– Стреляйте! А то уйдет… – донеслась до меня резкая как удар хлыста команда.
Сразу же десятки пыльных фонтанчиков от разрывных пуль, окружили меня со всех сторон. Сердито жужжащие пули, разбивались о бетон, осыпая меня каменной крошкой и сухой пылью. Снаряженные приборами ночного виденья и сонарными радарами движения, они без труда вычисляли меня в хаосе развалин. Развернувшись вокруг своей оси, скользя спиной по наклонной поверхности, я тоже не остался в долгу и открыл стрельбу из пистолетов с двух рук. Попасть я ни в кого не попал, но отпугнул. Когда я почти достиг дна, в темноте раздалось сердитое стрекотание. Беспилотные машины открыли огонь из роторных пулеметов по всем подозрительным местам. Я забился в ближайшую щель в бетонной плите и, выключил фонарь. Машины, жужжа маленькими пропеллерами, зависли над моей головой, сканируя местность сонарными лучами. В этот момент я даже не дышал, опасаясь, что дыхание выдаст меня. Когда они нехотя улетели прочь, я осторожно высунул голову наружу и прислушался к тишине. Кроме стучащего в груди сердца и далекого стрекота, улетающих беспилотников, ничего больше не было слышно. Тогда я осторожно отправился в путь, перебравшись на другую сторону сухого бассейна. Прошло часа два не меньше, прежде чем я достиг другого берега. Далеко позади, все так же сверкали лучи прожекторов, а длинная колонна военной техники и солдат только еще готовились к переправе. Как они собирались это сделать, меня волновало меньше всего на свете.
Выбрав удобную для наблюдений площадку, я стал терпеливо дожидаться остальных. Первым появился осторожный Молчун. Я в пол голоса приказал ему залечь и не двигаться. К счастью он не стал спорить и выполнил, так как я сказал. Миг спустя над его головой пролетел один из беспилотных разведчиков, нервно рыскающий стволами пулеметов по сторонам.
– Спасибо. – Поблагодарил он, забиваясь под плиту. – Остальные еще не пришли?
– Нет. Они опаздывают. Нам нельзя здесь долго находиться – беспилотники рано или поздно нащупают своими радарами.
– Подождем еще немного.
Томительные минуты тянулись для меня хуже пытки. Больше ждать было небезопасно.
– Время вышло. – Немного грубовато прервал я затянувшееся молчание. – Они не придут.
– Мы не можем их бросить!
– Можешь оставаться и ждать хоть до второго Пришествия. Их поймали или пристрелили.
Разрываемый противоречивыми чувствами, Молчун нехотя кивнул и пополз следом за мной. Заноза и Крысолов не были его друзьями, но мы все одинаково делили тяготы пути и спина к спине отбивались от врагов. Меня он не винил, так как прекрасно понимал, что все словесные договора выполнены, и мы свое время честно потратили на ожидание. Еще шесть часов у нас ушло, чтобы выбраться к озеру, подсвеченному снизу светящимися растениями и плавающими стаями нематод. Зрелище было неописуемой красоты. Недовольные гудки машин вдали и ругань солдат, заставили нас вжаться в землю. Понтонный мост, через озеро был забит людьми и техникой. Живая лента создавала пробки и заторы, наполняя пещеру невообразимым шумом.
– Все пропало. Теперь мы никуда не попадем. – Угрюмо вздохнул Молчун.
– Ничего не пропало. – Возразил я. – Мост слишком узкий для двухстороннего движения, ты заметил? На нем скопилось слишком много машин, пехота отстала, а значит, они попадут на другую сторону еще не скоро. Эти ребята подставились под удар. Пришло наше время.
– Я тебя не понимаю. Предлагаешь напасть? Ты либо сумасшедший, либо гений!
– Это две крайности одной и той же сущности. Беги следом и не отставай.
Добравшись до передовых постов, мы снова залегли. Дальше уже ползли осторожно без шороха и шума. Первого часового я снял за пределами аванпоста. Метательный нож вошел ему точно в глотку, оборвав крик на полуслове. Второго часового завалил Молчун, внезапно обрушивший ему на шлем огромный кусок гранита. В озерной пещере была чистая атмосфера, не имеющая ни одного лишнего грамма примесей и летучих газов. Мы смело переоделись в одежду часовых, а трупы, снабдив каменным грузом, протопили у берега. Глубина здесь была приличной, а озерные хищники гарантировали быстро позаботиться о них в скором времени.
– Может нам еще записаться в ряды Империи? – ворчал Молчун, примеряя шлем.
– Двигайся к мосту и жди сигнала…
– Какого сигнала? А вдруг я его не услышу?
– Слушай и не перебивай. Я захвачу нам транспорт. Когда буду подъезжать, дам три длинных гудков. Если повезет, мы промчимся сквозь пробку как горячий нож сквозь масло.
– Заноза говорил, что ты не в своем уме, жаль, я ему не поверил. – Ужаснулся моей идее Молчун. – Если я раньше и сомневался в этом, то теперь убедился, как был не прав!
– Дело твое. Можешь дожидаться, пока все отсюда уберутся.
Не давая ему времени на раздумья, я встал из укрытия и, закинув оружие за плечо, направился неспешной походкой в сторону моста. Затеряться среди солдат и даже подойти поближе к технике, оказалось даже проще, чем я рассчитывал. Солдаты и десантники безвылазно сидели внутри бронетранспортеров, не особо интересуясь делами снаружи. Главное не ошибиться в выборе транспортного средства. Хорошенькое дело угнать машину, вместе с ротой солдат внутри – считай готовая расстрельная команда для нас. Отойдя от моста подальше, я, внимательно изучив один из участков дороги, признал его наилучшим местом для засады. Там был прекрасный нависающий карниз и отличный обзор на петляющую дорогу, идущую от руин атомной станции до понтонного моста на озере. Терпеливо дожидаясь пока этот отрезок дороги, обезлюдит и хоть немного очистится от солдат и машин, я взобрался на карниз и там притаился. Ждать пришлось не очень долго. Не прошло и десяти минут, как вдали за поворотом дороги засверкали фары длинной колонны бронемашин в сопровождении нескольких танков. Выплеснув на землю остатки протухшей воды из фляги, я как смог надел ее на ствол оружия. Получился примитивный глушитель, способный на некоторое время приглушить звуки выстрелов. Дождавшись пока последний танк, поравняется со мной, спрыгнул вниз – едва не поскользнувшись на обтекаемой башне и чуть не угодив под гусеницы. В последний миг, удержавшись за поручни, прикладом загрохотал по люку. Я дождался пока она приподнимется, прежде чем в упор выстрелить в любопытную голова, высунувшуюся из люка. Хлопок прозвучал не так уж и тихо, но не вызвал беспокойства у водителя впереди ехавшего бронетранспортера. Одним рывком выдернув мертвого танкиста из люка, вышвырнул труп в пропасть. Вытащив из ножен клинок, запрыгнул внутрь танка, приземлившись прямо на голову изумленного стрелка. Полосонув клинком по открытому горлу, а водителя и бортмеханика расстреляв в упор, успел перехватить рычаги управления. Танк вильнул в сторону и со всего маха уткнулся скошенным носом в покатую скалу. От мощного удара и рывка я не удержался на ногах и в кровь разбил висок об электронный прицел главного калибра. Перед глазами даже замелькали искры.
– Четыре, ноль… два… почему отстали от конвоя? Четыре, ноль, два… – зашипел передатчик в шлеме мертвого водителя. Размазывая по лицу кровь, я скинул труп водителя с водительского кресла. Устроившись на его место, надел на голову шлем.
– Небольшая авария. – Пояснил я. – Не вписался в поворот.
– Принято. В следующий раз будьте внимательней.
Вспоминая уроки вождения танка, я с трудом удерживал под контролем стотонную машину. Разглядывая россыпь приборов управления, я на мгновение запаниковал, что запутаюсь и снова совершу ошибку. Хорошо еще, что мои страхи не оправдались и танк, послушно обогнув стоящие на маленьком пятачке бронетранспортеры, мягко въехал на стальной настил моста. Дав три длинных сигнала, я сдвинул люк в сторону, нервно считая секунды. Молчун, ошалело, озираясь по сторонам, забрался через люк, направив на меня оружие.
– Сержант, это ты?! – неуверенно пробормотал он, всматриваясь в багровую полутьму.
– А ты ожидал начальника Фримена? – буркнул я, снимая с головы шлем.
– Как ты ухитрился угнать танк? Хотя нет, не отвечай. Мне это совершенно не интересно.
– Ты обо мне многого не знаешь. Умение как говориться не пропьешь.
– Да ты просто дьявол, в человечьем обличии! – восхитился Молчун, а потом, спохватившись, спросил. – Ты ранен? У тебя все лицо в крови…
– Потолок низкий. Делали, как будто для карликов.
Молчун впервые за долгое время, скривил лицо в улыбке. – Я могу быть тебе чем-то полезен?
– Разумеется, а иначе, зачем ты мне сдался? Принимай управление орудием. Вон тот перископ является визуальным наводчиком. Просто смотри в него и лазером отмечай цели. Да нет, эта кнопка активирует скорострелки, а вот эта для главного калибра. Все понятно?
– Не уверен, но на кнопки давить буду…
– Отлично. Ничего не бойся и не вздумай паниковать. Кристалитовая броня толщиной в триста миллиметров защитит нас от ручных гранатометов. Если нас подобьют, не лезь наружу через верхний люк – сразу пристрелят. Для этой цели существует нижний и боковой. Ты готов?
– Нет! Не готов!
– Значит готов. Поехали. – И я уверенно отжал от себя рычаг тяги. Танк, послушно взревев двигателем, словно разъяренный носорог стал неумолимо набирать скорость.
Лейтенант Родригес, устало привалился к бронированному борту самоходной пушки, с удивлением уставился на танк, выписывающий на дороге необычные фигуры. Дергаясь и останавливаясь на каждом повороте, он силился догнать уходящую от него колонну. Получалось плохо, наверняка, водитель пьян или едва прошел курс вождения. Кого теперь только не берут на эту чертову службе. Вот в дни его молодости было совсем иначе. Был жесткий отбор.
– Безобразие! Эй, Чарли. Скажи Фостеру, что один из его парней напился. Ты только глянь, что он там вытворяет! – насмешливо окликнул он одного из своих друзей. Чарли, повинуясь жесту лейтенанта, уставился на проезжающий мимо танк. Действительно, то, как управлял боевой машиной водитель, наводило на мысль что тот либо дурак, либо что вероятнее всего просто пьян. – Это машина не из парка Фостера, – рассмотрев цифры на борту, нахмурился Чарли. – Этот номер охранного дивизиона спецвойск. Но ты прав, все это очень странно.