Люсинда спрятала лицо в руках и всё-таки разревелась. Так больно ещё никогда не было. Даже, когда она Рыжова в койке с шлюхой застала.
Егор плюнул на пуговицы и заглянул в комнату, чтобы сказать, что ушёл, и чтобы она закрыла дверь. Долго смотрел на рыдающую и ничего не замечающую вокруг девушку. В его голове, наконец-то, словно лампочка зажглась. Он почувствовал, как вновь возвращается то странное состояние, которое у него было в последнее время, и которое он связывал с появлением в его жизни Керна, Вольфа и этой девушки, замещая собой то холодное безразличие, которое уже начало сменять вспыхнувшую ярость.
— Хрена с два я куда-то пойду. Чтобы выгнать меня, тебе нужно будет выкинуть меня в окно, — процедил Ушаков, швыряя пальто в кресло. Подойдя к Люсинде, он выволок её из-за стола, обхватил руками за плечи и слегка встряхнул. — Слышишь? У тебя не получится вот так походя от меня избавиться. — Люся смотрела на него заплаканными глазами и тихонько икала. — А теперь, пошли за стол. Ты не умеешь всем этим пользоваться, просто потому что тебе никто не показывал, как это нужно делать. В этом нет ничего сложного и я тебя сейчас научу. Хотя теперь мне понятна твоя паранойя перед ресторанами. Но сказать же ты об этом почему-то не могла. А мысли я, увы, читать не умею.
— Егор, — пискнула Люся.
— Лучше молчи, иначе мы вообще не поедим, а мне надо восстанавливаться, между прочим. — И он посадил её на стул, встал за спиной и поднял первую вилку. — Запоминай…
Егора прервал громкий стук в дверь. Все ещё пребывая в некотором раздражение, Егор направился к двери. Его мало волновало, кто там, даже будет лучше, если там окажется Рыжов. Будет на ком пар выпустить. Но за дверью стоял не Рыжов. Там оказался один из личных охранников прадеда, можно сказать, доверенное лицо. Он молча протянул Егору сумку.
— Что это? — Егор озадаченно посмотрел на него.
— Подозреваю, что некоторые вещи, бритва, бельё, — охранник замялся. — Андрей Никитич сказал, что коль скоро вы не собираетесь домой возвращаться, то хотя бы в порядок могли себя привести и не позориться.
— Э-э-э, — весьма глубокомысленно протянул Егор, забирая протянутую сумку.
— Да и ещё, Егор Александрович, Андрей Никитич велел напомнить вам, что ваши обязанности с вас никто не снимал и вы завтра должны забрать контроль у Устинова. — После этого он наклонил голову и быстрым шагом удалился.
— Я не поняла, тебя что из дома выгнали? — Люся немного успокоилась и решила принять все, что готовит ей судьба со стойкостью, а пока просто наслаждаться тем, что у нее есть.
— Не знаю, похоже на то, — растерянно проговорил Егор. — Ну вот, а ты меня вышвырнуть хотела. И куда бы я пошёл? Место под мостом у какого-нибудь бомжа отвоевывать?
— Ты прибедняешься. Иди лучше сюда и давай уже учи меня этикету, раз взялся, потому что я есть хочу, рагу же ты мне не оставил.
Ждать ответа на звонок пришлось довольно долго. Я успел поудобнее устроиться на ветке, прислонившись спиной к стволу. Но вот, наконец, мне ответили.
— Керн, у тебя что-то случилось? — судя по голосу, Марго только что проснулась, или вовсе не ложилась.
— Ну как тебе сказать, — протянул я. Единорог внизу в это время решил ещё раз взять дерево на таран, но, раз за сотни лет не сломал эту магически усиленную берёзу, то и сейчас вряд ли сможет. Главное, самому удержаться.
— Керн, хватит ерничать, говори, что у тебя стряслось или я отключаюсь! — рявкнула Марго. Но я сейчас пребывал в состоянии, которое можно охарактеризовать, как «между злобой, растерянностью и неконтролируемой яростью», поэтому говорить со мной в таком тоне было нельзя, чревато, так сказать.
— Марго, любовь моя, передавай привет Пупсику, или с кем ты сейчас развлекаешься, пока он ещё дышит, и приготовься слушать очень внимательно, потому что я могу быть не только нежным любовником и почтительным учеником, но и самым настоящим ублюдком, во всех смыслах этого слова, и поверь, проверять я бы не советовал. — Промурлыкал я в трубку, а потом рявкнул, да так, что Паразит чуть со своей ветки не свалился, а Единорог присел на задние ноги и передумал таранить дерево. — Ты знала, что здесь законсервированный родильный могильник безликих, когда меня сюда отправляла?!
— Костик, спокойно, не волнуйся, что ты так разволновался, — прощебетала Ведьма, когда через минуту переварила новость. — Успокойся и вспомни, что я тебе говорила насчёт практики? Чтобы ты только глянул. Никуда не лез и тем более не вскрывал, если есть, что вскрывать. Пошерстил в деревне, миленьких зомбачков погонял слегка, и валил оттуда, прихватив свою куклу! Ты какого хрена в такие дебри полез? — вот теперь она просто визжала. Я так и думал, что мне удасться пар выпустить. Но, положа руку на сердце, следовало признать, что нам действительно не велели лезть в пекло, более того, Марго предупреждала, чтобы мы бежали со всех ног, если наткнемся на что-то смертельно опасное.
— Знаешь что, дорогуша. Что в твоём понимании опасно для меня? Рэйф опасен? Нет. Про слуа и мавок я вообще молчу. Поэтому с по настоящему опасной тварью, кроме тебя, естественно, я столкнулся, когда эти демонову защиту снял!
— На кого ты наткнулся в могильнике? — холодно спросила Марго. Надо же, обиделась. Ну-ну.
— На черного единорога. Потрясающей красоты зверь. Жаль, что ты его не увидешь никогда, потому что я его сейчас буду убивать, — желчно выплюнул я.
— Кого ты убивать собрался? — у меня появилось чувство, что у Марго дыхание перехватило. — Керн, ты хотя бы представляешь, насколько они редки? Как сложно, долго и кроваво их создавали?
— Представь себе, я в курсе, — довольно сухо ответив, я, прежде всего, снял все щиты и призвал дар смерти.
Подо мной заволновался единорог, почувствовавший в чём-то родственную ему магию. А в ухе заверещала Марго, переходя на ультразвук.
— Керн, не смей! Не трогай его!
— Эта тварь загнала меня на дерево! И она опасна! Ты вообще соображаешь, о чем меня просишь? Это не простая коняшка, питающаяся овсом, эта гадина жрет мясо!
— Я знаю, Костя. Но, пожалуйста, попробуй обойтись без уничтожения, я тебя умоляю. Я всё, что угодно сделаю, только попроси. Черт возьми, я тебе отдамся в день твоей свадьбы прямо перед обрядом, — она замолчала, а я сидел и пытался выбросить из головы то, что она мне только что предложила. — Почему он так кричит? Ему больно, он плачет?
— Нет, он меня пытается достать, чтобы убить, и остановить его некому, потому что вряд ли он оценит предложение пикантного приключения в день свадьбы. — Единорог под деревом начал уже рычать. — И скажи мне, Марго, откуда такая забота о кровожадном монстре?
— Да ты вообще знаешь, сколько он стоит? Живой рождённый, да ещё и единорог, обеспечит нас на всю оставшуюся жизнь! И это при том, что я сейчас побегу собирать всех заинтересованных и выдвигаться к вам.
— Так, а теперь, слушай меня внимательно. Я ничего не обещаю, ясно? Если пойму, что уйти не получится, я его убью. Если пойму, что он вот-вот вырвется из круга, я его убью. Без малейших сожалений. Я, в отличие от тебя, знаю на что способны эти твари, только не спрашивай, откуда. Приходилось встречаться.
— Я всё понимаю, Костенька, если что, то конечно, но ты ведь будешь сильно-сильно стараться?
— Я не закончил. — Прервал я Марго. — Я не собираюсь доставлять эту скотину, куда бы вы её не хотели забрать. И караулить его здесь я тоже не намерен. У тебя есть ровно сутки, чтобы здесь оказаться. Как ты это сделаешь, мне плевать. Теперь насчёт оплаты. Треть всей суммы должна упасть на мой счёт не позднее недели. Треть — Леймановой, и поверь, я смогу узнать полный расклад.
— Я тебя поняла, — тон Марго стал деловитым. — Твой дед любит красный цвет и глубокие вырезы на платье?
— Чего? — я сумел ответить только через минуту. — Зачем тебе такая информация!
— Керн, не тупи, ты сам дал мне сутки. Единственное, как я могу этого добиться, это попробовать упросить твоего деда продать мне телепорт. Твой дед прежде всего мужчина. До сих пор мужчина, причем довольно привлекательный. Так что, думаю, мы договоримся. — Она отключилась, я же спрятал телефон в карман, и посмотрел на беснующегося единорога.
— А ведь я действительно не знаю, кто из вас опасней, — покачав головой, я начал думать, как выйти из круга, который пока что довольно неплохо держит инфернальное создание, и не пострадать при этом.
— Мяу, — Паразит потянулся и спрыгнул со своей ветки ко мне.
— Почему ты не можешь телепортироваться? — спросил я кота и, закрыв глаза, попытался призвать семейный дар. — Ага, какой-то блок, причем, именно к перемещениям. Время, кстати, можно попробовать замедлить и просто сбежать. Наверное, безликие блок поставили, чтобы к нашей коняшке никто больше не присоединился, а то кажется какой-нибудь демон, изгоняй его потом.
Я прикинул расстояние до выхода из круга. В принципе, можно рискнуть.
— Мяу, — Паразит внимательно смотрел на меня.
— Я сейчас сильно ускорюсь, и побегу к выходу. Ты не сможешь так же. Поэтому я тебя на руках потащу, — сказал я коту. Схватил и сунул под мышку, потому что нужно ещё спуститься, прежде чем активировать уже приготовленное заклятье.
Дальше всё решалось за секунды. Время замерло, и я с котом на руках побежал к границе камней, словно прорываясь сквозь вязкое желе. Почему-то мне это давалось тяжелее обычного, хотя, ничего необычного здесь нет, пространство и время тесно связаны друг с другом и применять одно без другого — это я, кажется, достиг нового уровня во владении семейным даром. Вот что значит хорошая мотивация. А деньги всегда и во всех мирах являются одной из самых значимых мотиваций. Марго никогда не стала бы унижаться, если бы речь шла о незначительной сумме.
Выскочив, а точнее выпав за круг, я убрал дар, выпустил кота, и перевернулся на спину, глядя на довольно высокое небо.
И тут единорог жалобно заржал. Я приподнялся на локтях и посмотрел на него. Темная тварь стояла возле камня и время от времени издавала свой жалобнй стон.