— Эй! — возмутилась я, пытаясь разглядеть из своей невыгодной позиции личность охамевшего индивида. — Меня сейчас обгонят!
— Я бы на твоем месте об этом уже не беспокоился, — раздался голос демона и моя душа сбежала в пятки. Трусиха! Но мое храброе сердце еще здесь!
Мышцы наливались молочной кислотой после полноценной физичекой выкладки, и, как всегда бывает, стоило только остановиться — и я постепенно переставала чувствовать свои ноги. Как не вовремя!
Кристобальт поставил меня на землю около дуба, и я как желе начала сползать по нему. Ненавижу это состояние! Иду на полную выкладку, только когда знаю, что смогу на финише спокойно отдохнуть и придти в себя… А тут…
— Дея, что с тобой? Я сделал тебе больно? — Кристобальт придержал меня за талию, чтобы я не оказалась совсем на земле, и немного приподнял, заглядывая в лицо.
— Нет, не обращайте внимания, магистр, вы мне просто обломали победу, — пожаловалась я.
— Нет, Дея, это ты мне все обломала! Твой антидот не действует! — я совсем не держалась на ногах, поэтому он плотнее прижался ко мне, чтобы удержать на месте.
— Знаете, магистр, я бы поспорила… — намекнула я, стреляя глазами чуть ниже его живота.
— Ничего не понимаю.
От удивления он отстранился от меня, и я выполнила свое заветное желание — спокойно сползла на мягкий мех, вытянув ножки. Блаженство…
— Вчера же ничего не сработало! — смотрел он на меня сверху вниз.
— Может, у Вас с ним вкусы разнятся… — сказала я, и получила убийственный взгляд.
— На эту даму у нас с ним вкусы совпадали всегда! — заявил этот демонюка, сжав челюсти.
— Может, просто у Вас естественные проблемы, а, магистр? Может дело-то не в зелье?
Дамочка у него есть, видите ли, постоянная…
Кристобальт зеленел от злости, но мне после кросса было уже все равно. Я злилась, что меня выдернули в шаге от победы, и теперь эта ведьма Миранда точно пришла первой. Р-р-р…
— Не в зелье, говориш-ш-шь? — присел на корточки передо мной магистр.
— Может, возраст? — хлопала я глазками. Если уж меня понесло, то понесло…
Да и пусть выгоняет! У самого проблемы, а все на бедную ведьмочку перевесил. Я так ректору и заявлю!
Он закрыл глаза, а в волосах прорезались рожки…
— Ого, рожки.
Моя вытянутая рука не доставала до них, ноги не слушались, поэтому, неловко дернувшись, я повалилась на демона, не готового к любопытному ведьминскому напору и оттого севшего на пятую точку.
— Они теплые! — воскликнула я, глядя на памятник немого шока в лице магистра. — Представляете?!
Кристобальт представлял… Судя по его глазам, он представлял, как отрывает руки одной милой девушке…
— Да ладно, ладно, что сразу так смотреть-то, — переползла я на свое насиженное место, с опаской поглядывая на демона, замершего, как хищник перед прыжком.
Вот говорил мне дед: «Никогда не связывайся с демонами — проблем не оберешься». А оторванные руки — определенно проблема!
Вот почему меня не женщина обучала? Сейчас бы женской хитростью да уловками вышла бы из положения. Так, где там наша память предков? Что там надо?.. Улыбнуться?
Неловко улыбнулась и посмотрела на демона. О, а рожки-то исчезают…
О да, невинные улыбочки, оказывается, слабое место демона, вон как подобрел, все-таки мои ручки будут целенькими.
Глаза Кристобальта сверкнули опаловым блеском и я, памятуя, что это означает, буквально открыла в себе второе дыхание: и на ноги встала, даже не шатаясь, и пошла так бодренько, от беды подальше.
Порыв сбежать был первым, я ему и поддалась, каюсь. Правда, не думала, что даст спокойно уйти, но за мной так никто не последовал, и никто меня не окликнул…
Печальненько? Нет, конечно! Надо брести к финишу, там уже, наверное, все разошлись.
Когда я подошла к нашему физруку — кентавру Барию — и открыла рот для объяснений, он махнул рукой, буркнув:
— Знаю все, — и отвернулся, оставив меня в состоянии полного недоумения.
Что знает? Как это — знает? И о чем он знает? Все-все знает?
Я смотрела на получеловека-полуконя и пыталась увидеть в нем ясновидящего. Но нет, никаких подобных потоков я не чувствовала…
Значит, предупредили… Магистр?
Ладно… Мусолить одну и ту же тему долго я не могла никогда, поэтому, просто пожав плечами, только узнала:
— Зачет?
— Зачет. Не заставлять же тебя бегать по Темной чаще, когда там магистр.
Точно не вернешься. Да и знаю я, что ты первая была…
Какие все загадочные, как в сказке…
Как там моя Силька, интересно, сдала свой реферат? Хорошо хоть, физические нагрузки ставили последними по расписанию. Сейчас прямиком в комнату и в душик… Мечта!
Сильки в комнате не было. Не было даже тогда, когда я вернулась из душа, поэтому решила посвятить свободное время любимому ведьминскому занятию — разборкам.
— Подъем! — резко открыла дверцу шкафа и крикнула во весь голос.
— А? Что? Кто? Убивают, что ль, ась? — всклоченный мышь вывалился из шкафа и силился открыть слипающиеся глаза.
А что? Не одному ему нас будить!
— Так, товарищ летучий мышь, готовы к переезду?
— Я? Меня? — сон с Бакстера как рукой сняло, он обнял себя крылышками и жалобно смотрел на меня снизу вверх. — К-к-куда?
— Вот эти все шмотки можешь взять на обустройство нового любовного логова, — выгребала я из шкафа истерзанные вещи и складывала в горы вокруг него. Эдакий горный мышь получался.
— Может, не надо? — жалобно пропищал он, смотря на все возрастающую высоту тряпичных вершин.
— Надо, Бакстер, надо! Мы спать хотим. Это ты ночами гуляешь, а днем спишь, а мы днем учимся, и ночь для нас — святое. А про твоих подружек я вообще молчу!
— Я исправлюсь! — воскликнул он, забравшись на одну из самых высоких гор.
— Я это уже слышала, Бакстер, и не раз!
— Ты же не такая жестокая? — схватился он за сердце. По крайней мере, за то место, где, как он думал, оно должно находиться.
— Такая, — подтвердила я, сбрасывая последние вещи с полок.
— Может быть, дашь мне последний шанс? — взлетел он мне на плечо и обнял своими маленькими лапками.
— Тогда мы составим договор и ты поставишь там отпечаток своей лапки, согласен?
Глазки Баксера сузились, мышь усиленно думал, видимо, прокручивая варианты, как выйти сухим из воды.
— Ну? — подтолкнула я его к решению.
— Хорошо, — обреченно вздохнул Бакстер и добавил с трагедией в голосе: — Пиши свой договор, ведьма! Я спать!
Силька благополучно сдала реферат и пришла в приподнятом настроении.
Мы вместе с ней корпели над договором и в итоге получили полностью устраивающий нас документик.
— Я не буду это подписывать! Вы ущемляете права волшебных существ! — только что проснувшемуся Бакстеру было тяжело сдержать праведный гнев, но он старался изо всех своих мышиных сил.
— Дед что, тебя еще и юриспруденции учил?
На что мышь важно кивнул, и я мысленно послала большое «спасибо» деду.
Мало того, что подаренного мне летучего мыша дед сам натаскивал полгода мне в помощники и подступиться на шаг к нему не давал, так еще этот вражеский лазутчик, как пить дать, постоянно стучит на меня. Иначе любимому родственничку ну просто никак не узнать такие подробности проказ, за которые я регулярно получаю гневные письма.
Выгнать бы негодника, но не могу — уже прикипела к нему душой, к этому ловеласу тряпочному…
— Тогда давай так: мы тебя оставляем, но ты не водишь никого и не залетаешь ни с кем на территорию нашей комнаты, не мешаешь нам спать, не стучишь на меня деду, — загибала я пальцы, считая. А на последнем требовании сделала особый акцент, на что Бакстер состроил честные-пречестные глаза и всем видом показывал: не было такого!
— Выселю… — тихо пригрозила я.
Мышь горестно вздохнул и кивнул, уже ничего не отрицая. Так и знала!
Быстренько состряпали новенький договор и подписали. Отлично.
Надеюсь, теперь-то заживем!
— Завтра выходной. Пойдем в город за вещами, а то как последние оборванки, только форма и есть… — предложила Силия и мы обе печальными глазами посмотрели на пустой шкаф.
— Зато полностью обновим гардероб! — нашла в этом хоть что-то хорошее я.
— Вот видите, я во-о-он какой полезный, а вы ругаетесь, — выглянул Бакстер из-под моей кровати, под которой колупался добрых пять минут.
— Слушай, полезный, а что ты там делаешь? — наклонилась я, но Бакстер качественно заметал следы — ничего нового я не увидела.
— Да, подозрительно как-то, — тоже высматривала что-нибудь под моей кроватью Силька.
— Мстю готовит, — шепнула подруга, и я была с ней согласна.
— Что вы так на меня нехорошо смотрите-то? — Бакстер прыгнул на подоконник и ушел сидеть в моих заботливо выращенных цветочках и травках. Ну и пусть ромашками подышит, а то нервный стал, авось успокоится.
— У нас есть пара свободных часов, может, сделаем зелье? То самое, фабиановское? — а что терять зря время?
— Опять на коленках? Ты не думаешь, что именно поэтому у нас тогда все пошло наперекосяк?
— Ты же сейчас не предлагаешь нам проникнуть в лабораторию?
— Нет, конечно, я предлагаю придумать что-нибудь другое…
— Мы что, тогда просто так, получается, такой гениальный рецепт сотворили, да еще в историю из-за него попали? Через тернии к звездам!
Через препятствие к победе! Надо идти к своей цели не смотря ни на что!
— Ты бы еще на кровать залезла и оттуда вещала, размахивая руками. Ну, прям, вылитый ректор на приветственной речи.
Ну вот, весь мой запал спустила на воздух…
Невзирая на ее протест, я уже достала спиртовку из ящика и вертела перед носом подруги, уговаривая:
— Вот смотри: сварим зелье, возьмем завтра с собой в город и зайдем в любимое кафе этого оборотня. Ты же знаешь, он не сможет удержаться и подсядет к нам. Вот тогда мы лично и убедимся, что именно он выпьет нужный напиток, чтобы не получилось, как в первый раз.