— Дмитрий Александрович, — Николай появился возле меня абсолютно бесшумно. Словно не подошёл, а возник прямо из воздуха. Даже интересно стало, существует ли какая-то школа дворецких, где их учат вот так незаметно передвигаться? — Анна Александровна уехала и просила передать, что будет ожидать вас в отеле «Корона» в Твери до завтрашнего утра. В двенадцать часов завтрашнего дня она улетает обратно во Фландрию. Если вы измените ваше решение, то просто позвоните ей.
— Угу, я понял, — кивнул я Николаю и направился в свою комнату, чтобы собраться к своему первому выходу в клуб. О словах матери я старался не думать. Если бы хотела в чем-то меня переубедить, например, в своём ко мне отношении, дождалась бы моего возвращения.
И всё-таки мысли постоянно возвращались к нашему разговору с матерью. Возле входа в комнату я остановился и достал из кармана телефон. Посмотрев на трубку, потёр лоб. Я даже не помню, как его туда положил. Тряхнув головой, набрал нужный мне номер.
— Дмитрий Александрович, что-то случилось? — тут же поприветствовал меня Прохоров. Трубку он взял после первого же гудка.
— Максим Николаевич, — я тщательно обдумал то, что хочу поручить начальнику моей службы безопасности. — Подготовьте мне, пожалуйста, обобщённое досье на Германа Кляйна, супруга моей матери. Мне нужно знать о нём всё. Родословную, был ли раньше женат, есть ли у него дети, кто его любовница, особенности бизнеса и кличка любимой собаки. Всё, что только будет возможно.
— Я понял, Дмитрий Александрович, как только информация будет готова я с вами свяжусь. Что-то ещё?
— Нет, пока этого достаточно. — Я отключился и внимательно посмотрел на телефон. Не знаю зачем, но мне внезапно показалась, что информация об этом человеке очень важна. Для меня всё это время было довольно странно, что Герман отказывается встретиться со мной. Он знает, что я Тёмный? Вряд ли, конечно. Но вот то, что я менталист, Герман вполне может знать. И сразу же возникает вопрос, а не с этим ли связана его внезапная боязнь самолётов.
Раньше я не интересовался этим типом. Довольствовался информацией, что он не преступник и даже вроде бы какой-то бизнесмен во Фландрии. Я принимал выбор матери, удостоверившись только, что ей ничего не угрожает. Что же, пришла пора исправить это недоразумение.
— Ну, ты готов? — ко мне подошёл Егор, уже успевший переодеться.
— Минуту, — я поспешил в комнату, заставляя себя выбросить все эти мысли из головы. Не нужно себя накручивать раньше времени, по крайней мере пока не получу нужную информацию.
Глава 6
Доехали мы до Твери быстро. Всю дорогу Ванда молчала и смотрела в окно, погрузившись в меланхолию. А мы её своими разговорами отвлекать не хотели.
Хотя, я впервые выбирался в клуб, и понятия не имел, что делать и как себя вести, когда мы окажемся внутри. Меня так и подмывало расспросить об этом Егора, но мы давным-давно договорились уважать Вандиных тараканов, поэтому я тоже молчал, ерзая от нетерпения.
— Так, никуда не уходите, я сейчас сдам Ванду её отцу и вернусь, — Фёдор пристально посмотрел на нас, и, дождавшись положительных ответов, вышел из машины.
Мы все последовали за ним. Подниматься в квартиру к Вишневецким не хотелось, поэтому мы с Егором попрощались с Вандой возле входа в семейный магазинчик, по очереди обняв её.
— Куда пойдём? — Егор повернулся ко мне, когда Ванда с Фёдором скрылись из вида, оставив нас рядом с машиной.
— А какие варианты? — я смотрел на него вопросительно.
— Здесь недалеко есть пара интересных мест, куда нас пропустят без особых проблем. Даже с учётом того, что мы несовершеннолетние, — ответил Дубов. — Хотя тебя и так в любое заведение пропустят без особых проблем.
— Откуда ты вообще знаешь о разных увеселительных заведениях в Твери? — спросил я, в целом догадываясь, что Егор может мне ответить.
— Ну, меня иногда всё-таки выпускали из поместья, — протянул Егор. — Когда вы с Вандой на очередном приёме скучали, а мои услуги Громову не требовались. Но ничего лишнего. Так пару часов давали, чтобы развеяться.
— Предатель, — беззлобно резюмировал я, отворачиваясь от него и натыкаясь взглядом на газетный киоск.
Его вроде здесь раньше не было. Хотя точно не уверен. Ещё когда мы проезжали мимо, мой взгляд за что-то зацепился. Но мозг эту информацию не успел обработать вовремя, поэтому я так и не понял, что именно меня насторожило. Теперь же я мог приглядеться и увидеть…
— Твою мать! — выругавшись, я быстро направился к киоску.
— Ты чего? Куда сорвался? — Егор догнал меня, но я лишь отмахнулся от него.
— Дайте мне вон ту газету, — обратился я к скучающей продавщице, которая с явной неохотой оторвалась от кроссворда.
Отсчитав три медяка, буквально выхватил у неё из рук второсортное издание, напечатанное на отвратительной бумаге. На первой странице большими буквами был расположен скандальный заголовок, привлёкший моё внимание. Кстати, это был последний экземпляр, что говорило об успехе вышедшего в печать номера. К тому, что обо мне пишет бульварная пресса я уже привык, но в этом случае не знал, как именно реагировать на статейку.
— Серьёзно? Откуда они вообще узнали про «Два Дубка», и как Громов это пропустил? — перевёл на меня ошарашенный взгляд Егор, читающий статью из-за моего плеча.
— «Тяжело пережив предательство невесты, Дмитрий Наумов пустился во все тяжкие, убивая казначеев в деревне 'Два Дубка», — я прочитал вслух заголовок и нервно хихикнул, после чего принялся за саму статью.
' До нас дошли непроверенные слухи о череде странных смертей в отдаленном поселении нашей Республики. В деревне «Два Дубка» Тверской губернии жуткой, страшной и мучительной смертью умирают федеральные казначеи. За последние два года сменилось уже пять финансовых управляющих, верой и правдой служивших нашей стране. Наша редакция не могла остаться в стороне и не проверить эти шокирующие известия. После того, как стало известно о последнем погибшем, ваш покорный слуга направился в это поселение лично, чтобы, наконец, разобраться в произошедшем. А также выяснить, связаны ли эти смерти между собой.
В «Двух Дубках» нам удалось сразу же обратиться к местным жителям, которые уже давно догадываются о причинах такой страшной судьбы находившихся здесь на службе казначеев.
Со слов Веры Порихтер, всю жизнь прожившей в данном поселении, все эти смерти начались в тот самый год, когда Дмитрий Александрович Наумов проходил обязательную летнюю практику от Столичной Школы Магии. Он был распределён в многострадальные «Два Дубка» вместе со своей будущей невестой, имени которой, мы, к сожалению, так и не узнали.
В чём заключался конфликт Наумова с первой растерзанной жертвой в череде этих жутких смертей, выяснить не удалось. Как не удалось получить точный ответ: был ли вообще какой-то конфликт. Но местные жители, помимо госпожи Порихтер, в один голос утверждают, что во всем виноваты маги, а точнее Дмитрий Наумов.
И хотя его с времени той летней практики никто в поселении не видел, но даже, далекие от магии журналисты, почувствовали отголоски сильной магии. Должно быть, это проклятье, которое наложил сильный маг на должность служителей Казначейства.
Стоит отметить, что последнее убийство произошло в тот самый день, когда между Наумовым и его давней избранницей случился конфликт, который, как говорят знающие люди, привёл к разрыву помолвки.
Напоминаю нашим читателем, что в самый разгар крупнейшего столичного фестиваля под эгидой Совета Гильдий, невеста Дмитрия Наумова уехала с охранником в неизвестном направлении. Сам же Дмитрий сорвался с места на своем инновационном мотоцикле, названным прорывом в мотостроении, явно пребывая в расстроенных чувствах.
Знающие источники сообщают, что Дмитрия Наумова видели в этот вечер в аэропорту, где он садился в свой частный самолет. Полётная карта, по моим сведениям, была рассчитана как раз до «Двух Дубков».
Является ли совпадением нахождение Дмитрия Наумова в месте, где произошло очередное убийство казначея? На этот вопрос вашему покорному слуге предстоит ответить на страницах нашей газеты в следующих выпусках.
Протекция отца смогла защитить Дмитрия в прошлый раз во время практики. Посмотрим, сможет ли Наумов выкрутиться из сложившейся ситуации самостоятельно. Мы следим за ходом расследования и будем первыми делиться с вами, уважаемые читатели, всеми свежими новостями.'
— Охренеть, — только и смог вымолвить Егор, прикладывая руку ко лбу. — Это что нужно употреблять, чтобы связать между собой все эти вещи?
— Радует только то, что у этой газетёнки тираж совсем никакой, — простонал я, думая над тем, что делать.
— Дима, они дополнительный тираж напечатали, — хмуро ответил Егор, убирая руку со лба.
— Я это просто так не оставлю. Ты со мной? — хмуро поинтересовался я у Егора, начиная делать из этой газетёнки портал.
— Куда? — Егор оторопело уставился на меня.
— В «Два Дубка». Хочу лично узнать, какого хрена там происходит? — прорычал я и практически бегом направился в сторону машины. Скрывшись за ней, я активировал портал, успев схватить Егора за руку.
Мы оказались возле самого въезда в деревню. В большой огромной луже, куда с Егором плюхнулись, проваливший по колено. Уже стояла ночь, ветерок приятно холодил разгорячённую кожу, а промокшие ноги тут же начали покрываться грязной коркой, как только мы выбрались на сухую землю. В прямом смысле сухую. Потому что вокруг не было ни единой лужи, кроме той, в которую мы угодили.
— Ты это специально сделал? — процедил Егор, выливая из ботинка воду.
— Откуда я мог знать, что здесь самое настоящее болото, — ответил я. — В прошлый раз его, вроде, не было.
— И что ты хочешь делать ночью? И, Дима, тебе не кажется, что Рокотов нас контузит, когда Фёдор доложит, что мы куда-то испарились прямо у него из-под носа, — проворчал Егор, выразительно глядя на меня.