— Что это значит?
— Это значит, что полковник в виду одному ему известных причин, испытывает к мистеру Войту большую привязанность. И, если я правильно понимаю, пошёл вам навстречу исключительно по доброте своей души.
Последняя фраза была произнесена с явным сарказмом. Но Нику она развеселила. Свен, увидев на её лице улыбку, казалось, расслабился.
— Вы боялись, что мистер Войт впутался во что-то незаконное?
— Вы же знаете, что лежит в том конверте, — она произнесла это утвердительным тоном.
— Да, конечно, учитывая, что на мои плечи была возложена доставка этой… вещи. Но уверяю вас, единственное, что полковник может с него за это потребовать — это оставить автограф на память. И, может быть, составить ему компанию на футбольном матче.
С этими словами он развернулся и прошёл в ванную комнату, тихо прикрыв за собой дверь.
Ника раздумывала над сказанным Свеном. Сентиментальный гангстер? Опасный человек с добродушной привязанностью? Это было крайне интересно.
Она взяла телефон и набрала короткое смс.
"Долетели хорошо. Остановились на ночлег в отеле". И, подумав, добавила: "Скучаю".
Через полминуты раздался звонок. Убавив звук, она вышла в коридор и нажала кнопку вызова.
— Я тоже скучаю, — от его нежного голоса у Ники закружилась голова. — Почему не спишь?
— Слишком много мыслей.
— Где Марго?
— Я уложила её спать. Как там Мардж?
— С ней всё в порядке. Поживёт пока у Гарри, того инспектора. С ним безопасно. У них вроде как роман, представляешь?
Ника усмехнулась
— А что насчёт тех людей… ну, на дороге?
Она услышала тяжёлый вздох.
— Они живы, но в больнице под присмотром полиции. Как я и предположил, в машине было оружие, и его происхождение они объяснить не смогли. Их ждёт арест. Но, думаю, кое-кто уже знает о происшествии.
Ника почувствовала холодок внутри. Значит, если бы их нагнал тот внедорожник, дело могло бы окончиться плохо.
— У вас всё хорошо? Что-нибудь ещё нужно? — в его голосе послышалась озабоченность.
— Ты, — Ника закусила губу. И вновь ёкнуло внутри из-за невосполнимой тоски. — Я не знаю как вынесу это без тебя.
— Любимая… — голос Генри сорвался. — Я бы всё отдал…
Он с шумом вдохнул воздух, но дальше сил продолжить фразу не было. И это насторожило Нику.
— У тебя всё хорошо? Что-то произошло?
— Нет, родная. Всё по-прежнему. Прошу тебя, постарайся уснуть. Не хочу, чтобы ты себя чувствовала разбитой утром.
— Мне можешь помочь только ты. Я бы так хотела… просто чувствовать тебя рядом.
Ника взъерошила волосы, проведя рукой по затылку и дальше по шее, ощутив нервную дрожь. Точно такую же, которую она испытывала рядом с Генри.
— А ты представь, — его голос обволакивал и успокаивал, — представь, что я рядом, что обнимаю тебя, провожу пальцами по твоей коже…
Ника внезапно осознала, что он ей внушает.
— Ты одна? — с хрипотцой спросил он.
Девушка огляделась. Коридор был пуст, но не ровен час, кто-нибудь мог выйти из номера. Она увидела справа дверь с надписью "staff only" и толкнула её. Ей открылась небольшая комнатка, заполненная расходными материалами. Она юркнула внутрь не включая свет.
— Да, — прошептала она в трубку.
— Хорошо. Помнишь наш первый поцелуй? Ты была тогда напугана своими чувствами, дрожала, была такой хрупкой, словно тонкое стекло. Но с какой страстью ты ответила.
— Я помню…
— Ты вся горела и таяла в моих руках. Такая сладкая… такая нежная… — его дыхание стало тяжёлым.
Ника, закрыв глаза, вслушивалась в его голос. Он стал глубоким и проникновенным. Вновь переживания того вечера всколыхнули память. Даже если бы она хотела, не смогла бы забыть всё, что тогда произошло.
Между её ног разгорался пожар и сладко ныло. Ника расстегнула пуговицу на джинсах, просунула руку в трусики и ощутила как всё внутри намокло от одного только голоса Генри. Её дыхание участилось, пока она ласкала себя, обводя и надавливая на самую чувствительную точку.
— Ты лежала подо мной и содрогалась в экстазе, царапала мне спину и кричала. А я ласкал твою сладкую плоть… такую влажную и тёплую. Я присосался к твоей груди, к таким твёрдым соскам, что казалось ими можно пораниться. Ты помнишь? — теперь его голос дрожал.
— Я помню… помню как ты двигался во мне… помню твои сильные пальцы и как ты трахал меня ими, как я сжималась вокруг тебя. И как потом оседлала тебя, насаживая себя на твой твёрдый член. Раз за разом, глубоко… до самого конца.
Она ввела пальцы внутрь, представляя как бы это сделал Генри и начала двигать ими, терзая свою плоть. Её грудь стала более чувствительной, соски, прикасаясь к ткани одежды, раздражались и болели.
— Что ты со мной делаешь? — прохрипел он. Ника слышала бесстыдный звук на том конце и жар ударил ей в лицо.
— Я свожу тебя с ума! — она опустилась на колени. Ноги её дрожали и ослабли. Она с трудом держала трубку у уха, вслушиваясь в его прерывистое дыхание. — И сейчас я чувствую тебя внутри. Ты полностью меня заполняешь… каждый твой толчок, всю твою тяжесть. Твой язык, проникающий в мою влажную щель… и как трахаешь меня сзади, словно дикий зверь, схватив меня за волосы…
Образы смешались. Ника уже не помнила, что было прошлой ночью, а что пять лет назад. Для неё сейчас всё слилось в один сладкий и мучительный миг. Жар разгорался внизу. Пульс отдавался в клиторе, приближая оргазм. Она сжимала тесно ноги, усиливая давление, пальцы были влажными и легко скользили внутри.
— Прошу тебя… — простонал Генри.
— Я хочу кончить вместе с тобой, — с надрывом произнесла она. — Хочу, чтобы ты излился в меня… пожалуйста, Генри…
Она вскрикнула, испытав вспышку наслаждения. Невыносимая сладость разлилась от живота к ногам, сведя стопы в судороге. Её тело содрогалось и ослабло. Лбом она привалилась к стене не в силах больше держаться. Сквозь пелену сознания она слышала его глубокий стон, пробирающий до дрожи. Даже на таком расстоянии этот мужчина заставил чувствовать её всё так ярко, будто в этот миг был с ней рядом. Щёки горели, волосы щекотали лоб, а внутри всё ещё сжималось от спазмов.
Ника услышала тихий смех в трубке и ясно представила его улыбку и смеющиеся глаза.
— О Боже… — выдохнул Генри. — Ты полна сюрпризов, любимая. Мы никого не разбудили?
— Не бойся, рядом никого, — прошептала она.
— Я рядом… просто помни, что я рядом, Ника… моя любовь, моя жизнь, — ласково шептал он.
— Я знаю…
Незаметно пробраться в номер не получилось. Свен уже вышел из ванной и удивлённо обернулся на звук открывающейся двери.
— Я уже хотел идти искать… — он замер, не договорив фразу. Глупая улыбка застыла на лице Ники, лицо разрумянилось, а волосы были в лёгком беспорядке. Стюард знал, после чего обычно так выглядят женщины, хотя никогда не был с ними в постели. А сейчас девушка выглядела так, будто в коридоре у неё с кем-то был секс. К груди она прижимала телефон и, заметив его любопытный взгляд, опустила глаза и пробралась в ванную.
Свен усмехнулся ей вслед. Секс по телефону? Почему бы и нет?
Генри нехотя нажал кнопку отбоя, прощаясь с Никой. Он всё ещё не мог отдышаться от этой шалости по телефону. Сам не понял, как ему это пришло в голову. Просто после слов о том, что Ника хотела "чувствовать его рядом" он будто потерял голову. А какие слова она подобрала, чтобы его завести! Стоило только закрыть глаза и его воображение было не остановить. Можно было кончить от одного её голоса с придыханием и стонами, не нуждаясь в поддержке иллюзорных образов.
Хорошо, что сейчас он был один…
Он отчистил салфеткой пятно на брюках, но след всё равно был заметен. Увы, переодеться ему было не во что. И сейчас, сидя в номере одной паршивой гостиницы, он пожалел, что не захватил с собой вообще никаких вещей. Пришлось вспомнить времена, когда у него не было излишеств, и застирать брюки в раковине.
После звонка Алекса и его сообщения о том, что он упустил из виду Влада, он сунулся было домой, но вовремя заметил незнакомый внедорожник, припаркованный возле его дома и, проехав чуть дальше, притормозил во дворе Альфреда. Хорошо, что его прикрывала живая изгородь, росшая между их домами, и он прошёл к входной двери незамеченным.
Альфред был ему рад, но заметив на его лице тень, тут же стал серьёзней.
— Давно стоит серая Audi у моего дома? — Генри выглянул в окно, пытаясь разглядеть что-то за изгородью, но кусты закрывали весь обзор. Их улица была тихой и ближайшие соседи знали друг друга насколько это было возможно. В том числе и кто на каком автомобиле ездит. А этот он видел впервые. Войт знал, что его сосед дважды в день совершает променад, чтобы размять старые кости, и наверняка заприметил машину.
Альфред проследил за взглядом Генри и ответил:
— Заметил её вчера вечером. Папарацци снова докучают?
— Не уверен… Альфред, а как поживает наш соседский дозор? Я думаю, нужно сообщить о подозрительной машине.
Войт нутром чувствовал, что прав. Не удалось поймать их в Амберли, так сунулись к нему домой на случай, если он объявится. И мысль, кто мог их выследить, не давала ему покоя. Конечно, можно было узнать, какой недвижимостью он владеет и какую покупал. Но как Влад смог понять, где нужно искать Нику и с кем она?
Полиция приехала через пятнадцать минут. Альфред вышел их встретить и вскоре вернулся с озадаченным лицом.
— Ваша супруга дома, Генри? — спросил он с порога.
Войт нахмурился и отрицательно покачал головой.
— Она… мы разошлись. Она забрала свои вещи и съехала из дома.
— Хм, — старик понимающе закивал головой. — Тогда это любопытно. В той машине никого не оказалось, она пуста. А так как она стоит у вашего дома, они постучали к вам в дверь. И тогда я заметил одну странность. На втором этаже колыхнулась занавеска, но все окна у вас плотно закрыты. Вот я и подумал, что Марта может быть дома. Но, раз выговорите, что она здесь больше не живёт… Генри, что, если к вам пробрались воры?