– Ладно, ладно… Э… думаю, тебе лучше петь мысленно, как раньше, – не выдержав, смущённо перебил её я. А Джаспер даже убежал на второй этаж.
– Значит, не прославлюсь? – расстроилась Ноэми. Мы покачали головами, и она пожала плечами. – Ну ладно. Гораздо важнее, что я наконец-то могу сказать людям, чем меня кормить и что я терпеть не могу, когда они пытаются вычёсывать мне шерсть.
Ральф кивнул:
– Ты права! Это очень важно!
Замечательно. Но проблему со школьной группой мы так и не решили.
Все, кто был в холле, не сговариваясь, повернулись к Тикаани.
– Пожалуйста, хотя бы попытайся, – уговаривала её Леонора. – Ты нам нужна, иначе всё выступление сорвётся!
– Но я простужена, – хрипло возразила Тикаани.
– Это ненадолго! – Вернувшийся Джаспер показал нам таблетки от горла – здорово, что он так быстро сообразил. – Я выпросил у миссис Мисаки самое убойное лекарство. Бактерии будут скулить и молить о пощаде.
– А я знаю, что у Оливии где-то припрятана пачка шалфея для полоскания, – вспомнила Финни и убежала.
– А ещё тебе надо одеться потеплее – нет, не в волчью шкуру, – сказал Караг, обняв подругу за плечи.
Вскоре Тикаани сидела в шезлонге на пляже: в одной руке – шалфеевый чай, в другой – сосательные таблетки. На ней была одежда с длинным рукавом, а шея обмотана пёстрым платком – настоящего шарфа, наверное, во всей Флориде не найти.
– Это издевательство – при тридцати градусах в тени заставлять кого-то носить свитер, – пожаловалась Тикаани. – Особенно меня. Если вы ещё не в курсе – я полярная волчица!
– Когда выздоровеешь – засуну тебе под футболку горсть кубиков льда, – пообещал Караг, нежно погладив её по щеке.
– Вот ещё чай с фенхелем! – Оливия протянула ей вторую чашку. – Я добавила туда ложку мёда – он полезен для горла. Настоящий биомёд из магазина родителей Ноя.
– Ненавижу мёд, – мрачно пробурчала Тикаани, но Караг лишь ласково на неё посмотрел. Тикаани проворчала что-то неразборчивое и залпом выпила содержимое чашки.
Я с трудом сдержал смех. Да, я бы ещё не то сделал, если бы Шари на меня так ласково посмот рела!
Страшные акулы и дельфиньи игры
В субботу мы занимались последними приготовлениями. Учителя натянули в лагуне большую сеть, чтобы разделить плавательные зоны акул и дельфинов. Дафна и Зельда пытались раздобыть в пострадавшем от урагана Ки-Ларго апельсины и лимоны, чтобы продавать посетителям самодельный лимонад. Наш диджей, рифовая акула Ральф, проверял громкоговорители, чтобы объявления были слышны везде, и проводил саундчек со школьной группой.
– Надеюсь, завтра придёт достаточно народу, – озабоченно сказал я Финни и Джасперу, устанавливая с ними у входа в импровизированную кассу стул, стол и тент от солнца. В переносном громкоговорителе играла In the Shadows группы The Rasmus – одна из моих любимых песен. – Нам срочно нужны деньги. Я слышал, мистер Кристалл говорил, что солнечную установку и арену для превращений могут починить только специалисты.
– Пусть сначала кондиционер отремонтируют! – прокряхтела Финни, обмахиваясь листом бумаги. В здании школы работали вентиляторы, но всё равно стояла гнетущая жара.
– Можете себе представить, что завтра здесь, возможно, будут разгуливать толпы самых настоящих людей? – спросил Джаспер нас с Финни. Он торжественно поставил на кассовый стол жестянку с нарисованными дельфинами, в которой, как мы надеялись, скоро зашелестит куча долларовых банкнот.
– Не, не могу, – сказал я, а певец The Rasmus уже затянул следующую песню – No Fear. – Надеюсь, никто из нас не напортачит и случайно не превратится. – Я не знал, что буду делать, если объявится мать Эллы Лидия Леннокс. А она наверняка придёт – ведь дни открытых дверей были её идеей. Меня пробрала дрожь.
Джаспер склонил голову набок:
– А что, если придёт совсем мало людей?
– Тогда школа разорится, – коротко ответила Финни. – Ненавижу, когда нет запасного плана.
Я тоже. Дни открытых дверей должны состояться – вот и всё.
Вообще-то в школе в нескольких местах имелись кнопки тревоги, если вдруг в «Голубой риф» забредёт человек – такое случалось раз в несколько недель, и учителя быстренько его выпроваживали. Но на этот раз Джек Кристалл решил, что нажимать эту кнопку можно только при непроизвольном превращении.
Было девять часов утра в воскресенье, плотные облака расступились, явив яркое голубое небо. Мы с дельфинами отправились в лагуну, чтобы подготовиться к своим номерам.
– Удачи и хорошего течения! – пожелал я Шари, махнув ей и её друзьям.
Они с Блю и Ноем с улыбками помахали в ответ. У меня на душе потеплело: теперь все трое хорошо ко мне относились, и я был этому очень рад.
Моя задача была простой. Мы с Ральфом и старшеклассницей Кармен Эшберт будем нарезать круги в отгороженной части лагуны, а люди будут наблюдать за нами с поверхности и из клетки.
Двое других были уже здесь и переодевались на причале.
– Бро, такая скукотища, – пожаловался Ральф, стягивая через голову футболку. – Особенно если никто из этих типов не осмелится залезть к нам в воду.
– Хочешь лучше красить восточную стену? – спросила Кармен; она была уже в бикини. – Она нуждается в покраске.
– Не, не сегодня, – отказался я. Мне срочно требовался перерыв от всех этих ремонтных работ. В понедельник можно будет продолжить – Рокет обещал заехать к нам во второй половине дня. – Пошевеливайте плавниками. Туристы ждут не дождутся, когда мы погрызём им пальцы на ногах!
– Может, ты неправильно понял задачу, бро? – спросил Ральф, одновременно с Кармен прыгнул в море и превратился.
– Ты просто завидуешь, что все хотят увидеть меня – гадкую тигровую акулу! – крикнул я ему и последовал за ним. В последнюю минуту подбежала Финни и превратилась под водой в двухметрового морского дьявола.
Иззи, летучая рыба, тоже была с нашей стороны лагуны и взволнованно носилась туда-сюда.
Она низко скользила над водой, напоминая птицу с мерцающими крыльями.
Увидев её, я вспомнил, что она подслушала – историю о показательных смертельных боях ныряльщиков с акулами. Сегодня во второй половине дня приедет Джонни – может, я смогу съездить с ним в Айламораду и выяснить, насколько правдивы эти отвратительные слухи.
– Внимание, внимание, все по своим местам – первые гости на подходе, – раздался из громкоговорителя напряжённый голос Джека Кристалла. Теперь нам ни в коем случае нельзя превращаться: слишком велика опасность, что нас кто-нибудь увидит. Ноэми, к её большому недовольству, отправили в одну из классных комнат, потому что она пока плохо умела контролировать смену обличий и никто не хотел рисковать, чтобы она ненароком не выдала тайну оборотней. Хорошо, что её не выбрали солисткой группы.
Я немного нервничал, в обличье тигровой акулы нарезая круги в лагуне. В нескольких метрах подо мной было песчаное дно, покрытое буро-зелёными комками водорослей – раньше там можно было полюбоваться коллекцией ракушек Шари. Ураган разметал их во все стороны, выдрав не менее половины водорослей.
Некоторое время я плавал бок о бок с акулой-молотом Кармен, которую не часто видел в таком обличье.
– Внушительная голова – для чего она служит? – полюбопытствовал я.
– Благодаря ей у меня шире угол обзора и я чувствительнее к электрическим полям, чем ты, – объяснила она. – Кроме того, во время охоты на скатов я могу придавливать их головой ко дну.
– Ого! Постараюсь не попадаться тебе на пути – надеюсь, ты позавтракала? – спросила Финни.
Я разглядывал Кармен, впечатлённый её познаниями:
– Откуда ты всё это знаешь?
– Из Википедии.
– У вас уже много зрителей – вы в курсе? – услышали мы голос Джека Кристалла, который лично курировал все сегодняшние мероприятия с акулами. – Давайте поплавайте немного на поверхности, а то вас совсем не видно.
Не проблема. Я вынырнул, вспоров воду спинным плавником, и с радостью увидел, что на краю нашей половины лагуны собрались уже человек десять и наблюдали за нами.
– Ой, смотри, какой он огромный, – сказал кто-то, и я некоторое время наслаждался вниманием.
Но потом все переключились на Финни, которая, изображая гигантский блин, высоко подпрыгнула над водой – посетителям даже пришлось задрать головы – и с громким плеском плюхнулась обратно.
– Ух ты, видела? Обалдеть! Сейчас выложу фотку, – сказала девочка, вытирая брызги с лица.
– Чёрт, я промокла до нитки, – пожаловалась её подруга, оглядывая себя. – Пойдём к дельфинам – они намного прикольнее. Я слышала, здесь даже косатка есть.
– Безмозглые тусовщицы – не очень-то вы нам и нужны, – подумал им вслед Ральф и добавил: – О, кто-то забронировал клетку. Круто! Они обалдеют, спорим?
В самом деле, в металлическую клетку, прикреплённую под водой к мосткам, залезал ныряльщик с трубкой. Умирая от любопытства и волнения, мы рванули туда все одновременно, чтобы посмотреть на него вблизи. Испуганный турист проворно, как белка, вскарабкался обратно на мостки.
– Разве мы не договорились? – отругал нас директор. – Впечатлить, но не напугать!
– Простите, – смутился я, повернул – и чуть не столкнулся с почти трёхметровой Кармен.
– Смотри, куда прёшь, увалень! – напустилась на меня она.
Впрочем, никто не заявил, что акулы какие-то неповоротливые.
В ожидании следующего, надеюсь, более бесстрашного ныряльщика мы плавали возле сети, наблюдая, что творится в другой части лагуны. Оттуда доносились многоголосый свист, щёлканье и трели: водный балет уже закончился, и теперь Шари, Блю и Ной изображали, как спасают людей. Сначала один турист растянулся на воде, и они вытолкнули его обратно на сушу. Потом другой гость сделал вид, будто плохо плавает и вот-вот утонет. Два дельфина тут же подплыли к нему и подставили спинные плавники, а третий вытолкнул его снизу на поверхность.
– Правда, мы молодцы?