Поэтому будет обязательно нападение на радиостанцию, с целью захвата неповреждённой, для обращения к украинскому народу. Нападения на тюрьмы, с целью освобождения арестованных националистов и деструктивного элемента. Обстрел будет вестись с крыш, окон, костёлов и монастырей. Имейте в виду, что в городе имеется сеть подземных ходов, весьма подходящая для отхода диверсантов и нападавших. Выступление, скорее всего, начнётся ещё до захвата немцами Львова, как только основная масса наших войск покинет город. Им ведь ещё надо всё захваченное вывезти, а немцы вряд ли позволят вывозить армейские склады. Для уменьшения наших потерь рекомендую создать устойчивые штурмовые группы, куда должен входить сапёр, автоматчик или пулемётчик и пять-шесть бойцов. Сапёр подрывает дверь в здание (квартиру), тут же туда бросается граната и автоматчик перечёркивает всё помещение очередью. Следом врываются бойцы. На коротких дистанциях удобней использовать пистолеты. С винтовкой, бывает, в квартирах не развернёшься. Сначала граната, потом добивание из стрелкового оружия. Лучше бросить лишнюю гранату, чем лишиться бойца. Улицы патрулировать на транспорте и бронетехнике. Стрелять, не раздумывая, на любое шевеление в окне. Население предупредить, чтоб на улицу не выходили. Любой появившийся — враг! Ввести комендантский час. С такого-то — по такое время, нахождение на улице запрещено. Документы проверять у всех, в том числе и у военнослужащих. В нашей форме могут действовать, как немцы, так и националисты. Принципиально важно задержать как можно больше националистов на подступах к городу. Наверняка все поедут сюда с оружием. Проникновение, как правило, звеньями в 3–5 человек. Поэтому — патрули на въезде, скрытые наблюдатели вне дорог. Выявление и уничтожение на подступах. Украинскими националистами планируются еврейские и польские погромы с большим количеством убитых с целью выдавливания из города лиц не украинской национальности и завладения их имуществом. Как таковой, этот город, с враждебным населением, Советскому Союзу не нужен. После войны его нужно полностью расселить. Рекомендую заминировать ряд зданий в городе, производственные предприятия. При занятии города немцами — взорвать. Некоторые участки улиц тоже можно заминировать, чтоб бандеровцы ночами шустро не бегали, да и немцам досталось. Теперь вопрос с тюрьмами. Просмотреть контингент, женщин, детей, случайных, взятых на мелочёвке — выпустить. Осужденных судом, надо расстрелять немедленно. При наличии транспорта подследственных вывозить. Оставлять их здесь нельзя. Советская власть получит две с половиной тысячи ярых врагов. При отсутствии транспорта, всё равно вывозить, но недалеко, в подходящем скрытом месте расстрелять и обязательно похоронить. Набивать в вагон, сколько влезет стоя. Запустить слух, что вывозят в Сибирь. Лучше бы они, конечно, руду или торф для страны добывали, но тут уж как сложится. Лично я предпочитаю отправить в тыл семьи военнослужащих, чем ярых врагов нашего народа. С бытовиками вопрос решайте сами, но считаю, что убийц, насильников, бандитов тоже надо ставить к стенке. Мелких воров оставьте немцам. Пусть у них воруют потихоньку. Немцы их сами потом расстреляют. Вот вроде всё по этому вопросу. Что-то ещё желаете спросить?
— Да! Когда падёт Львовы, если начнётся война? Сколько времени мы имеем на проведение мероприятий?
— На этот вопрос ответа не знает никто. Всё зависит от нас, русских людей, защищающих свою страну. Несомненно, Львов, с его узкими улочками, мощными каменными зданиями удобен для обороны. Здесь можно было создать мощную цитадель и обороняться несколько месяцев. Это крупный транспортный узел и его грешно дарить немцам. Но есть одно большое НО. Население составляют более шестидесяти процентов поляки, двадцать два процента — украинцы. Вера католическая или униатская. Население нам враждебно. Даже немцев горожане будут встречать хлебом — солью. Поэтому упорно оборонять этот город не стоит, тем более перед войсками стоит абсолютно другая задача — не оборонять никому не нужный Львов, а нанести германской армии поражение в приграничном сражении. Но в любом случае, после начала войны неделя времени у вас будет. Вывозите, всё что сможете. Война будет долгой и любые спасённые материальные ценности, промышленные предприятия, а главное люди, станут серьезным подспорьем в нашей победе. Будут бомбёжки, будут нападения бандеровцев. К этому надо готовиться, чтобы понести как можно меньшие потери. Что-то ещё хотите спросить?
— Как нам можно связаться с вами, товарищ Хранитель, если срочно потребуется?
— Вы, товарищ Поршнев, должны очень сильно захотеть со мной переговорить и мысленно прокричать фразу: "Глеб, это я, Поршнёв, помоги!". Если я буду достаточно близко, то войду с вами в связь. Если уж за пятьдесят километров, то тогда извиняйте, связи не будет. Не услышу!
— Спасибо, товарищ Хранитель, я понял! — сказал капитан поднимаясь. Командиры направились на выход.
Глеб ещё успел услышать фразу Лизина: — Как договаривались! Распечатаете со скорописи, один экземпляр информации мне! Второй Командарму!
Поршнёв согласно кивнул, обдумывая в чьи адреса слать шифровки.
Глава 17
В шестнадцать часов комбата Михайлова вызвал начальник штаба.
— Мне связист Найдёнов доложил о твоей антенне для раций. Начальник связи, как увидел схему, подпрыгивал полчаса от счастья. Сейчас делают три экземпляра, как проверят, если будет результат, одну вам отдадут. Я, конечно, понимаю, что к этой антенне ты не имеешь никакого отношения, поэтому хочу спросить не тебя, а Глеба: Что-то еще полезное и нужное для управления войсками вы, Хранитель можете предложить?
— Могу, — сказал Глеб, на секунду задумавшись. — Вы знаете, что рабочие частоты у нас и немцев для радиостанций различные?
— Да, знаю, но особо этому значения не придавал.
— У немцев есть подразделения радиоразведки, специально слушающие противника. И оперативно доводящие информацию о всех выявленных перемещениях наших войск. К примеру, идет танковый полк на марше. Танкисты беспрерывно что-то докладывают, доводят распоряжения, то есть вступают в переговоры. Тоже самое, делают лётчики, у кого есть рации. Эти переговоры записываются, переводятся с русского на немецкий и докладываются начальству. Всё это весьма оперативно. То есть, они нас подслушивают, и знают наши распоряжения, не прикрытые специальным шифром. Могут примерно определить район сосредоточения войск по интенсивности радиосообщений. Это не так сложно технически, требуется две разнесённые радиостанции, которые определяют пеленг. Точка пересечения даст искомый квадрат. Против этого выработаны приемы, первый из них — радиомолчание. Второй — координатное запутывание противника, третий — передача сообщений короткими кодами. Для радиомолчания нужна только команда. Рации включаются на приём, в эфир выходит только командир. Поэтому нельзя определить по интенсивности переговоров количество войск. Выдала одинокая рация какое-то распоряжение и опять молчит. А что там за этой рацией, танк, полк, дивизия — неизвестно. Для координатного запутывания противника используются карты, подготовленные штабом. Надо иметь в виду, что русские топографические карты у немцев есть. По бокам любой карты имеется оцифровка квадратов. Командирам выдаётся бумажка, и они карандашом наносят новую оцифровку, предложенную штабом, на свои карты. Она может быть как цифровая, так и цифробуквенная. То, есть, это будет уже не квадрат к примеру 56–32, улитка 3, а 2Б- 8А, у-3. Передача этого квадрата в радиосетях ничего немцам не скажет. Наиболее хорошо скрывает от противника действия войск передача кодовых сообщений. У каждого радиста сигнально-кодовая таблица, простейшая, написанная от руки и выданная на сегодня, или на неделю штабом. А там написано: 1234 — начать движение, 2233 — стоп, 5555 — вижу противника, 4567 — сломался, двигаться не могу, 3232 — закончилось топливо, 3545 — нет снарядов, 1111 — танк подбит, 6666 — веду бой, 1991 — прошу помощи, 2244 — внимание. Ну и так далее, десятка два команд или сообщений. Во-первых, при этом очень сокращается время нахождения радиста в эфире, во-вторых, сходу понять такое сообщение немцам не удастся. Поменяли цифры на бумажке — уже новая сигнальная таблица. Весьма удобно, радисты быстро привыкают. Отбарабанил в эфир четыре цифры и всё. Можно и на три цифры сделать. У каждого батальона может быть своя таблица, для внутреннего употребления. Можно и адреса передавать, вместе с сообщением, например: 2315 5555, означает: 2-й полк, третий батальон, первая рота, пятый танк вижу противника, 0020 5555 — командир второй роты вижу противника.
— Мне понятно, — сказал начальник штаба. Этими нововведениями мы улучшаем скрытность и оперативность управления, скрытность манёвра войск. А что-то ещё?
— Посадите бойца, знающего немецкий язык, к связистам. Вы получите свою радио разведку. Немецкие радисты любят поболтать в эфире, сообщения пока не шифруют. Потом, вы должны чётко представлять одну вещь. Немцы — люди порядка. Ни одному командиру не придёт в голову мысль совершать ночью марш. Ночью положено спать. Этим можно пользоваться, опережая в манёврах. Боевые действия ведутся после приёма пищи. Сначала, к примеру, завтрак, а потом война. Противоположные деяния возможны только по приказу. Немецкие солдаты отдохнувшие, сытые и довольные жизнью. У них всё регламентировано и расписано. Офицеров у них гораздо меньше чем у нас. Для солдата главный бог — фельдфебель. На низовом командном звене держится вся дисциплина, обучение и маневрирование на поле боя. Отделение группируется вокруг пулемёта. Убейте офицера и немецкий взвод как наступал, так и будет наступать. Убейте фельдфебеля и взвод дрогнет. А если к нему добавите офицера и пару пулемётчиков, то взвод если не побежит, то наступать уже не будет. В целом германская армия — это хорошо обученная, управляемая машина с прекрасным взаимодействием всех родов войск. Теперь по маршу в ночное время. Это сложный вид марша, и не ошибусь, если дивизия совершает его впервые. Тем более с выводом тыловых подразделений. Любой марш начинается с подготовки техники и личного состава. Техника должна быть обслужена, заправлена, загружена. Водителям рекомендуется дать отдых, вечером, хотя бы два часа, чтоб не уснули за рулём, что часто бывает. Для командиров подразделений могут быть составлены кроки маршрута. Основная ваша задача будет не совершить марш, а замаскироваться до рассвета, чтобы вас не обнаружила вражес