Снял трубку телефонного аппарата, подергал рычаг и попросил кого-то на другом конце провода соединить его с полицией. Затем у абстрактной полиции потребовал конкретного инспектора Крейга.
– Это Грин. У меня тут мисс Аштон и милорд Райхон. Будет неплохо, если и вы присоединитесь.
И положил трубку, ничего не объясняя. Не телефонный разговор.
– Почему вы здесь? – спохватилась я. – Почему не с милордом Райхоном? Ему нужна помощь!
– Ему ее оказывают, – уверил Грин. – Доктор Розен – хороший специалист, а травма милорда Райхона как раз по его профилю. Но я могу сходить и узнать, как у него дела. Вы побудете одна? Или позвать кого-нибудь из сестер?
– Зачем? Не я же пострадала!
Кажется, у доктора были возражения на этот счет, но он их не озвучил. Ушел, а я продолжила изучать пятно-карту.
Отсутствовал Грин недолго. Вернувшись, уселся за стол, заглянул в пустую чашку, неизвестно сколько простоявшую рядом с чернильницей, и тяжело вздохнул.
– Что с милордом Райхоном? – спросила я.
– Скажите сами, – предложил доктор, словно речь шла о какой-то игре. – Представьте себе: летит по небу корабль, и вдруг с этого корабля выпадает девушка. Вслед за девушкой прыгает отважный герой. Реакция у героев обычно хорошая, поэтому прыгнул он сразу же, а с планом действий определялся уже в полете. Настроился на девушку и попытался проложить к ней портал. Открыть проход из одной движущейся точки к другой – дело непростое, но герой справился. Поймал девушку, и на этом, видимо, мозги у него отключились. Вместо того чтобы настроиться на одну из знакомых стационарных точек, герой прокладывает портал на лужайку, которую краем глаза заметил в полете. Воронка выхода получается нестабильной, еще и зависает на некотором расстоянии от земли, в связи с чем герой не выходит, а выпадает из портала со спасенной девушкой на руках. Не спрыгивает, а падает на ноги. Какую травму он при этом получает? Думайте, Бет. Могу подсказать, что с ногами у него все в порядке.
– Позвоночник? Компрессионный перелом?
– Ну вот, – Грин с ухмылкой потер ладони. – А вы боялись, что вам незаслуженно засчитали экзамены. Компрессионный перелом поясничного отдела позвоночника. Неосложненный. Костных обломков не выявлено, спинной мозг не задет, хирургическое вмешательство не требуется. Доктор Розен – отличный специалист, а милорд Райхон в состоянии оплатить скоростное восстановление. К вечеру встанет, хоть я и не советовал бы.
– Откуда вы знаете, как все было?
– От самого героя, конечно же. Только сам себя он так не называл. Скромничал.
– В ваших устах это тоже не комплимент, – заметила я, чувствуя, как на смену запоздалому страху и нервной заторможенности приходят раздражение и обида.
– Не комплимент, – согласился Грин. – Недолюбливаю я героев. Хлопот от них много. Времени требуют, силы тянут, койки в лечебнице занимают.
– Предпочли бы, чтобы я разбилась?
– Предпочел бы, чтобы Райхон лучше следил за вами на корабле и не позволил сбросить вас за борт, – жестко отчеканил целитель. – Вы же понимаете, что не случайно выпали? Случайно перила из элсарского дуба не ломаются. И ветра на палубы «Крылатого» не задувают.
– Я знаю! Целую лекцию об этом выслушала! И не орите на меня!
Вообще-то он не орал, лишь немного повысил голос. А вот я орала, да. Потому что нервы у меня не железные. Меня пожалеть нужно, а не экзамены на профпригодность устраивать. И не обзывать спасшего меня человека почем зря героем!
– Вы бы за мной, небось, не прыгнули! – закончила с обидой.
Что ему стоило сказать, что прыгнул бы? Я бы сразу успокоилась. Приятно же, когда ради тебя на все готовы, хотя бы на словах.
Но от Грина приятностей не дождешься.
– Не прыгнул бы, – подтвердил он спокойно.
– Нет?! – взвилась я. Подлетела к столу, схватила пустую чашку, размахнулась, но в последний момент передумала, и чашка разбилась не об голову доктора, а об стену за его спиной. – Нет? И что бы вы делали? Смотрели бы, как я в пропасть лечу? Ручкой вслед махали бы? Да вы… вы…
Хотелось ударить его, и он дал мне такую возможность. Подошел вплотную, но злости хватило лишь стукнуть несколько раз кулаком по его груди, а потом самой в эту грудь уткнуться и разреветься.
Зато теперь меня пожалели. Обняли, слезы вытерли. Сказали: так и надо и что-то там позади. Я хотела спросить, что тогда впереди, но мне ткнули пальцем в лоб и пообещали, что больно не будет, потому что это всего лишь второй уровень…
– Я телекинетик, Бет, – донеслось издалека. – Мне не пришлось бы прыгать.
Зеленый луг. Солнце. Запах трав и теплой земли. Это куда лучше серых песков. Особенно когда в лоб ласково тычется мордой мое звездноокое чудо.
Если бы тут был еще и Мэйтин, я бы попросила его провести меня в терминал, чтобы оттуда открыть дверь и посмотреть, что происходит, пока я сплю. Но можно обойтись и без божьей помощи. Кажется, я догадалась, как это работает.
Я зажмурилась и представила себя в темноте терминала. Не до конца уверенная, что из этого что-нибудь выйдет, вытянула вперед руки, наткнулась на что-то и толкнула. Единорог одобрительно фыркнул.
Получилось?
Получилось! Дверь открылась прямо посреди луга, и вела она в кабинет Грина, где доктор, вооружившись веником и совком, пытался собрать осколки разбитой мною чашки.
За этим занятием его и застал Крейг.
– Снова посуду бьешь?
– Не поверите, случайно уронил, – лучезарно улыбнулся Грин.
– Не поверю, – проворчал инспектор, устраиваясь на стуле.
– Вы долго. Успели побывать у Райхона?
– Успел, ясно дело. Тут медлить нельзя. Девицу куда дел?
– Она спит.
– Где спит? – требовательно уточнил инспектор.
– Там, – доктор кивнул на дверь мини-лаборатории.
И как это понимать? Почему там? Мыши к мышам, что ли?
Инспектора тоже интересовал этот вопрос.
– В палату далеко тащить было, – объяснил Грин.
– А я уж подумал, лично ее стеречь решил, – хмыкнул старик.
– С чего бы? Охранников у мисс Аштон хватает. По пятам за ней ходят, даже полетать не дадут.
Единорог над ухом заржал, а мне смешно не было. К демонам такие полеты!
– Как она вообще? – спросил Крейг.
– Для человека, который едва не погиб, – отлично.
– Да уж, – полицейский вздохнул. – Не углядели. Хорошо, что Олли не сплоховал. А сейчас твоя помощь нужна. «Крылатый» вот-вот причалит, хочу, чтобы ты со мной пошел. Поглядим, что там.
– Видящему нужна помощь, чтобы что-то рассмотреть? – не поверил Грин.
И я бы не поверила.
А инспектор, выходит, видящий. Я могла бы и раньше догадаться: Оливер ведь говорил, что если кто-то и разглядит остаточный след заклинаний, то это Крейг.
– Не рассмотреть, – сказал старик. – С эльфами контакт наладить. Кораблик их, всякого не пустят. А у тебя с послом другие счеты, вот и…
– Хорошо, – не дослушав, согласился целитель.
– Если бы, – вздохнул полицейский. – Судя по тому, что Олли рассказал, хорошего мало. Нам-то понятно, кого убрать хотели, а вот что эльфы увидели… Если увидели, конечно. Тогда да, хорошо было бы. И библиотекаря они нам уже скрученного выдали бы. Только нет у меня на то надежды. Библиотекарь – мастак следы путать, а на «Крылатом» такой фон от артефактов, что любое эхо враз забьет. Да и если бы эльфы кого поймали, уже б нашли способ связаться. А они корабль разворачивают, к причалу заходят… Если не поняли, кто и что там плел, могут ведь и в покушении на посла обвинить, да?
– Вряд ли, – пожал плечами Грин. – Но академия может поспешить и предъявить претензии лорду Эрентвиллю, не обеспечившему должную безопасность гостей. Лучшая защита – нападение.
– Международный скандал хочешь? Защитник! Нам это дело по-тихому решить надо. Да и вообще лишнее оно, панику сеять. Если не поймем, кто мисс нашу столкнул, то и не надо всем знать, как оно на деле было. Что упала – видели, а почему… Может, заклинание какое сплела, не подумавши, и корабельную защиту ненароком пробила.
Что?! Меня чуть не убили, а скажут, что сама виновата? Может, и счет выпишут за нанесенный эльфийскому имуществу ущерб?
– Что? – не меньше моего возмутился Грин.
– То! – рявкнул на него инспектор. – И глазищами не сверкай. Сверкал уже один, малефик, между прочим. Не берет меня такое. А вы бы думали вперед оба. Вот растрезвонят сейчас, что нашу мисс пытались к праотцам спровадить, а вечерком, самое позднее завтра с утра, прибудет по портальной ветке ее батюшка. Шум, может, и не поднимет – Арчи Аштон не дурак, поймет, чем оно чревато, – но дочурку увезет. А без нее об этом деле можно забывать, не дожидаясь, пока оно само забудется. Понимаешь?
– Угу, – скривился Грин. – Сначала сделали из Элизабет приманку для убийцы, дважды позволили ему к ней подобраться, чудом в последний момент спасли, довели девушку до нервного срыва, а теперь выставим ее идиоткой перед всей академией?
М-да… Нерадостная картина вырисовывается.
– Эд, ты меня знаешь, – проговорил Крейг устало. – Я сам такие игры не люблю. Да и это так пока, предложение. Неизвестно, примут ли его эльфы и что мисс наша скажет. Захочет домой – удерживать не стану. Но если согласится остаться, то лучше сделать, как я говорю. Родителей опять же не волновать.
– Артефакт, – глядя не на Крейга, а в сторону, сказал целитель. – Если она согласится – не ошибка в заклинании, а артефакт со скрытыми свойствами. Купила или кто-то подарил, а вещь оказалась несовместима с магией эльфов. Браслет или кольцо – что-то, чем она могла коснуться перил, чтобы защита разрушилась вместе с деревом.
Мы с единорогом переглянулись и единогласно решили, что такое объяснение лучше, чем предложенный Крейгом вариант «Элси – дура».
Инспектору было все равно.
Он побурчал еще немного, посмотрел на часы и велел Грину собираться. Вышел, а целитель, словно спешить ему некуда, вернулся к сбору осколков. Смел, выбросил в корзину и направился в смежную комнату, где, как он сказал, спала я. Пробыл там не дольше минуты, а возвратившись в кабинет, остановился перед столом, и я увидела растянувшиеся во все стороны нити охранной паутинки. А может, почудилось. Не исключено, что и разговор Грина с инспектором мне приснился…