Генри взглянул на Пола и почувствовал укол зависти. Семья Гитисов всегда была для него примером. Пол и его супруга Джоанна были дружны, всегда советовались друг с другом и поддерживали, как в свадебной клятве "в горе и в радости, в болезни и здравии". Что бы ни происходило в их жизнях они были опорой один другому, воспитали трёх чудесных детей. Он даже не помнил, чтобы они когда-либо серьёзно ссорились, разве что ворчали по мелочам. И когда Генри делал предложение Марте, он надеялся на такие же отношения, но довольно скоро понял, что так не выйдет. Он порой бесился и ругал себя за то, что обнадёжил жену, обрекая её на отношения, заведомо неудачные. Но четыре года назад он, как и она, был полон надежд.
— Сколько лет вы с Джоанной женаты? — спросил Генри.
Пол задумался.
— Кажется, девятнадцать. Да, в этом году девятнадцать. — улыбнулся он.
Генри сел рядом с ним на диван и заглянул Полу в глаза.
— Как так получилось, что вы всё ещё вместе? Я не знаю ни одной такой крепкой пары.
Пол усмехнулся, и его взгляд размылся, будто окунувшись в воспоминании.
— Я тебе ещё несколько лет назад говорил, что основа для счастливого брака — это любовь. Но одной её будет мало. Брак — это такая же работа как и всякая другая. И над ней должны трудиться оба. Мои родители учили меня, что, если что-то в доме ломалось, не спиши выкидывать на помойку. Если вещь можно починить, лучше так и сделать, и она прослужит тебе ещё много лет. А выбросишь — будешь делать так всегда, постоянно. Смекаешь, о чем я? — он с прищуром посмотрел на Генри, надеясь увидеть в его взгляде понимание.
— Да, — кивнув, ответил Генри. — Думаешь, нас можно починить?
— А та самая основа… она есть?
В этот раз Генри промолчал. Нет, он так и не полюбил Марту, и думал, что с её стороны чувства также остыли. Это было видно по её взгляду — он стал равнодушным. Она больше не льнула к нему, и вообще старалась лишний раз не прикасаться. Ему даже стало казаться, что жена завела роман на стороне. Домой она часто приходила в приподнятом настроении, а дома становилась холодной и серьёзной. Телефон, который она раньше бросала где попало, теперь не покидал её рук. И каждый раз, когда раздавался звук сообщения, она с такой надеждой смотрела на экран и порой улыбалась… совсем как ему когда-то.
Но Полу он не хотел говорить о своих подозрениях, чтобы не очернять понапрасну жену без каких-либо доказательств.
— Кажется, то, чего я так боюсь, рано или поздно, но станет неизбежным. По правде говоря, я хочу поговорить с Мартой уже давно, но что-то всегда останавливало, будто я надеялся, что всё само собой рассосётся. И перед тобой неплохо бы извиниться. Я ведь тебя разочаровал? — Генри посмотрел на Пола.
Гитис только хмыкнул. Войт не сомневался, что из-за того, что он обрёк Марту на несчастливый брак, друг его не жалует. Он поставил пустой стакан на журнальный столик и поднялся с кресла.
— Уходишь? — спросил Пол, удивлённо подняв бровь.
— Не хочу откладывать ни на миг. Надеюсь, ты меня не осуждаешь.
Пол привстал, чтобы попрощаться.
— Разве что самую малость, — проворчал он. — Но я надеюсь, что, как взрослые люди, вы разойдётесь мирно.
Он пожал руку Генри, прощаясь. Они уже не увидятся — утром Гитис улетал обратно в Штаты. Войт вышел из его номера в удрученном состоянии. Ноги еле несли его по коридору к лифтам. Он волновался, ведь, придя домой, если застанет Марту ещё не в постели, им предстоит важный разговор.
В просторном холле отеля было пустынно. Его шаги гулким эхом отдавались от мраморных стен. Он вышел к стойке регистрации, когда услышал, что его окликнули.
— Мистер Войт? — это была молоденькая миниатюрная брюнетка, одетая в форму отеля. На блестящем бейдже сверкнуло имя Лора. Она смущенно улыбалась, держа в руке телефон. — Простите, мистер Войт. Я ваша большая поклонница.
Она неуверенно подошла ближе, так что Генри увидел румянец на её щеках.
— Вы не против сделать со мной селфи? Нам вообще-то запрещено просить о таком наших постояльцев, но сейчас поздно, руководства нет на месте, и, уверяю вас, я не буду размещать фото где-то. Хотела бы оставить себе на память.
Генри никогда не отказывал своим поклонникам, но сейчас был не в том настроении, чтобы улыбаться на камеру. Но Лора смотрела на него с таким искренним восхищением, что он согласился.
— Я не ваш постоялец, так что можете выкладывать фото, где пожелаете, — улыбнулся он.
Глаза девушки радостно распахнулись. Она подбежала к нему, встав поближе. Войт приобнял её за плечи, а Лора направила на них камеру. И в тот миг на экране телефона Генри заметил высокую женскую фигуру, прошедшую за ними в сторону лифтов. Её каблучки звонко чеканили каждый шаг. Лица он не заметил, оно было склонено к телефону, и рыжие волосы, которые его прикрывали, блеснули в мягком свете люстры, привлекая его внимание. Что-то в этой фигуре показалось Генри знакомым. Походка, осанка или широкий шаг? Сердце пропустило удар.
Лора щебетала благодарности, но он уже не слышал её, в ушах стоял шум сердцебиения. Он обернулся, заметив как женщина завернула за угол в коридор. Не раздумывая он ринулся за ней.
"Не может быть! Это не она!"
Генри выбежал в коридор в тот момент, когда его мираж зашла в кабину лифта. Он должен был удостовериться, что это не она. Или подтвердить своё подозрение. Створки дверей уже закрывались, и, подбежав, он заметил лишь линию плеча и тонкие кисти рук, держащих телефон. Лишь в воздухе остался пудровый аромат духов.
Он застыл перед лифтом, пытаясь по крошечным деталям, которые заметил, припомнить, было ли что-то общее в этой женщине и той, которую он так безрезультатно искал. Он жал кнопку вызова, пытаясь остановить лифт и понимая, что это бесполезно. На экране над дверью отсчитывались этажи. 2, 3, 4. Генри ждал, не сменится ли цифра снова, но она оставалась неизменной. Четвёртый этаж. Отель большой, на каждом этаже по крайней мере полсотни номеров.
— Лора? — он выбежал в холл к стойке регистрации. Его поклонница была на посту. Она подняла голову, услышав своё имя, и удивлённо уставилась на него. — Та женщина, что прошла сейчас к лифтам. Вы заметили её? — девушка кивнула. — Она здесь живёт?
— Да, сэр. Это наша гостья, — голос Лоры вдруг стал напряженным. От былой застенчивости не осталось и следа.
— Мне показалось, что это моя знакомая. Можете сказать, в каком номере она остановилась?
— Сэр, покой наших гостей для нас в приоритете, — Лора чеканила слова как по учебнику. — Мы не можем распространять такую информацию.
Он с взглянул на неё, удивившись такому изменению в её поведении. Но тут же всё понял, когда заметил, как к ним подошёл мужчина в такой же форме — наверняка её менеджер.
— Какие-то проблемы, сэр? — мужчина выжидающе посмотрел на Генри. На лице Лоры Войт заметил выражение сожаления, когда она одними губами произнесла "простите".
— Нет, никаких проблем, — Генри кивнул и направился к выходу. Он не сомневался, что вопреки всем правилам девушка бы назвала ему номер комнаты, если бы рядом не ошивался менеджер. Но как теперь узнать? Он должен был убедиться, что ему только показалось. Что эта женщина не она. И пока он не удостовериться, не почувствует покоя. Внутри всё напряглось и дрожало от нетерпения.
Сейчас поздно. Та, которую он принял за Нику, должно быть, отправится в постель и не выйдет из отеля до утра. Что же, он будет караулить всю ночь у входа? К Полу вернуться он не мог. Пришлось бы объясняться, и его друг чего доброго послал бы его к чёрту, если бы узнал, что Генри до сих пор видит в каждой рыжеволосой женщине его "норвежскую тайну".
На улице нервная дрожь стала постепенно проходить. Генри оглянулся на здание, вглядываясь в окна, где горел свет, пытаясь понять, где может быть объект его внимания, хотя понимал, что ничего не разглядит из-за плотных штор. Он напрочь забыл, что ещё несколько минут назад собирался ехать домой и объясняться с Мартой. Его мысли теперь были захвачены только одним — он должен убедиться. Должен! Торчать на улице до утра он не мог, но и терять вход из виду не хотел.
"Ты сошёл с ума. Выпил, а теперь тебе мерещатся призраки", — Войт тряхнул головой, пытаясь избавиться от навязчивых мыслей, — "Это уже чистой воды сталкинг, и попахивает сумасбродством. Это не может быть Ника. Как бы ей здесь оказаться"? Хотя, по сути, что он мог знать о ней за последние пять лет? Как повернулась её жизнь за это время? Кто она теперь? С кем?
Генри заприметил открытый бар через дорогу. Он пересёк улицу и зашёл в темное помещение. Заказал крепкий кофе, чем немало удивил бармена, не привыкшего к таким заказам. Войт занял столик у окна, откуда открывался неплохой вид на вход отеля.
"Всего лишь несколько часов. Я удостоверюсь, что это не она, и со спокойной душой отправлюсь домой".
Борясь со сном, заказывая чашку за чашкой, он просидел в ожидании пару часов, иногда ненадолго погружаясь в забытье, но стараясь не упустить никого, кто выходил бы из здания через улицу.
В баре было тихо, к двум часам ночи немногочисленные посетители разошлись.
— Сэр, мы закрываемся, — бармен подошёл к его столику. Они были в зале одни. — Могу сделать для вас последний заказ. Может, на этот раз что покрепче? — молодой человек с искренней улыбкой смотрел на него сверху вниз.
Дружелюбный малый, подумал Генри. Будет просто договориться. Из кармана брюк он достал бумажник и, отсчитав несколько банкнот, протянул парню.
— Вот, составь мне компанию до утра.
Бармен раздумывал, уставившись на довольно приличную сумму в руке Генри.
— А! Какого чёрта! — парень махнул рукой. — Завтра не моя смена. И когда я ещё смогу выпить с Генри Войтом? — Он сунул в карман купюры, запер дверь и, взяв из-под прилавка бутылку бренди, подсел к Генри за столик. Войт отказался от крепкого, предпочтя пить кофе. Они разговорились. Сэм, так звали бармена, оказался приятным малым, много шутил и не лез в душу. Зато рассказал Генри много баек про своих посетителей, упомянув, что однажды даже разнимал драку с участием Мартина Фримена, выпивавшего у них в баре.