[37] – как обладателю большой жизненной силы, преодолевшему во чреве матери серьезную угрозу (с. 25).
Третий сын родился в 1950 году. В то время Жэнь Чжунъи занимал пост первого секретаря Управления административного района Люйда и начальника администрации местного парткома. Работы было очень много. Ван Сюань трудилась в должностях начальника Управления кадров административного района Люйда и параллельно – замдиректора недавно созданной Школы административных кадров административного района Люйда (директором был мэр Хань Гуан), поэтому и у нее дел было много. К этому моменту у супругов росли уже два ребенка, и третий стал бы тяжелым бременем. Но и он выжил и появился на свет. Взяв на руки этого бодрого малыша, супруги сразу полюбили его, и тревога их обратилась в радость. Они назвали ребенка Лэйлэй: иероглиф «лэй» в этом имени созвучен другому иероглифу «лэй», означающему «бремя», «хлопоты». И этот сын тоже на редкость крепко держался за жизнь! Во время учебы в начальной школе высшей ступени Лэйлэю сменили имя на Кэлэй. Новое имя перекликалось с именем старшего брата (Кэнин) и означало, что его хозяин непоколебим и самоотвержен (с. 26).
Работая на посту первого секретаря Управления и первого секретаря парткома административного района Люйда, Жэнь Чжунъи неоднократно обращал внимание руководителей и кадровых сотрудников данных учреждений на то, что в политическом движении нужно придавать особое значение расследованию и изучению фактов, делать упор на доказательства, особенно на вещественные; нельзя полагаться лишь на устные показания. Недопустимо «вынуждать к признанию и верить этому признанию», нельзя применять телесные наказания, угрожать и запугивать. Первый секретарь парткома Оуян Цинь был полностью согласен с этим мнением, равно как и начальник орготдела Ху Чжунхай, главный по вопросам кадров, дисциплины и инспекции (с. 27). Однако рабочая группа Северо-Восточного бюро выступила против подхода Жэнь Чжунъи. Ее представители очень серьезно относились ко всему, что происходило в административном районе Люйда, считая, что там «горы высоки, леса густы, а тигров много, и они жирны[38]». (В то время чиновников, набравших взяток общей суммой свыше тысячи юаней, называли «малыми тиграми», свыше пяти тысяч – «средними тиграми», свыше десяти тысяч – «большими тиграми».) По мнению рабочей группы Северо-Восточного бюро, в ходе политического движения идеология Жэнь Чжунъи обрела правый уклон (с. 29). В июне 1952 года бюро решило перевести его из Люйда в провинцию Сунцзян[39].
Перед тем как покинуть Люйда, Жэнь Чжунъи написал в личной характеристике: «Я считаю, что в целом понимаю политический курс партии и способен придерживаться его в работе.
И даже посреди рабочей рутины могу постоянно держать его в уме, изучать. Например, трудясь шесть лет в Люйда, особенно в тот период, когда работа еще не вышла на нормальные рельсы, а в среде кадровых работников царила идеологическая смута… я в целом правильно понимал [политический курс партии] и твердо его придерживался. Поэтому в том, что я делаю и чем ведаю, как правило, нет серьезных отклонений или ошибок» (с. 29). Тем не менее на экспертном собрании один товарищ из рабочей группы Северо-Восточного бюро дал Жэнь Чжунъи следующую оценку: «В процессе политического движения в идеологии Жэнь Чжунъи проявился правый уклон, идеологически он стоит на правых позициях».
Перед отъездом Жэнь Чжунъи в провинцию Сунцзян Оуян Цинь пришел к нему с напутствиями, старался подбодрить его. От этой поддержки у Жэнь Чжунъи стало тепло на душе, и он еще тверже решил, что будет неукоснительно проводить в жизнь политический курс партии и при этом всегда руководствоваться принципом реалистического подхода к делу (с. 30).
«Жемчужина на ладони»: плацдарм национального строительства
27 февраля 1950 года, возвращаясь после визита в СССР, Председатель Мао Цзэдун и премьер-министр Чжоу Эньлай прибыли с инспекцией в Харбин. Мао Цзэдун сказал, что Харбин – первый освобожденный крупный город, нужно создать в нем инфраструктуру, управлять им, необходимо строить в нем больше заводов, чтобы превратить его из города-потребителя в город-производитель и подать пример заводским предприятиям по всей стране. Чжоу Эньлай тоже настаивал на том, чтобы Харбин сосредоточился на развитии фабрично-заводской сферы, чтобы воспитывал таланты, производил товары, опыт и кадры.
В июле 1953 года Жэнь Чжунъи назначили вторым секретарем Харбинского горкома (с. 31). В феврале 1955 года ЦК решил доверить ему руководство всей работой горкома. В апреле 1956 года его сделали первым секретарем (с. 31, 32). Сообразно с требованиями первого поколения руководящего ядра КНР главной рабочей задачей Харбинского горкома, возглавляемого Жэнь Чжунъи, стало «производство механизмов, кадровых работников, опыта и квалифицированных рабочих».
Основная задача первой пятилетки Нового Китая заключалась в том, чтобы сосредоточить все силы и возвести 156 торговых и промышленных объектов, которые стране помог спроектировать СССР. Ввиду особой стратегической позиции Харбина, на него возложили реализацию тринадцати проектов, и этот показатель был одним из наибольших по всей стране.
Жэнь Чжунъи направил большую часть своих сил на строительство этих тринадцати объектов. Он требовал, чтобы руководители высшего уровня «командовали с передовой», а партийное руководство треть или четверть времени в году, сезоне или месяце уделяло погружению в практику, в действительность. Жэнь Чжунъи подавал пример своими действиями: приезжая на завод или строительную площадку с исследованием, он трудился, жил, ел и отдыхал вместе с рабочими, подружился с ними. Порой он несколько или даже более десяти дней подряд не уходил со стройплощадки, а выявленные проблемы решал сразу на месте. Работая на объектах лично, Жэнь Чжунъи усваивал самые существенные, ключевые моменты. Он побывал на шести заводах, в том числе на Харбинском заводе по производству подвижного состава железных дорог и Первом заводе инструментов, и усвоил опыт их строительства, инспектировал десять заводов и помог решить на них важнейшие вопросы, внедрял наработки из практики знаменитых на всю страну отличников труда – Су Гуанмина, Ван Суньцы и других (с. 32). Жэнь Чжунъи проводил расширенные заседания постоянного бюро горкома, на которых председательствовали восемь основных субподрядных строительных организаций. На таких заседаниях принимались решения, ускорявшие рабочий процесс. Представителей городских административных органов Жэнь Чжунъи убеждал в том, что в капитальном строительстве необходимо руководствоваться принципом «услуг от двери до двери». Благодаря его личному примеру сообщение между низшими и высшими уровнями руководства стало быстрым и бесперебойным. В ответ на требования горкома в городе началось бурное патриотическое движение под лозунгом: «Нужны люди – выделим людей, нужны деньги – дадим деньги, нужны машины – найдем машины, нужны ресурсы – изыщем ресурсы: все на службу экономическому строительству, капитальному строительству!».
Стараясь реализовать ключевые национальные проекты, Жэнь Чжунъи также обращал пристальное внимание на развитие местной промышленности. В прошлом Харбин был городом потребительского типа с ярко выраженным европейским колоритом: здесь отсутствовали крупные промышленные предприятия, а легкая промышленность была довольно отсталой. По мнению Жэнь Чжунъи, чтобы стимулировать рост местной промышленности, следовало использовать благоприятные условия, которые сформировались в ходе осуществления ключевых проектов. Он поддерживал мэра Люй Циэня в развитии легкой химической[40], текстильной, фармацевтической и пищевой промышленных отраслей.
Жэнь Чжунъи очень тщательно и вдумчиво занимался развитием местной промышленности. Он регулярно бывал на заводах с инспекцией и давал заводскому руководству ценные указания. О своих визитах заранее никогда не предупреждал, а приехав на завод, сразу же отправлялся в цеха. Однажды когда он прибыл на завод смазочных материалов, то увидел, что весь пол в цехе залит водой. Жэнь Чжунъи был очень недоволен, но тем не менее, приподняв штанины, зашел по воде внутрь. В тот день он строго отчитал начальника завода. Впоследствии этого руководителя, грубо пренебрегавшего своими обязанностями, сняли с должности. А как-то раз Жэнь Чжунъи купил в командировке красивые резиновые галоши с хлопковой подкладкой и по приезде отнес их на резиновый завод как образец. По указу секретаря горкома завод сразу же наладил производство множества фасонов новой резиновой обуви на хлопковой подкладке. Кроме того, Жэнь Чжунъи специально ездил в Шанхай, чтобы изучить, как там развивается тесно связанное с жизнью народа ремесленное производство. По возвращении в Харбин он сам разыскал начальника Бюро ремесленного производства и указал, что в этой производственной сфере следует заимствовать опыт шанхайцев – городская администрация должна взять на себя «обучение, подбор и материальную поддержку» народных масс (с. 33–35).
Жэнь Чжунъи неоднократно заявлял, что у города должны быть не только «кости» (крупная заводская промышленность), но и «мясо» (торговля, индустрия услуг, сфера культуры и образования). В Харбине длинные суровые зимы, темнеет рано. Рабочие возвращаются со смены уже в потемках, по холоду, дома наспех ужинают и сразу «заползают» под одеяло на кан. Жэнь Чжунъи размышлял: в городе плохо развита сфера услуг, а народу живется тяжело, значит, нужно открыть рынок, воскресить эту сферу, чтобы усердно трудящиеся рабочие и служащие, их домочадцы, да и все остальное население в свободное время могли торговать закусками с лотка или в собственных магазинчиках, работать в своих мастерских, заниматься малым бизнесом, возделывать залежные земли. Это было бы в интересах рабочих и горожан, кроме того, таким образом удалось бы улучшить жизнь людей.