Я говорила, а у самой уже сердце практически разрывалось. Он был прав. Конечно, он был прав. В который раз за один вечер у меня над головой вспыхнула надпись: «Отвратительная мать».
Шесть лет назад
Мы ещё лежали в кровати, когда Олегу позвонили.
— Не отвечай — улыбнулась я, и ласково уткнулась ему в плечо.
Но он, абсолютно проигнорировав мою просьбу, сел на кровати, встал, и пошёл к своим штанам, в кармане которых был телефон.
— Да? — он говорил, отвернувшись к окну. На улице и в нашем номере было темно, и я наслаждалась очертанием его тела, освещенного только светом уличных фонарей и луны. Я даже не могла поверить в то, что только что произошло. Я стала женщиной. — Никуда её не выпускай, я сейчас приеду.
Олег завершил вызов, и повернулся ко мне.
— Прости, малышка. Мне нужно будет сейчас уехать по делам. — В груди всё ещё неприятно колола фраза про то, что он просил не отпускать какую-то девушку. Неужели он, ради встречи с кем-то, готов был сейчас уехать после того, как я подарила ему свою первую ночь?
— Если ты сейчас уедешь, то больше можешь мне не звонить. — Я села, и обиженно отвернулась в другую сторону.
Почувствовав поцелуй в плечо, нехотя откинула голову в сторону Олега.
— Давай так, я не могу не поехать, но ты поедешь сейчас со мной. Посидишь в машине, и пообещаешь мне никуда не выходить. А когда я закончу, мы вернемся сюда обратно. Идёт? — я кивнула. Похоже, это был единственный вариант развития событий.
Через полчаса мы подъехали к какому-то полуразрушенному зданию.
— Тут же заброшка, мы точно сюда? — оглядываясь, спросила я Олега.
— Так, зайка. Не забывай, сидишь в машине и не выходишь. Договорились? — Он даже не потрудился ответить на вопрос, но было и так понятно, что мы приехали туда, куда нужно.
Олег вышел из машины, а я осталась сидеть, вглядываясь в темноту, и вспоминая наш прошедший вечер.
Просидев минут двадцать, я уже откровенно заскучала. Я думала, что он решит свои вопросы быстро, но, похоже, мероприятие затягивалось.
А почему я вообще должна была сидеть и ждать его, не выходя? Я же не ребёнок. Повинуясь внутреннему протесту, я вышла из автомобиля, и огляделась, словно воришка, который боялся быть обнаруженным.
В заброшенном здании, куда ушел Олег, раздавались голоса и звуки, и я, почему-то крадясь, пошла в их направлении.
Пригнувшись, я залезла внутрь, и нашла помещение, откуда доносились голоса. Повинуясь внутреннему голосу, я заглянула туда.
Олег, и ещё двое его друзей, стояли ко мне спиной, а напротив них на стуле сидела девушка со связанными руками.
Что здесь происходит?
Одновременно с моим мысленным вопросом раздался шлепок от того, что Олег отвесил девушке сильную пощёчину. Я вся сжалась. Как он мог?
— Су*а, я ещё раз тебя спрашиваю. Где он? — девушка плакала, и отрицательно качала головой. Её рот был закрыт какими-то грязными тряпками.
— У меня нет времени на долгие разговоры — сказал Олег, и я с ужасом наблюдала, как из кармана он достал пистолет, и направил его прямо в лицо незнакомке.
В этот момент её глаза вдруг встретились с моими.
24 глава
Я стояла напротив Дмитрия Романовича в тёмном дворе. Рука уже отпустила локоть, за который я его держала, и безвольно повисла вдоль туловища. Я прекрасно понимала, что это конец моей попытки на счастливую жизнь. Наверное, я просто для этого не создана. Моей судьбой было перебиваться на мелких работёнках, пытаясь заработать на жизнь себе и своей дочери.
Света во дворе почти не было, горел лишь один фонарь из четырёх. И только сейчас, когда влага от лужи, в которой я стояла, добралась холодом и сыростью до моих ног, я поняла, что выбежала из квартиры в домашних тапочках.
— Простите, Дмитрий Романович. — Я развернулась и хлюпая мокрыми тапками пошла обратно к подъезду.
— Вероника Юрьевна! — Услышала я в спину, и резко обернулась, словно только и ждала, что меня окликнут. — Можно вызвать такси с вашего телефона? Я отпустил Геру, а мой разрядился.
Плечи вновь опустились. Ну конечно, и на что я рассчитывала?
— Да, конечно. Держите.
Я подошла к начальнику и протянула ему свой телефон. Он с удивлением уставился на мой кнопочный гаджет, но потом всё же взял его в руки.
— Я уже и забыл, что такие бывают — пробормотал он себе под нос, а потом набрал какой-то номер. — Здравствуйте. Можно машину на Новокузнецкую двадцать шесть?
Пока он заказывал такси, я, воспользовавшись возможностью, вглядывалась в его лицо. Скорей всего это был последний раз, когда мне представлялся такой шанс. Сейчас почему-то я очень чётко видела то же самое, что увидела Маша при их первой встрече. На его лице не было злобы, он действительно будто был грустный.
Зачем он приезжал? Я ведь так и не выяснила. А сейчас уже, наверное, и не узнаю.
— Держите, спасибо. — Он вернул мне телефон, смотря куда-то вниз. — Вы что, выбежали в одних тапочках? Вы же заболеете! И с кем осталась ваша дочь? — Моментально он превратился в уже знакомого мне цербера.
— Маша с соседкой, а за моё здоровье не волнуйтесь.
— Вероника Юрьевна, если вы заболеете, я не стану работать бок о бок с кем-то, распространяющим бациллы! Больничный будете брать за свой счёт! — строго отчеканил он.
А я в шоке замерла. В смысле, брать больничный?
— Погодите, вы меня не увольняете? — Непроизвольно я схватила его за руку, а он снова, как тогда в кино, словно завороженный уставился на наши ладони.
— Нет. Если бы я вас уволил, я бы сказал об этом прямым текстом. Вы услышали что-то подобное?
— Спасибо! — Я сама не поняла, как это случилось, но я подскочила к нему вплотную, и обняла за плечи, так, что он оказался в ловушке моих рук. — Спасибо, вам, Дмитрий Романович! Я обещаю, что не подведу вас.
Босс замер, а после я почувствовала, как его руки тоже легли мне на спину, и слега сжали.
Жар моментально начал расползаться по всему моему телу от близости с ним, и я отпрянула, заливаясь румянцем.
— Ну, я тогда пойду?
— Идите, Вероника Юрьевна. Идите, от греха подальше….
Дмитрий
Пока ехал в такси, начала нарастать головная боль.
Этим вечером я не хило «принял на грудь», запершись у себя в кабинете. Всё гонял в голове прошедшие события, мысли о том, как этот китаец посмел глазеть на мою Веронику, да ещё и отпускать грязные комментарии.
Когда этот ботан, которого где-то откопала Ника рассказал мне, что случилось, я думал, что собственноручно тут же придушу этого кретина, который распустил не только язык, но и руки. Всё правильно она сделала, когда вылила на него этот кофе. Только надо было опрокинуть не чашку, а целый чайник.
Не знаю, как я сдержался и не пустился в драку. Всё было словно в красном тумане. Помнил, как кричал что-то про то, что никогда наша фирма не будет сотрудничать с ними, а самого просто колотило изнутри от ярости.
Я презирал мужчин, которые относились к женщинам подобным образом, словно к товару. Да и я был тоже хорош. Не разобравшись в ситуации, просто выставил её из переговорной.
Злость на себя топилась в виски лучше всего. И, прикончив почти полбутылки, в голове появилась «гениальная» мысль поехать к Веронике и извиниться. Заехал по пути в цветочный, купил букет, и, подъехав к её дому отпустил Геру.
Зачем отпустил водителя? Мне бы сейчас знать. Похоже, мой пьяный мозг работал ничуть не лучше, чем у этого китайца. А когда она открыла дверь, вся такая домашняя, уютная, крышу снесло окончательно.
Я смотрел на неё, и не мог оторвать глаз. Физически не мог. Пока не услышал детское «Мама, я хочу пить!».
Зараза. Меня словно к земле пригвоздило. Я смотрел на неё и девочку рядом с ней, а видел свою жену и сына.
Сразу понял, что нужно бежать, иначе сейчас меня от давления в сердце разорвёт нафиг всего.
Шёл, пока не успокоился, и не понял, что телефон сел, Геры рядом нет, и как-то надо добираться домой. Пришлось вернуться.
А она, в этих своих смешных тапках, всех сырых из-за луж! Ну зачем она так со мной? Зачем?
Надо было её уволить. Мне не нужен был этот геморрой с секретаршей, у которой есть ребёнок. У меня же было правило, и оно работало. Так почему я в этот раз пошёл на попятную?
Я знал ответ, но не хотел в этом признаваться даже самому себе.
25 глава
Вернувшись домой, первое, что я увидела — были цветы, которые я оставила на тумбе у двери. Красивый букет алых роз выглядел шикарно. Подобных мне никогда не дарили.
Оставив на потом желание подрезать все розы и поставить в красивую вазу, чтобы любоваться ими, я первым делом пошла за дочерью. Перед дверью соседки даже немного затормозила.
Я была взрослой девушкой, но мне было стыдно перед ней. Света, пожалуй, лучше всего знала о том, как я живу, потому что очень часто меня выручала по разным поводам.
Дочь надо было забирать домой, так что я собралась с духом, и постучалась, на этот раз благоразумно избежав звонка в дверь.
— Могла бы уже не церемониться, всё равно всех разбудила — недовольно проворчала Света, раскрывая шире дверь. — Заходи, чего встала, как не родная? Маша ещё чай пьёт. Капуша такая, вся в тебя.
Несмотря на ворчание подруги, я улыбалась. Меня не уволили с работы, теперь не придётся на работе скрывать, что у меня есть дочь, кажется, жизнь налаживалась.
— Свет, спасибо тебе большое. Ты даже не представляешь, как меня выручила.
— Да ладно. — Махнула она на меня, хотя ещё десять минут назад метала гром и молнии, потому что я подкинула ей Машу, и звонком разбудила Матвея. — Знаешь, я сегодня с Никитой виделась.
Никита был отцом Матвея. Света была с ним в разводе, они развелись, когда Матвею было два года. Но он был неплохим отцом и человеком в целом. Достаточно часто забирал сына к себе, приезжал сам, подарки привозил, про праздники никогда не забывал.