В это трудно поверить, но за 25 лет работы в Гуандуне Жэнь Чжунъи не только не устроил здесь на работу ни одного родственника – даже родные сестра и брат к нему ни разу не приезжали.
Жэнь Чжунъи дорожил родными: у него всегда были прекрасные отношения с младшей сестрой Жэнь Юйжун и младшим братом Жэнь Ланьтянем. В августе 2003 года во время поездки в Ляонин он выкроил время, чтобы проведать брата, проживавшего в поселке Сюнъюэ ляонинского уезда Гайчжоу. Жэнь Ланьтянь, в прошлом агроном, к тому моменту уже вышел на пенсию. Он прекрасно знал, что Жэнь Чжунъи категорически против кумовства, поэтому никогда не просил его помощи, чтобы пристроиться. Когда Жэнь Чжунъи был первым секретарем Ляонинского провинциального парткома, Жэнь Ланьтянь ни разу не воспользовался положением брата ради собственной выгоды. На момент приезда Жэнь Чжунъи четыре поколения семьи его брата теснились в маленьком домишке на шестидесяти квадратных метрах, и когда все присели, то даже повернуться было непросто. В один из двух дней своего визита Жэнь Чжунъи сказал брату: «Ланьтянь, я живу в Гуандуне уже больше двадцати лет, а ты ни разу ко мне не приезжал. Следующей весной приглашу вас с женой к нам в Гуандун, соберемся всей семьей». Жэнь Ланьтянь с большой радостью согласился.
К полудню Жэнь Чжунъи пригласил брата на обед в ресторан, сразу оговорясь, что ждет только его самого с супругой и сыном. Остальные члены семьи Жэнь Ланьтяня оставались обедать дома. Секретарь парткома уговаривал Жэнь Чжунъи пригласить всех домочадцев брата, но тот серьезно ответил: «Куда это годится! Неприлично приглашать столько родственников, да и организацию утруждать неловко».
На следующий год весной он не забыл уговора с братом и пригласил Жэнь Ланьтяня в Гуандун. Однако у супруги Жэнь Ланьтяня были проблемы со здоровьем, и поездка не состоялась. Осенью Жэнь Чжунъи вновь позвал брата в гости, но из-за болезни тот вновь не смог приехать. А еще через год и сам Жэнь Чжунъи лег в больницу и так из нее и не вышел.
Жэнь Чжунъи нежно любил младшую сестру. В детстве, когда он вместе с отцом приезжал в родной край, то по вечерам частенько гулял за руку с Жэнь Юйжун по площадкам, где мололи пшеницу. Любуясь луной, он рассказывал сестренке разные истории. Эти прогулки дарили ему тепло родства. В 1980 году, до того как отправиться на работу в Гуандун, Жэнь Чжунъи нашел время повидаться с сестрой перед долгой разлукой, Жэнь Юйжун тогда было 63 года (с. 102). С тех пор Жэнь Чжунъи был в Синтае еще пять раз. Все друзья и однокашники детей Жэнь Юйжун, узнав, что их дядя – крупный чиновник, говорили: «Глупо не использовать такие связи, почему вы не попросите дядю замолвить за вас словечко наверху?» На что Жэнь Юйжун всегда отвечала: «Не надо обращаться к дяде. Я знаю его характер – просить у него о таком бесполезно. Не доставляйте ему неприятностей».
Всякий раз, когда Жэнь Чжунъи приезжал в Синтай, он наставлял племянников: «Следите за своими поступками, хорошо работайте и не ждите от меня покровительства. Власть мне дали партия и народ, я не вправе пользоваться ею, чтобы помочь родственникам, ради собственных корыстных интересов. Мы с вашим отцом прошли войну; в те годы мы, стиснув зубы, вершили дело революции, и никто не знал, когда погибнет. Разве в такое время кто-то помышлял о том, чтобы требовать от партии вознаграждения или льгот? Вот и вы не допускайте таких мыслей» (с. 99).
В 2004 году на День образования КНР[75] Жэнь Чжунъи вновь приехал в Синтай. К тому моменту со смерти Жэнь Юйжун прошло уже девять лет. И в этот раз он вновь воспитывал племянников: «За столько лет работы я ни разу не пристраивал родственников, из-за чего некоторые в семье и за ее пределами считают меня черствым, не помнящим родства. Да, я не помню родства, потому что не имею права ради вас пользоваться властью в личных целях. Жалобы и обиды тут не помогут, я и за сына не стану просить». После смерти Жэнь Чжунъи его племянница Ло Лифан в памятной статье о дяде растроганно написала: «Именно из-за этой “черствости” он сумел сохранить душевную чистоту и неподкупность, избежал фаворитизма. “Не помнящий родства”, он пожертвовал родному краю сто тысяч юаней на строительство начальных школ в рамках проекта “Надежда”, чтобы дети могли получить образование. “Черствый”, он все несколько десятков лет, словно бы один нескончаемый день, трудился во имя дела партии, не жалея духовных и физических сил. Нет, дядя “помнил родство” – самыми родными ему были отчизна и народ».
В 1985 году в День образования КНР Жэнь Чжунъи, навещая одного заслуженного даляньского кадрового работника, по просьбе этого человека и дабы вдохновить его на подвиги, сделал памятную надпись: «Тот, чьи стремления велики, не остановится на малом». В действительности эта фраза прекрасно и очень точно описывает жизнь Жэнь Чжунъи после ухода на покой, да и в целом весь его жизненный путь.
Заключение
15 ноября 2005 года в Гуанчжоу Жэнь Чжунъи ушел из жизни. Ему было 92 года. Смерть Жэнь Чжунъи вызвала мощный отклик в обществе. Люди всевозможными способами выражали свою скорбь по ушедшему деятелю. В зарубежных СМИ непрерывно говорили о его достижениях, высоко оценивая их.
На протяжении всей жизни Жэнь Чжунъи неустанно трудился на поприще реформ, всегда активно отстаивал их. На склоне лет он по-прежнему внимательно следил за преобразованиями в области политики, экономики и культуры, изо всех сил поддерживал реформаторскую деятельность – мудростью, отвагой, острым пером, мудрым словом. Мало кто в партии и в стране постиг суть реформ столь же глубоко и основательно и действовал столь же твердо и последовательно, как Жэнь Чжунъи.
В последние годы жизни Жэнь Чжунъи говорил: «В ноябре 1983 года мне удалили желчный пузырь. Лишившись его, я осмелел, словно бы все мое тело “превратилось в желчный пузырь”[76]. В ноябре 1993 года мне удалили 4/5 желудка, – а мне тогда было уже почти восемьдесят, – и после этой операции я практически остался без желудка». В январе 1985 года Жэнь Чжунъи пережил апоплексический удар и какое-то время не мог разговаривать, однако путем упорных тренировок через полгода ему удалось восстановить речевую функцию на более чем 80 %. Жэнь Чжунъи шутил, что ему «удалось вытребовать обратно свое право голоса у Небесного владыки». В ноябре 2001 года у него обнаружили рак мочевого пузыря. После операции Жэнь Чжунъи строго соблюдал предписания врача, и лечение принесло плоды. Он балагурил с врачами: «Поздравляю! Вы победили в этом бою». За несколько лет до смерти Жэнь Чжунъи оглох на правое ухо и подтрунивал над собой, что хоть и слышит только с одной стороны (или одну сторону. – Примеч. пер.), но не принимает это единственное мнение на веру[77]. Практически ослепнув на правый глаз, он остроумничал, что и одним глазом все ясно видит. В последний год жизни оба глаза Жэнь Чжунъи поразила макулопатия, но он и тут не утратил чувства юмора и говорил, что «перестал замечать людей»[78]. Он часто шутил: «Дух мой бессмертен!»
В упорной борьбе с недугами, одолевшими Жэнь Чжунъи на склоне лет, ему всегда и всемерно помогали партийная организация и партийные руководители. В сентябре 2005 года, когда у него диагностировали рак легких, Канцелярия ЦК направила в Гуанчжоу медика из Управления здравоохранения при ЦК. Находившийся в тот момент в зарубежной командировке Генеральный секретарь Ху Цзиньтао поручил члену Политбюро, начальнику Организационного отдела ЦК Хэ Гоцяну отправиться в Гуанчжоу, проведать Жэнь Чжунъи и передать ему слова генсека: «Ты не просто пионер реформ в Гуандуне, ты сыграл великую роль в деле реформаторства во всем Китае. Надеюсь, ты сумеешь победить недуг». Услышав это, Жэнь Чжунъи ощутил невероятное спокойствие и в ответ поблагодарил ЦК и товарища Ху Цзиньтао.
В ноябре 1983 года у Жэнь Чжунъи начался холецистит, и он первый раз за всю жизнь лег в больницу – в Пекине. Желчный пузырь ему удалял именитый хирург У Вэйжань. Все время, что шла операция, в больнице присутствовал член Политбюро и секретарь Секретариата ЦК Си Чжунсюнь. Он вздохнул с облегчением и ушел, лишь когда узнал, что операция закончилась успешно. Оправившись от болезни, Жэнь Чжунъи вместе с Ван Сюань нанес Си Чжунсюню визит благодарности. Дружба двух пионеров реформ стала еще крепче. 24 мая 2002 года, находясь в гуанчжоуском стационаре на лечении рака мочевого пузыря, Жэнь Чжунъи неожиданно узнал о том, что Си Чжунсюнь скончался, и тяжело переживал смерть друга и соратника. Он тут же велел сыну Жэнь Кэлэю отправиться в Пекин, чтобы почтить память умершего и выразить соболезнование родственникам. Когда Жэнь Кэлэй прибыл ко входу в дом семьи Си, Си Цяоцяо[79] провела его в траурный зал. Увидев портрет покойного Си Чжунсюня, Жэнь Кэлэй ощутил в душе горечь. Он трижды поклонился портрету, затем пожал руку стоящему рядом Си Цзиньпину со словами: “Мои родители скорбят о кончине уважаемого Си Чжунсюня. Отец сейчас лежит в больнице, они с матерью не смогли приехать, поэтому послали меня выразить вам соболезнования. Родители часто вспоминают вашего отца, особенно тот случай, когда в 1983 году моему отцу удаляли желчный пузырь, а уважаемый товарищ Си на протяжении всей операции находился в больнице – вплоть до ее успешного завершения. Эта забота чрезвычайно тронула нас, наша семья вовек ее не забудет. Си Чжунсюнь был прекрасным, высоконравственным человеком, ценившим отношения между людьми. Пусть земля ему будет пухом! Пусть ваша мама и вся ваша семья умерят свою скорбь!» Си Цзиньпин кивнул и крепко пожал руку Жэнь Кэлэю.
Бессмертный духом, смелый, бесстрашный, проницательный – вот правдивый портрет пионера реформ Жэнь Чжунъи. Его преданность делу, глубина мысли и реалистический подход ко всему, а также мудрость, решительность, харизма и блестящие заслуги стали достоянием китайского народа, достоянием потомков.