— Нет, господин, — тихий ответ не заставил себя ждать, когда за его спиной возник тот, кому было поручено глаз не спускать с Ив.
— Хорошо, — вздохнул Китарэ и прикрыл глаза, осознавая, что впервые за эти годы он почему-то чувствует себя так спокойно.
Звон разбитого стекла коснулся его слуха, резко вырывая из состояния обманчивого спокойствия. Как он смог так среагировать? Как его тело начало действовать прежде, чем он смог осознать и понять, откуда именно доносится звук? Никогда он не был так быстр. Прежде, чем пришли первые связные мысли, он уже спрыгнул с балкона и бежал в сторону окна Ив. Странным образом, подмечая, что двигается он гораздо быстрее даже тени, что приставил охранять её, и которая теперь пыталась нагнать его, точно и впрямь была всего лишь тенью, которой не дано обогнать хозяина. Казалось, он не бежал, а летел! То, как он оказался в окне второго этажа; как быстро смог осознать происходящее и принять решение, что следует делать, граничило с инстинктами зверя, который не сомневался и не раздумывал. Он просто знал, что должен сделать, чтобы отстоять своё. Когда Китарэ увидел Ив, на шее которой затянул смертельную петлю чужак, он и вовсе перестал здраво мыслить. Такой обжигающей и одновременно леденящей ярости, он никогда прежде не испытывал. Тот, кого прислали за Ив, был настоящим профессионалом. Это чувствовалось в постановке его ударов, движениях и реакции. Но, сейчас, казалось, это ровным счетом ничего не значило. Он дракон и он в своем праве, чтобы это ни значило?! Эта мысль словно напитывала силой каждую клеточку его тела. И, лишь, когда бесчувственное тело упало у его ног, осознание контроля над собственным телом вновь вернулось к нему. Довольно странное ощущение, но по-настоящему потрясающее! То, чего он так долго боялся все эти годы — это своей неуравновешенной половины, единение с которой пусть даже на краткий миг подарило незабываемое чувство превосходства и целостности.
Казалось, прошла вечность с того момента, как он оказался в комнате. Он смотрел на тело у своих ног, сожалея лишь о том, что убил так легко, как делают это звери, просто вспорол горло…
— Приберись, — бросил он тени, что молчаливо замерла у самого окна, развернулся и быстрым шагом приблизился к Ив, которая сейчас была на руках своего элементаля.
Эта девочка впервые выглядела такой незащищённой. В её широко распахнутых глазах стояли слёзы. Он видел на самом их дне крошечного ребёнка, что впервые взглянул в зеркало на своё истерзанное тело. Та же невыносимая мука и страх. Он и сам не понял, как именно его ладонь оказалась на её щеке, убирая тихие слёзы. Она смотрела на него, и он уже не знал, что больше шокировало её? Его нечаянная ласка или нападение? Одно он понимал теперь наверняка — она важна для него… Она его.
— Да, что тут происходит, кто-нибудь может мне объяснить?! — вдруг завопил Рэби, которому судя по всему, надоело наблюдать за их молчаливым переглядыванием. — А ещё, как я мог проспать такое?! Как?! Я вообще чутко сплю…
— Цветы, что под окном, — тихо сказал Китарэ, продолжая смотреть лишь на Ив. — Откуда?
— Что? Цветы? Слуга принёс из личного сада верховного, сказал, что он срезал их ещё нераспустившимися, чтобы Ив мог понять весь смысл его послания…
— Они распустились, — прошептала Ив, болезненно сморщившись и схватившись за горло.
— Под твоим окном стоит сильный запах не только цветов, — сказал Китарэ, поражаясь самому себе! Как он только успел принюхаться? Он не помнил, но точно знал, чему именно принадлежит сторонний запах.
— Вуаль сна дракона отчетливо слышится в воздухе… Как только цветы распустились, этого было достаточно, чтобы ты, — посмотрел он на Рэби, — уснул, как младенец, а ты просто потеряла сознание, войдя в комнату, — стоило сказать об Ив в женском роде, как Рэби довольно прищурился и, тут же взяв себя в руки, нахмурился.
Эта гримаса не укрылась от взгляда Китарэ.
— Кто? — одними губами прошептала Ив.
— Я не гадалка, — коротко отрезал Китарэ, хотя прекрасно знал, кто мог стоять за этим. — Пока не вернутся остальные, поживем вместе…
— Отлично, будешь спать со мной, — буркнул Рэби, более не обращая внимания на Китарэ, и принимаясь за осмотр тонкой борозды на шее Ив. — Дай посмотрю, — попросил он, осторожно убирая ладони девушки, которыми она машинально продолжала прикрывать горло.
— Шрамы спасли, — болезненно усмехнулась она, пока Рэби осматривал её шею, — слишком грубая кожа для такой ниточки…
— Не смешно, — покачал головой Рэби. — Хоть ты и эвей, но обработать надо, — подытожил он, поднимаясь с ней на руках, и отправляясь вниз, неся Ив, точно это была его самая главная драгоценность в этой жизни. Стоило мужчине выйти за дверь, Китарэ вновь обратился к тому, чьей задачей сейчас было позаботиться о теле наёмника.
— Узнайте кто он, к какому роду принадлежит. От тела избавиться тихо, так чтобы найти было невозможно даже тем, чья стихия смерть, понимаешь? — изогнув бровь, поинтересовался он.
Мужчина молчаливо кивнул. Хуже смерти в их мире для эвейев было лишиться погребения, которое отлучало бы от родной стихии, что попросту уничтожало дух и не давало шанса на перерождение. Полное уничтожение сущности даровал огонь дракона, чьей стихией он был. С некоторых пор, большая редкость в Империи, потому, то о чем просил Китарэ непросто, но решаемо.
— Если они начали действовать, то первая неудача их не остановит. Вас двоих недостаточно.
Да, конечно, он усилит охрану, примет все необходимые меры, но это лишь вопрос времени, когда те, кто за этим стоит, найдут способ. Им необходимо ускориться. У него нет времени ждать весны, чтобы уйти за Полотно… Каждый из них должен быть готов к середине зимы. Не лучшее время, но другого может и не быть. Только обретя своё отражение, он сможет перетряхнуть то гнилое болото, что образовалось за время отсутствия императора.
Рэби молчаливо обработал мою шею, наложил повязку, не проронив ни слова. Его руки, принадлежавшие уже далеко немолодому мужчине немного подрагивали. Иногда он странно моргал, точно жмурясь, пытаясь вернуть четкость зрению.
— Когда я появился в этом мире, — вдруг заговорил он, — я был таким искренним в своих желаниях. Они были простые. Мне нужно было есть, чтобы дарить жар печи, и мне нужна была забота. Это простые чувства. Мои первые чувства. Когда моё тело обрело форму животного, кроме потребностей появилось желание защищать того, кто кормит меня, чтобы я мог существовать. Когда я переродился в молодого мужчину… Я никогда не задумывался, почему выбрал быть именно мужчиной? Может быть, потому, что мужчинам легче удовлетворять потребности огня? Его жадность и ненасытность? Я не знаю, — пожал он плечами. — Тогда мои желания тоже не отличались какой-то замысловатостью. Всё те же стремления насытиться, быть ближе к тому, за чей счет могу существовать, питаться его силой и служить ему взамен…
— Что ты… — я хотела спросить, что он хочет сказать, когда на моих губах оказалась его ладонь, призывая меня к тишине.
— Не сбивай меня, я и сам собьюсь, — пробормотал он, явно смущаясь. — За эти пятнадцать оборотов моё тело сильно изменилось. Я состарился и стал слабее физически, быть может, поэтому мои стремления изменились? С тех самых пор, как погиб твой отец, а я нашел тебя, в которой едва теплилась искра огня и даже её ты боялась, словно это было главным проклятьем этого мира, я понял, что не могу прикоснуться к ней… Не могу поглотить её, даже если мой голод так силён, что порой это сводит с ума. Впервые я забочусь о ком-то и это важнее, чем то, что составляло смысл моего существования долгие годы. Если бы ты умерла сегодня, я бы сожрал этот Мидорэ вместе с каждым эвейем этого города и я не знаю, где и когда я смог бы остановиться… Я просто хотел, чтобы ты знала, — немного неловко закончил он.
— Я тоже испугалась, — вдруг тихо призналась я. — Очень, — попав в этот демонов Храм, я стала чересчур сентиментальной, и мои дрожащие губы были тому очередным подтверждением. — Да, что за гадство, — неловко убирая влагу под глазами, пробормотала я, когда Рэби в очередной раз за эту ночь, сгрёб меня в объятья и усадил к себе на колени, как это было в детстве.
Он слегка покачивал меня из стороны в сторону, напевая колыбельную, что казалось, заговаривала мои раны, принося сон и покой и хотя бы на время, позволяя уснуть. Так было в детстве. Так вышло и сейчас.
Глава 15
Сквозь дрёму, которая опустилась на мои плечи, будто теплое одеяло, опутывая разум и утягивая его в сон, я слышала разговор двух мужчин. Хотя, может быть, я его себе всего лишь нафантазировала. В конце концов, этой ночью я была немного не в себе.
— Что ты видел? Расскажешь? — Рэби старался говорить очень тихо, но его грубый низкий голос совершенно к этому не располагал.
— Не думал, что тебе по силам сейчас даже самые простые чары, а ты усыпил огонь, — вместо ответа, сказал какую-то ерунду Китарэ. Хотя это было нормально, он частенько говорил ерунду.
— Делов-то, — фыркнул Рэби, — я занимаюсь этим с самого её рождения. Хочешь, и тебя покачаю, вспомним прошлое? — похоже, это был всё же сон, иначе мой Рэби в серьёзной опасности. Как он мог предложить такое будущему императору?
— Обойдусь, — фыркнул Китарэ.
На какое-то время в комнате воцарилось молчание. И я провалилась в сон, в котором не было места ни чужим речам, ни видениям.
— Наверное, было бы нормально, если бы сейчас я кричал и бранился, обвиняя во всем тебя, — голос Рэби, ворвался в мой сон так неожиданно, что я невольно вздрогнула, но тут же расслабилась, когда мне на плечи легла его теплая рука. — Так обычно ведут себя люди, когда отчаянье сильнее доводов разума. Но я же не человек. И я не могу им стать, как бы порой не хотелось иного. Но вместо этого, я дам тебе подсказку.
— Подсказку? — переспросил Китарэ.
— Я не знаю, кто стоит за смертью ваших отцов. Не знаю, кто именно спланировал всё это. Да, и не это было моей главной заботой все эти годы. Самой главной всегда была она, — тихо сказал он, — знаешь, почему?