Ингалятор!
Джо поднялся и мельком покосился на Чарли, но отсюда были видны только его ноги. Неподвижные. Что, если он уже умер? Джо попытался вспомнить, сколько может протянуть человек без воздуха. Минуту? Две? Двенадцать? Вроде бы какой-то фокусник хотел установить рекорд, залез в бочку с водой, но у него ничего не вышло… Сколько он сам смог бы продержаться без воздуха? Пять минут? Шесть? Сколько времени заняли поиски этого проклятого ингалятора? Голова шла кругом, перед глазами все плыло.
Он медленно подошел к столику и взял ингалятор. Вдруг тот выскользнул из пальцев и упал на пол. Джо подобрал два, нет, три куска, на которые развалился приборчик, и бросился к Чарли, пытаясь по пути соединить части.
Он выбежал из кухни и плюхнулся на колени рядом с мальчиком. Ребенок выглядел еще хуже и, кажется, не дышал. Видимо, все дыхательные пути перекрыты.
— Давай, парень,— сказал Джо и положил ребенка к себе на колени.— Давай!
Он попытался раздвинуть бледные пересохшие губы и протолкнуть ингалятор в рот Чарли. На одной из сторон ингалятора виднелась длинная трещина, и при первой же попытке нажать на клапан баллончик развалился на две части.
Джо чертыхнулся. Может, зря все это?
Он всмотрелся в лицо Чарли. Несколько веснушек. Шрам на подбородке — наверное, упал, катаясь на скейтборде или чем-то еще. На верхней губе пятнышко от шоколада: верный признак того, что мальчишка выпил полный стакан какао, или что там пьют школьники во время завтрака…
Нет, он не мог позволить ребенку умереть.
Джо вновь собрал ингалятор и крепко сжал его в пальцах, чтобы тот не развалился. Затем он осторожно раздвинул губы Чарли и надавил на клапан. Пфф! Чарли не подавал признаков жизни. Так, еще раз. Пффф! Еще! Пффф!
Безрезультатно.
— Проснись! — крикнул Джо и ударил кулаком по груди Чарли, а потом вдруг увидел, что мальчик открыл глаза.
Ошарашенный, Джо осторожно, в четвертый раз, надавил на клапан. Пфф…
Чарли начал жадно глотать воздух, и при виде этого глаза Джо наполнились слезами. Потом ребенок сел, захлебываясь кашлем. Но он дышал! Его удалось спасти!
— Бабушка…— слабым голосом произнес Чарли.
Джо обернулся и взглянул на стул, к которому привязал бабушку Роуз. Под ним собралась изрядная лужица крови. Плохи дела…
— Ты ее застрелил,— прохрипел Чарли.
— Все с твоей бабушкой было бы в порядке, если б ты не вылез с этим дурацким пистолетом,— буркнул Джо.
Чувство облегчения, которое он только что испытал, мгновенно улетучилось.
— Это целиком твоя вина.
— Она умерла?
Джо поднялся, подошел к стулу и приложил два пальца к шее бабушки.
— Нет. Все еще жива, но едва дышит.
Он присмотрелся к поврежденной ноге. Два отверстия. Сквозная рана… Впрочем, он не был уверен, что это хорошо.
— Что ты намерен делать? — спросил Чарли.
Джо уже начал сомневаться, что поступил правильно, вытащив мальчишку с того света.
— Не знаю,— ответил он.
— Вызови врача. Набери девять-один-один.
Щеки Чарли уже начали розоветь.
— Никаких врачей. Никакой полиции. Ничего! — заявил Джо.— Мы сами должны решить все проблемы.
И он принялся развязывать веревки, удерживавшие бабушку на стуле. В таком плачевном состоянии она вряд ли сумеет оказать сопротивление или убежать. Он обернулся к Чарли.
— Ступай на кухню. Открой воду в раковине. Пусть течет до тех пор, пока не станет горячей, как кипяток. Понял?
Чарли кивнул и поспешил на кухню. Через несколько секунд послышался шум воды о металлическую раковину.
— И чтобы без фокусов, ясно? — крикнул Джо.
Он замер в ожидании ответа.
— Ты меня слышал?
— Да,— сказал Чарли, заглядывая в гостиную.— Теперь что?
— Достань какую-нибудь посудину и наполни ее горячей водой. Найди чистые тряпки и тащи все это сюда. И побыстрее!
— Откуда ты знаешь, что надо делать? Ты медсестра?
Медсестра? О чем только думает этот мальчишка!
— Делай, что говорят! — рявкнул Джо.
Он снял бабушку Роуз со стула и осторожно положил на пол. Приподнял раненую ногу, опустил на край стула и наложил плотную повязку чуть выше раны. Затем он крепко завязал тряпицу, чтобы из раны не вытекло уже ни капли крови.
Чарли вошел в комнату минуту спустя, расплескивая воду из большой хрустальной вазы, которую самому Джо и в голову не пришло бы использовать для такой цели. Шикарная вещь, не иначе как свадебный подарок. Он помог Чарли поставить вазу на пол, стал макать в нее тряпицу и осторожно смывать кровь с ноги бабушки.
— Что это? — спросил Джо.
Только сейчас он как следует разглядел ткань. Ее украшала ручная вышивка, мелкие затейливые цветочки. Сама ткань была гладкая и шелковистая, совершенно не похожая на те тряпки, которые используют на кухне.
— Мамина лучшая скатерть.
Джо продолжал обрабатывать рану. Вода в вазе помутнела от крови.
— Зачем ты взял лучшую мамину скатерть?
— Просто она самая чистая. Мама всегда следит за тем, чтоб на нее и крошки не упало. И стелет на стол, когда приходят самые важные гости.
Джо устало откинулся назад.
— Не знаю, чем еще ей можно помочь. Но думаю, мы все сделали правильно и она скоро поправится. Кровь больше не идет.
— Спасибо, что помог ей,— сказал Чарли.— Кстати, как тебя зовут?
— Джо.
— А я Чарли. Из тебя получилась бы хорошая медсестра, Джо.
— Врач.
— Сам знаешь, медсестрами работают не только девушки.
Джо выразительно закатил глаза. Разумеется, он знал.
— Просто я хотел сказать, что если б выбрал медицинскую специальность, то стал бы доктором, а не мед– братом. Ну, возможно, хирургом, оперирующим мозг, или кем-то в этом роде. Нейрохирургом.
Физиономия Чарли недоуменно вытянулась.
— Не думаю, что ты мог бы стать нейрохирургом.
— Это почему? — растерянно спросил Джо.
— Да потому, что мне всего восемь, а на чердаке я обвел тебя вокруг пальца. Значит, ты не такой уж и умный.
— А вот и не обвел,— возразил Джо.— Я точно знал, где ты.
— Тогда скажи по буквам слово « пародонтоз ». Как оно пишется?
— Что?
— Если ты такой умный, скажи по буквам « пародонтоз» . На национальном конкурсе по правописанию это было одно из заданий, по которому определяли победителя.
— А ты откуда знаешь? — спросил Джо.
Он попытался представить, как пишется это слово. Получалось не очень. Да и вообще, что оно значит? Паразит? Жучок какой-то? Да, решил он. Какой-то жук, не иначе. Или личинка.
— Я знаю, потому что общался с победителем конкурса,— важно заявил Чарли.— Вернее, с победительницей. Ее зовут Аманда Год. Она из Ричмонда, штат Виргиния, это недалеко отсюда. Мама познакомила нас в прошлом году в библиотеке.
Тут Чарли расплылся в улыбке. Возможно, он вспомнил обстоятельства встречи с Амандой Год, или нечто забавное, что произошло тогда между ними, или какую– то смешную вещь, которую она сказала.
Джо продолжал размышлять над загадочным « пародонтозом».
— Не собираюсь тут возиться с разными дурацкими словами,— произнес он наконец.
— Ничего оно не дурацкое,— возразил Чарли.
— Ты что-то сказал?
— Ладно, проехали.
Внезапно в дверь постучали. Джо и Чарли переглянулись.
— Ты кого-то ждешь? — спросил Джо.
— Нет.
— Может, слесаря или водопроводчика?
— Не знаю. Может.
— Так да или нет?
— Сказал же, не знаю. Мне всего восемь.
— Ну, для восьмилетки ты больно умен. Просто не по годам,— заметил Джо в надежде, что лесть разговорит Чарли.— Ты не слышал, как мать или бабушка вызывали кого-то на дом?
— Может.
— Может, да? Или, может, нет?
— Может, просто не помню.
Джо был готов застрелиться. Щенок разбирается чуть ли не в ядерной физике, а запомнить простые практические вещи не в состоянии.
В дверь постучали снова.
— Не двигайся,— приказал Джо мальчику.
Пригибаясь, он подкрался к окну слева от входной
двери и осторожно выглянул из-за занавески.
В тусклом свете он разглядел мужчину в темно-синем спортивном костюме, стоявшего на крыльце. Шести футов роста, не меньше, на носу круглые очки в тонкой золотой оправе. Курчавые каштановые волосы, пухлые щеки в оспинах — он произвел на Джо впечатление человека совершенно безобидного. Мало того, в одной руке он держал изрядно потрепанный кожаный чемоданчик, а в другой — пластиковый стакан с соком. Точно, слесарь. Но лучше соблюсти некоторые меры предосторожности.
— Вот что, Чарли. Сейчас ты откроешь дверь и скажешь этому парню, что бабушка заболела, а потому все работы по дому отменяются. Пусть приходит в другое время.— Джо произнес это тоном, не терпящим возражений.
— А если он увидит бабушку Роуз? — спросил Чарли.
— Если самую малость приоткроешь дверь, то не увидит,— сказал Джо.— Не впускай его в дом, понял?
— Да.
— Правда?
— Не впущу, обещаю,— сказал Чарли и направился к двери.
Тут в нее снова забарабанили. На этот раз — крайне нетерпеливо.
Чарли взялся за дверную ручку.
— Погоди! — прошипел Джо.— Закрой на цепочку!
— Понял,— кивнул Чарли, приподнялся на цыпочках и накинул цепочку.
А потом без колебаний отворил дверь.
Стэнли Гласс вопросов не задавал. Иногда ему казалось, что он был таким с самого детства,— может, оттого, что монахини из католической школы больно и часто лупили его по рукам линейкой, когда ему не удавалось ответить на их вопросы. А может, причиной тому родители, неустанно твердившие, чтобы он вел себя тихо, сидел в своей комнате, не высовывался и не нарывался на неприятности. Словом, чтобы его не было видно и слышно. Порой же он думал, что это стало привычкой в армии, благодаря жестокости сержанта, нещадно бившего его на плацу всякий раз, когда у него не получалось правильно выполнить приказ.
Что ж, может быть.
Теперь все это не имело значения. Теперь его любили. И боялись. А все потому, что он точно и аккуратно исполнял то, о чем его просили.