Как бы не так!
Сейчас я, уважаемый Мастер Хин, на правах «вашей девочки» выскажу все, что думаю!
Но сначала нужно дождаться, пока уйдет Лейдир. Выяснять отношения с Пыткой я предпочитаю наедине – хотя бы потому, что мне он прощает многое, а вот на свидетеля наших диалогов это вряд ли будет распространяться.
Едва успев шарахнуться в нишу, я проследила взглядом за торопливо прошедшим мимо дроу с поистине каменным выражением лица и мысленно порадовалась тому, что некогда сделала амулеты от телепатии. Было бы обидно сейчас проколоться.
Стоило сокурснику скрыться за поворотом, я одернула передник, с нежностью вспомнив про скалку, которой уже доставалось Мастеру Хину, и зашла в аудиторию. С наслаждением хлопнув дверью, да!
На момент моего триумфального появления блондин как раз застегивал папку с документами и явно не ожидал, что сейчас к нему придут скандалить. Он смерил меня удивленным взглядом и даже вопросительно выгнул бровь.
– Мия?
Я мрачно на него посмотрела, откинула тугую косу за спину и подтвердила.
– Мия.
Пытка скривил губы в усмешке, прислонился бедром к кафедре и, перебрав по ней изящными пальцами, предположил:
– Подслушивала?
– Услышала, – несколько откорректировала его видение ситуации я.
– И теперь пришла ругаться?
– В точку.
Он закатил глаза к потолку.
– Боги, какой я проницательный, а? Просто сам собой горжусь со страшной силой. Хоть иди и смещай с поста главного аналитика.
Оттого, что он вместо нормального диалога сразу начал издеваться, у меня окончательно отказали все тормозные механизмы.
– Вы считаете это нормальным?! Заявить мне и окружающим, что я… подземный бог, что я ваша девочка!
Он взял папку и неторопливо спустился со ступенек, подошел ко мне и встал вплотную. Нависая, подавляя, практически касаясь телом тела. Я хотела отступить, но мастер поднял руку и сцапал витую прядь волос у виска, удерживая меня на месте.
– А что, было бы лучше, если бы я просто сделал? Просто взял… Поиграл, оставляя эту маленькую тайну между нами, и пошел дальше. Или что, моя остроухая прелесть, о таком развитии событий ты не думала? Конечно, ведь проще жалеть себя из-за ухаживаний Мастера Малахита, который до сих пор почему-то интересуется твоим мнением?
– Где? – скривилась я, не согласная с его позицией. – Обо всем, что связано с вами, я узнаю постфактум! Мне говорят, что я ваша Разделяющая, после дополняют тем, что я ваша девушка… что последует за этой интригующей информацией?
Он скрестил руки на груди и сразил меня честным ответом:
– Без понятия. Я пока не решил.
– Замечательно, – саркастично отозвалась я и припомнила недавние события. – А с Лейдиром что сейчас было? Я вам что, животина бессловесная, чтобы так делить?!
– Мия, ты женщина. Именно так решаются вопросы, если двоим мужчинам нравится одна дама. Это естественно. Это правильно. Именно так должно быть.
– А дать выбор девушке не пробовали?
– А зачем утруждать ее лишними метаниями? – непритворно удивился Мастер Хин. – Только крайне инфантильные мужчины могут пафосно заявить: «Пусть выберет женщина». Женщина – такая же цель, как и все остальное в этой жизни. Нужно определиться, какую ты хочешь, и добиваться, не ожидая, что плод сам свалится в руки. А я хочу тебя, Миямиль, о чем уже не раз говорил. Я готов ждать, готов дать возможность узнать меня поближе, но не позволю отказать из чувства протеста и противоречия.
Он отпустил мои волосы, медленно погладил шею, а после, соскользнув пальцами до моей ладони, крепко сжал ее и потянул за собой к двери со словами:
– Пойдем пообедаем. Я голоден как волк!
Я безвольно шла за ним, как теленок на веревочке, и ощущала, как под ребрами бьет крыльями восхищение, замешанное на отчаянии. С одной стороны, он прав… он прав настолько, что у меня сладко замирает сердце, а с другой – у меня никак не получается достучаться до этого мужчины! Он меня не слышит! Воспринимает только то, что соответствует его видению ситуации, а все остальное отсекает как бесполезное.
Таким мужчинам, как Мастер Хин, не отказывают. На таких смотрят с обожанием, таких любят до последней капли крови…до последней минуты его интереса. А после существуют, баюкая воспоминания, как детей, и живя лишь ими.
Я не желаю себе такой участи.
Но что еще мне нужно сделать, чтобы он наконец-то оставил меня в покое?! Да проще сказать, чего я не творила в присутствии главного дознавателя Малахита! А ему хоть бы что.
Может, ему вообще это неадекватное поведение нравится? Да ну, ерунда. Он же сам очень спокойный и собранный, ему не могут нравиться такие бестолковые девицы.
Потому в этот раз я решила быть послушной и очень скучной!
Я ни капли не сопротивлялась, когда он затащил меня в портал, послушно прошла в отдельный кабинет, села напротив и благовоспитанно сложила ручки на коленях.
Мастер искоса посматривал на меня, явно удивленный таким тихим поведением, но пока молчал. Нам принесли меню, причем гарсон раскланялся с таким подобострастием, что казалось, сейчас растянется на полу в раболепной позе.
Не сдержав брезгливости, я едва заметно поморщилась и уловила тень таких же эмоций на лице Хина.
– Как твоя учеба? – через пару минут осведомился Мастер в попытке начать диалог.
– Спасибо, просто отлично, – растянув губы в улыбке, ответила я.
– Я рад, – медленно ответил мужчина, с подозрением глядя на меня, и кивнул на книжечку с перечислениями блюд. – Надеюсь, ты не имеешь ничего против национальной кухни Малахита?
– Что вы, Мастер Хин, я только за, – тихо проговорила я, потупив взгляд и с интересом изучая узор на кружевной салфетке.
– Это хорошо.
Воцарилась пауза, во время которой у меня алели и зудели ушки от пристального взгляда, но я по-прежнему смотрела на стол и не торопилась помогать дознавателю в таком нелегком деле, как ведение светской беседы.
Внося некоторое разнообразие, в кабинете вновь появился официант и подобострастно изъявил готовность принять наш заказ.
– Мне, пожалуйста, ваше фирменное жаркое и салат «Янтарный».
– Он острый, – счел нужным предупредить гарсон.
– Я знаю. На это и расчет. – Он протянул руку через стол и коснулся моих пальцев. – Миямиль, ты определилась с выбором?
– Мне то же самое, что и многоуважаемому Мастеру, – с придыханием отозвалась я, глядя на бледного типа напротив и надеясь, что получилось изобразить нужную концентрацию благоговейного трепета.
Судя по вопросительно поползшей вверх брови, достопочтенный дознаватель искренне не понимал, какого демона тут происходит.
– Хорошо. – Несколько заметок в блокноте и вопрос: – Вам подсказать что-то в чайной карте?
– С ней я пока не определился, – покачал головой блондин и жестом отпустил гарсона.
Пару минут мы так и сидели. Мастер пристально смотрел на меня и постукивал длинными пальцами по столу, а я отвечала ему безмятежным взором абсолютной идиотки.
– Мия, ты меня пугаешь, – наконец-то соизволил заговорить Хин. – И надо признать, что совершенно ставишь в тупик своим поведением, что крайне непривычно, потому как обычно этим занимался я.
Где, интересно? В подвалах с жертвой? «Посмотри, как я жонглирую скальпелями!»
– Не понимаю, о чем вы, – ровно ответила я все с той же доброжелательной улыбкой. – Разве я веду себя неподобающе или доставляю вам проблемы?
– Честно, уж лучше бы ты скандалила. Это привычнее и понятнее, если учесть сцену, которую ты застала не так давно. – Он подался вперед, завладел моей рукой и переплел пальцы, а после медленно, растягивая каждый слог, спросил: – Что ты задумала, Ми-и-и-ия?
А у меня от этих его ленивых интонаций сердце в живот обрывается, а кровь грохочет в ушах, заглушая все другие звуки. Только жаркий, древний ритм… тук-тук… тук-тук… все быстрее и быстрее, потому что прохладные пальцы Мастера невесомо поглаживают нежную кожу запястья. И я смотрю ему в глаза, теряясь в бесконечно синем цвете, который становится все темнее и темнее с каждым моим судорожным вдохом.
– Ничего, – с трудом выдохнула я, нервным движением освобождая ладонь из мягкой, но уверенной хватки.
Он меня отпустил. Поднял кончики пальцев к тонкому носу, втянул воздух и улыбнулся.
– Ты приятно пахнешь, моя маленькая лгунья. Масла?
– Д-д-да… – запнувшись, ответила я, лихорадочно размышляя над тем, что ему можно ответить, но Мастер лишь погрозил мне пальцем и с едва заметной усмешкой проговорил:
– Молчи, лепрегномик… Я не люблю ложь, как бы сладко меня ни обманывали. Тем более зачем мелочиться? Просто пообедай со мной, а потом я верну тебя домой.
Я лишь согласно опустила ресницы, потому что ответить мне было нечего. Все, чего мне сейчас хотелось, – это выругаться, потопать ногами и, быть может, даже покидаться в стену небьющимися предметами. В общем, начать себя вести согласно второй и, как заверяла Ами, лучшей половине своей натуры. Лепреконской.
На этого невозможного типа ничего не действовало. И что самое плохое – на меня вот как раз очень даже действовало.
С каждым днем я все сильнее проваливалась в трясину ненужных и незваных чувств.
Весь обед оказался испытанием для моих нервов.
Мастер больше и не думал заводить вежливую беседу. Он молчал. Весь демонов час он молчал, общаясь лишь со служащими ресторана, когда что-либо добавлял к нашему заказу! И смотрел на меня. Долго, пристально, изучающе. Иногда мне казалось, что он по кусочку отрывал от меня хитиновый панцирь моральной защиты и пытался добраться до сути. Мыслей, чувств, эмоций…
Так что к тому моменту, как мы все же покинули это несомненно очень дорогое и пафосное заведение, я была на грани. Еще чуть-чуть – и окончательно сойду с ума! Слишком уж большое напряжение.
Мы вышли из портала в моей комнате, и по-прежнему молчаливый Мастер несколько секунд пристально смотрел на меня, а потом коснулся длинной пряди волос и начал медленно наматывать ее на палец, с каждым оборотом притягивая меня все ближе к себе. В тишине слышалось только мои частые испуганные вдохи и его, глубокие и немного хрипловатые.