уржуазией и её платными агентами внутри страны и за рубежом.
По мнению ряда современных авторов (А.И. Вдовин, В.В. Кожинов, А.Г. Дугин[275]), особая политическая актуальность острейшей борьбы с идеологией космополитизма выявлялась по мере появления в лагере империалистов новых проектов объединения различных народов, территорий и государств как в региональном, так и в общемировом масштабе. Причём первую скрипку в подобном проектировании играли в основном американцы, поскольку в результате быстрого сосредоточения всей концептуальной власти западного мира в США именно эта сверхдержава постепенно превратилась в главный штаб мондиализма, представители которого вскоре создали параллельные структуры власти, состоящие из различных секретных аналитических центров и институтов стратегических исследований, закрытых групп советников и аналитиков и т. д.
Кстати, как утверждает тот же А.Г. Дугин,[276] первая организация мондиалистов — Совет по международным отношениям (Council on Foreign Relations, CFR) — возникла ещё в 1921 г. как филиал небезызвестного Фонда Карнеги за вселенский мир, где состояло немало видных англосаксонских политиков и олигархов, в том числе отцы-основатели Федеральной резервной системы США крупнейшие американские банкиры Джон Пирпонт Морган-младший и Пол Варбург. Именно эта секретная структура была напрямую занята выработкой американской планетарной стратегии, конечной целью которой была полная унификация всего земного пространства и создание мирового правительства с центром в Вашингтоне. Причём поскольку большинство членов этой структуры были одновременно адептами шотландского масонства высоких степеней посвящения, то можно вполне предположить, что все их геополитические проекты имели одновременно и какое-то гуманитарно-мистическое измерение.
Затем, уже в период войны, идеи мондиализма стали активно развивать тогдашний британский премьер-министр Уинстон Черчилль, который стал всячески пропагандировать старый лозунг создания Соединённых Штатов Европы, но уже под эгидой США, и его коллега по британскому правительству министр иностранных дел Эрнест Бевин, который сразу после войны высказал идею создания Мировой ассамблеи народов с едиными мировыми законами, мировым судом и международной полицией, а также ряд других известных персонажей. Причём уже в 1946 г. в Англии и США возникли две новые структуры мондиалистов — «Универсальное движение за мировую конфедерацию» и «Крестовый поход за Мировое правительство», которые возглавили «первый гражданин мира» Гарри Дэвис и член английского парламента Генри Асборн.
Вскоре к хору этих маститых мондиалистов примкнули и многие другие бизнесмены, политики и даже крупные учёные. В частности, в сентябре 1947 г. нобелевский лауреат Альберт Эйнштейн в открытом письме на имя руководителей всех правительств и государств мира предложил реорганизовать Генеральную Ассамблею ООН в постоянно действующий мировой парламент, обладающий исключительным правом издания единых мировых законов, обязательных для всех государств мира, в том числе не входящих в состав ООН. Ровно через год, в сентябре 1948 г., аналогичные идеи озвучил и известный британский философ Бертран Рассел, заявивший, что «нынешний кошмар мира, разделённого на два враждебных лагеря», может закончиться только с возникновением «мирового правительства», созданного под эгидой США и «только путём применения силы», а сама борьба за «единую мировую федерацию» будет самым «наилучшим и желанным выходом в условиях людского безумия». Более того, именно тогда в целом ряде западных изданий на все лады стала насаждаться мысль, что создание мирового правительства становится неизбежным шагом в развитии всей человеческой цивилизации и добиваться этой важнейшей задачи следует любой ценой, даже если для её реализации придётся развязать «третью мировую войну».
Одновременно ещё более откровенно и навязчиво идеи мондиализма стало пропагандировать Движение мировых федералистов во главе с крупнейшим американским банкиром и первым президентом Всемирного банка Юджином Мейером, в недрах которого был разработан так называемый «Гарвардский проект» — проект коренного пересмотра Устава ООН и создания Мировой Конституции. Более того, этот «Гарвардский проект», у истоков которого стоял и автор знаменитой «длинной телеграммы», руководитель группы политического планирования Госдепа США Джордж Фрост Кеннан, прямо нацеленный на разрушение советского патриотизма и замену его «общечеловеческими ценностями», вполне совместимыми с патриотизмом самих американцев, активно поддерживал и новый президент США Гарри Трумэн, который в период своей предвыборной кампании открыто говорил о Мировой республике «как недалёком будущем всего человечества».
Между тем уже в июне 1946 г. в журнале «Новое время» была опубликована статья ведущего научного сотрудника Института мирового хозяйства и мировой политики АН СССР профессора М.И. Рубинштейна «Контуры атомного века в представлениях американских учёных», в которой содержался критический обзор сборника статей крупнейших американских учёных-атомщиков, где обосновывалась идея превращения ООН в «мировое государство», призванное спасти мир от атомной войны и реально осуществлять контроль над всей атомной энергией. Более того, по достоверной информации ряда современных авторов (А.И. Вдовин, В.Л. Калашников, А.Г. Дугин[277]), уже в августе 1947 г. во французском городе Монтрё был созван первый Международный конгресс Союза европейских федералистов, в итоговой резолюции которого выражалась твёрдая уверенность, что «человечество навсегда может избавить себя от войны при условии создания мондиалистской конфедерации», что «основание мирового федерального правительства является самой насущной проблемой современности» и что только такой модернистский федерализм «способен гарантировать выживание» всей человеческой цивилизации.
Затем в сентябре 1948 г. в «Литературной газете» вышла новая статья «Глашатаи „атомной империи“», автором которой стал отставной сотрудник советских спецслужб и начинающий историк-востоковед Михаил Филиппович Юрьев. Именно из этой статьи советские читатели впервые получили информацию о Движении мировых федералистов, под давлением которых законодательные органы 17 американских штатов ещё летом 1948 г. приняли коллективное обращение к Конгрессу США, в котором предложили своим «старшим» коллегам выступить с инициативой пересмотра Устава ООН, невзирая на любые возражения, в том числе со стороны Советского Союза. Причём под это обращение был разработан и проект очередной Конституции мира, более известный как «Чикагский план», над созданием которого особый комитет федералистов корпел целых два года. Кстати, в преамбуле этой «Конституции» прямо говорилось о том, что «эпоха наций приходит к неизбежному концу и начинается эра человечества», а посему будущего «президента планеты» необходимо наделить огромными властными полномочиями, в том числе в качестве главы «всемирного суда» и «мировых вооружённых сил».
Как уже отмечалось, в сентябре 1947 г. Альберт Эйнштейн в открытом письме главам делегаций государств-членов ООН предложил реорганизовать Генеральную ассамблею ООН в постоянно действующий мировой парламент, наделённый значительно большими полномочиями и правами, нежели Совет Безопасности ООН, который якобы парализован в своих действиях правом вето пяти его постоянных членов. В ответ на этот призыв четыре выдающихся советских физика — президент АН СССР С.И. Вавилов и директора ведущих академических институтов академики А.Ф. Иоффе, Н.Н. Семёнов и А.А. Фрумкин в своём открытом письме «О некоторых заблуждениях профессора Альберта Эйнштейна», опубликованном в журнале «Новое время» в ноябре 1947 г., высказав категорическое несогласие с мнением маститого коллеги, заявили, что советский народ, отстоявший свою свободу и независимость в великих битвах прошедшей войны, никогда не поступится завоёванным правом определять собственную судьбу на потребу «всемирного правительства, прикрывающего громко звучащей вывеской мировое господство монополий». Более того, авторы этого письма дипломатично подчеркнули, что их маститый коллега занялся «политическим прожектёрством», которое играет только на руку очередным «поджигателям войны», вместо того чтобы прилагать реальные усилия для достижения всеобщего мира и разностороннего сотрудничества государств с различным общественным строем.
Ответ А. Эйнштейна на письмо советских физиков был сразу же опубликован в американском журнале «Бюллетень учёных-атомщиков», где он назвал их «опасения мирового господства монополий» чистой мифологией, а неприятие идеи «сверхгосударства» вредной тенденцией к «бегству в изоляционизм», особенно опасной для Советского Союза, «где правительство имеет власть не только над вооружёнными силами, но и над всеми каналами образования, информации и экономическим существованием каждого гражданина». Более того, по мнению А. Эйнштейна, только «разумное мировое правительство может стать единственной преградой для неразумных действий советских властей». Понятно, что в Москве с подобной трактовкой идей мондиализма и оценки ситуации в Советском Союзе согласиться никак не могли, поэтому в марте 1948 г. в «Новом мире» было опубликовано второе письмо «О беззаботности в политике и упорстве в заблуждениях: по поводу ответа проф. Эйнштейна», где прямо говорилось, что единственный путь к реальному предотвращению новой войны — это объединение всех демократических и антиимпериалистических сил в борьбе против всех поджигателей войны, выступавших под лозунгами попрания суверенитета и закабаления целых народов и государств.
Тем не менее многие идеологи мондиализма, в том числе вожди мировых федералистов Гарри Хотчинс и Уильям Холлидей, известный британский экономист Уильям Беверидж, крупнейший американский банкир Джеймс Варбург и даже римский папа Пий XII, абсолютно убеждённые в том, что единственной альтернативой мировому правительству может быть только очередная мировая война, которая «разрушит разумную человеческую жизнь», продолжали упорно и настойчиво пропагандировать идеи «мировой федерации народов» в утопической надежде на то, что рано или поздно «русские комм