопкой на стуле и перевернула их лицевой стороной вниз, чтобы не думать о том, что кто-то следил за ней.