Мужа всего перекосило, руки и ноги пошли судорогой из-за внутреннего сопротивления приказу, а глаза готовы были меня испепелить своим опаловым пламенем…
Он все-таки сел, но вскинул голову вверх и сказал:
— Я же тоже могу тебя много чем интересным накормить, Дея!
Какое упущение! Он разговаривает! Еще и бедную ведьмочку запугивает!
— Ты молча выслушаешь меня! — надо работать над своими ошибками, так всегда мне дед говорил.
И теперь только глаза Криса обещали мне скорую расправу, но я не унывала — у меня весь Карамельный лес в запасе, что-нибудь придумаю!
И я рассказала ему все… Ну, почти все… Некоторые вещи мужчинам знать необязательно…
Глаза демона понемногу добрели и теперь в них горел явный азарт придуманной мне мести…
Надо бы по грибы да по ягодки сходить… Запастись… Так, на всякий случай…
И только я, было, вздохнула спокойно, как Силька вставила:
— Не, ну неправда, что он нам совсем не понравился! Фигура-то у него — что надо!
Может, с ней тоже малинками поделиться, да пожелать помолчать, пока последствия съеденного ранее не пройдут?
— Крис, я все сказала, можешь теперь меня убивать! — плюхнулась я рядом с ним, надеясь, что так мы легче поймем друг друга.
Ну, точнее, так мне меньше достанется… Лечь, например, можно…
Лежачих же не убивают, правда?
Демон откинулся на спину и, глядя в небо, произнес:
— Ну, за что мне это, Создатель?
— Грешил в прошлой жизни… — пожала плечами Силька, отчего рыжие кудряшки подпрыгнули.
Крис от такой наглости совсем растерялся и перевел непонимающий взгляд на меня.
— Последствия тяги к сладкому, — развела руками я и объяснила, что делают шишки, ягодки-малинки и прочие сладости Карамельного леса.
— А вас, ведьм, что, с детства учат метелить все подряд, а уж потом думать?
Ты что съела, признавайся? Гриб-обнаглин? Веточку-галлюциноген? — вскочил на ноги Крис. — Я так и понял, что тут что-то нечисто, когда твоя подружка мне заявила, что ты со старушкой в холм ушла, а этот ваш трусяшный из книги храпел так, что даже на пинки не реагировал и бормотал что-то про вкусный ручеек!
А может, действительно прикинуться съевшей чего-нибудь? Списать все на шишки-иголки и не беспокоиться ни о чем?
«Про меня ни слова!» — раздался у меня в голове голос старушки Смерти, и я вздрогнула от неожиданности.
— Вот! Точно схомячила что-то! — хлопнул себя по бедру Крис, глядя на меня, и покачал головой.
Так, раз про старушку нельзя говорить, то что делать? Знаю — буду молчать, он сам себе все додумает, а мне и врать не придется!
— Все! Домой! Ко мне! И ни слова! Буду из тебя действие Карамельного леса изгонять!
— Не надо из меня ничего изгонять! Все, что есть, все мое!
Ловко обогнув протянутую к ней руку, Силька первая запрыгнула в окно портала, а вот со мной демону пришлось повозиться, так как я была категорически против оставлять Гидеона в таком состоянии в этом убийственном для сладкоежек лесу…
В три пространственных прыжка мы добрались до нашей комнаты в общежитии, и только Силька отступила в сторону, как мы вновь растворились в пространстве и появились в доме демона.
— Значит, понравилась фигура этой будущей бабочки, да? — демон дал выход бушевавшим внутри него эмоциям и одним взмахом руки снес столик.
— Ой! Столик-то за что? — пожалела я мебель, страдающую от темперамента моего мужа.
— Я, значит, на границе, устраняю последствия появления там твоего клона в ковене, появляюсь дома… А тут что?
Демон вытащил из под когтя щепку и отшвырнул ее в сторону.
— Что? — пискнула я, прижимаясь спиной к стене.
— Я тебя где оставлял? — вырвал из стены магический светильник разошедшийся демон. — В кровати!
Я тактично промолчала, решив сейчас не вставлять фразочки о том, что я пока сюда не переезжала… И не обязана, вообще-то, ждать его в объятиях одеяла…
— А знаешь, что я получил вместо теплой встречи любимой?
Крис отбросил светильник в сторону, я печально проследила за его полетом.
— Тишмаэля!
Я тут же вскинула голову и прошипела:
— Вот гад попугайчатый!
— И знаешь, что он мне рассказал?
— Зачем ты царапаешь стены? Не порть мне жилище!
— Ага! Уже твое жилище, да? А кто переезжать отказывается? Кто тянет время?
Его горячее дыхание перебивало мое, а расстояние между нашими лицами стремилось к нулю…
Вот давай, демон, целуй меня уже скорее и мы быстренько помиримся!
Но у моего мужа были другие планы… Он явно хотел высказать мне все!
А меня кто спросил? Может, я не хочу о себе, любимой, слушать?! И так Силька весь день меня по клеточкам разбирала, мне, правда, хватило! Честно-честно!
— И знаешь, что он мне рассказал?
Не могу я вот так разговаривать! Ну никакого пространства для широты мышления! Притиснули к стенке и мои непослушные мысли сразу направились в другом направлении, хотя должны сейчас отстаивать мою честь и достоинство, подкидывая правильные варианты ответов.
Предатели…
Дыхание сбивалось, мое тело не могло не реагировать на наше взаимное притяжение, а ручки так и стремились дотронуться до него… До такого желанного… любимого…
И, черт, он такой до невозможности притягательный, когда злится!
— Дея! Ты меня не слушаешь! — сбился демон, когда заглянул мне в глаза.
Не знаю, что он там увидел, но его кадык дернулся, желваки на скулах перестали ходить ходуном и воздух из его легких вырвался с легким рычанием…
Мои губы были больше мне неподвластны, а руки, как змеи, заскользили по телу Криса и обернулись вокруг шеи, притягивая наши тела все ближе друг к другу…
— Дея… — оторвался от моих губ демон, но я его перебила:
— К лешему! Потом разборки!
— Ну, берегись, женушка! — и не жалея сил на портал, перенес нас в спальню, оставляя поле боя в сомкнувшемся окне переноса…
Глава 15
— Ты что здесь делаешь? — не удержалась я от крика, когда вместо Сильки обнаружила на ее кровати развалившегося Гидеона, чьи ноги бессовестно свисали с краю, его поигрывание голыми пальчиками выводило меня из себя.
— Как что? Я же сказал: охраняю, — невозмутимо ответил мужчина.
— Это ты кверху прессом охраняешь? Прости, конечно, за вопрос… Но кого ты охраняешь? Кровать? — подошла я поближе и выдернула подушку из-под его наглой головы.
— А вы меня оставили там, в Карамельном лесу, вот я и решил, что до завтра у меня выходной! Так-то!
Он отобрал у меня подушку и положил ее обратно, с блаженным вздохом опустив на нее свою голову.
— Я так давно не валялся на нормальной кровати!
Я оглядела одеялко, которое всей своей длиной укрывало его только от ребер до колен, руку, которая наполовину не умещалась, то и дело соскальзывая вниз, и отметила про себя, что уж если ему эти условия кажутся настолько блаженными, то какие же были до этого?
— А ты в книге в каком состоянии находишься, Гидеон? — бросив приставать к мужчине, я села на свою кровать, поджав ноги под себя, и облокотилась спиной о стену… Устала я…
— В подвешенном, — буркнул он.
— А когда тебя вызывают?
— Обычно меня вызывают на битву! А не две молоденькие ведьмочки, которые любят полистать странички запретных книг!
— И долго ты так бьешься?
— Спасаю жизнь объекту и исчезаю. Обычно не более двух часов с момента вызова проходит.
— А если никто на твой объект не покушается?
Гидеон резко повернул голову и нахмурил брови:
— Как не покушается?
— Ну вот так! Вот нас, например, никто не хочет убить, никому мы не нужны…
— Не может быть такого! — сразу сел на кровати мужчина, при этом одеяло плавно съехало вниз.
— У нас все может, — обнадежила я Гидеона и попросила: — Так что, давай обратно в книжку, а то я про твои защитные функции своему демону не рассказывала.
— Расскажешь. Будем с ним вдвоем плечом к плечу сражаться! — выкинул руку вперед мужчина, будто призывая войско к бою.
— С кем сражаться-то собрался? — обвела взглядом комнату я. — Вон, даже Силька где-то бродит, до того скучно…
— Ей не скучно, ей очень даже весело, — лег обратно Гидеон и подтянул одеялко до шеи, тем самым полностью оголив ноги.
— Это еще почему? — тут же вскочила я и зависла над ним.
— Так ходит по академии этой… всем правду-матку в глаза режет… Я походил-походил за ней, чуть от смеху не помер, до того смешные лица у ребят были! — захохотал Гидеон, глядя в потолок и вспоминая недавние сценки.
— Где она? — мои руки уже чесались сделать что-нибудь пакостное этому хохотунчику, но я пока держалась.
— Не знаю! Последний раз рассказывала какому-то некроманту о трудностях любви к ведьме! — и опять захохотал, укрывшись с головой одеялом.
Дверь щелкнула и по всей комнате разлетелась стопка бумаг из рук… «багряного».
Я посмотрела на Гидеона и поняла, что попугайчик сейчас может насладиться видом своих желтых трусов во всей красе, растянутых донельзя, и голых ног, выглядывающих из-под одеяла, которое пыталось прикрыть эту гору мускулов над силькиной кровати…
Одеяло-то пыталось прикрыть, но выглядывающие из-под него желтые труселя попугайчика демонстрировались бывшему хозяину во всей натянутой красе.
Я сделала шаг назад, схватила покрывало со своей кровати и накинула на высунувшегося, было, Гидеона.
— Вот, что я и говорил! А он мне еще все утро обратное доказывал! — выдал Тишмаэль и исчез в окне портала.
— Гидеон! Исчезни! Быстро! — сорвала я с того одеяла и потянула за руку.
— Нет, — спокойно ответил тот.
— Ах так? — засуетилась я. — Вот и оставайся тогда на разборки, раз так их жаждешь, может тогда ты уже исчезнешь!
Совсем из ума выжил! Еще и хохотать стал, как бешеный! Наелись они с Силькой всего подряд в этом Карамельном лесу, теперь один тип, ранее жутко серьезный, хохочет под покрывалом в цветочек в ожидании битвы, а вторая ходит по академии и глаголет истину…