Найдя чайник, я поставила его нагреваться, параллельно из найденных ингредиентов сооружая себе сэндвич.
— Сделайте и мне тоже — послышалось откуда-то из угла, и от неожиданности я выронила нож из рук.
Выругавшись про себя, я всмотрелась в темный угол, обнаружив там фигуру своего босса.
— Вы чего тут прячетесь? — я подняла нож с пола, и три раза постучала по столешнице.
— Что вы делаете? — спросил Дмитрий Романович, кивнув на стол.
— Вы про бутерброд?
— Нет, зачем постучали по столу?
— Случайно, по инерции вышло. Примета такая есть, если столовый предмет падает, значит кто-то придет. Нож — мужчина, вилка или ложка — женщина. Вот, есть такое суеверие, что если три раза по деревянному постучать чему-то, то как бы отменяет визит.
Пока я всё это говорила, поняла, как глупо, наверное, звучала со стороны. Но Дмитрий Романович слушал меня внимательно.
В последующем молчании, я доделала нам бутерброды, даже смогла налить две кружки чая.
— М-м-м, божественно — прокомментировал босс мои кулинарные способности, откусив небольшой кусок бутерброда. Я только в этот момент поняла, что вообще не видела, чтобы он сегодня что-нибудь ел.
— Может, вам ещё сделать? — несмело предложила я.
— Не откажусь. Оказывается, я был голоден, как волк. Все эти закусочки, брускетки и тому подобное — не для меня. Люблю основательную пищу.
— Я думала, вы поэтому и прятались на кухне, потому что поесть хотели раздобыть. Я во всяком случае именно за этим сюда пришла.
— Да нет, просто захотелось побыть одному, и немного обдумать кое-какие вопросы.
В темноте все чувства обострялись. Когда я сделала второй бутерброд, и села рядом с боссом, я прямо ощущала жар, идущий от его тела. Как его бедро почти касалось моего, пока мы сидели. И даже будто могла слышать, как он о чём-то думал.
— Можно уточнить, какой у нас завтра план на день?
— А что? — спросил босс, и я услышала недовольные нотки в его голосе. — Ах, да, у вас, кажется, были какие-то планы с Александром…. Ну, смею вас расстроить, завтра весь день вы будете заняты.
— Да? А чем? — не могла сказать, что сильно расстроилась из-за того, что у меня не получится встретиться с Александром. Наверное, отсутствие эмоций тоже было знаком, что не так-то уж он мне и понравился.
— Поедем на одну фабрику здесь, в городе. Я хотел посмотреть, как тут всё работает. Владельцы собираются продавать бизнес, и предложили мне.
— Ясно. Хорошо. А мы можем взять Машу с собой? Мне бы не хотелось оставлять её в чужом доме на весь день.
— Думаю, никаких проблем не возникнет. И это не чужой дом, а дом моих родителей.
— Ну для меня они всё же чужие, простите. Да и семью вашего брата больше нагружать не хочется, они и так взяли шефство над всеми детьми сегодняшнего вечера.
Дмитрий Романович помолчал, задумчиво глядя сначала куда-то в сторону, а потом перевёл свой взгляд на меня.
— Вам очень идёт это платье, простите, что сначала вас отругал.
— Если честно, я не совсем поняла, почему вы вспылили.
— Просто, это старое платье моей жены. — А вот сейчас настало время для меня пребывать в шоке. Зачем мама Дмитрия Романовича дала мне платье его супруги? Специально? Она хотела тем самым что-то сказать Дмитрию?
— Простите, я не знала.
— Не извиняйтесь, я всё понимаю, это не ваша вина. Мама порой бывает слишком настойчива в некоторых вопросах, но тут уже ничего не поделаешь.
Босс встал, и выудил из холодильника целую бутылку шампанского, а потом прихватил ещё и два хрустальных резных фужера на тонкой ножке.
— Вероника Юрьевна, а вы знаете, что в этом доме есть выход на крышу, и что с него открывается ну просто фантастический вид? Не хотите подняться туда со мной?
41 глава
Вокруг было темно, шеф смотрел на меня с каким-то необычным влажным блеском в глазах, на улице играла музыка, словом, нас окружала романтика.
Моё сердце забилось чуть быстрее при мысли о том, чтобы оказаться с боссом вдвоём на крыше, и я согласно кивнула, слегка улыбнувшись.
Одной рукой, словно фокусник, умудрившись взять и бутылку, и оба фужера, вторую руку Дмитрий Романович протянул мне, и я вложила свою ладонь в его.
По телу тут же разбежались мурашки, а те места на руках, где наша кожа соприкасалась, слегка покалывало.
Конечно, я не была дурочкой, и прекрасно понимала, что посиделки вдвоём на крыше, вместе с игристым напитком, да ещё и в звёздную ночь под звуки музыки — это вряд ли напоминало рабочее совещание. Но я просто не могла противиться своим эмоциям. Босс предложил, а мне и правда этого хотелось.
Тем более, что эта вылазка вполне могла быть не романтическая, а просто дружеская. Потому что я до сих пор была не уверена, что Дмитрий Романович вообще был заинтересован в каких-либо отношениях. Мне казалось, что он ещё не до конца проработал потерю своей семьи.
Когда мы с ним оба пересекали холл, и уже огибали ограждение, чтобы подняться на второй этаж, я увидела во дворе какую-то возню. Там явно что-то происходило.
Моё материнское сердце тут же забило тревогу.
— Дмитрий Романович, подождите, пожалуйста, я пойду, проверю всё ли в порядке с Машей. А тот там как будто что-то случилось.
— Пойдемте, я с вами. — Босс подтолкнул меня слегка в спину к выходу на заднюю веранду, и я, выйдя, с ужасом обнаружила, что все столпились вокруг моей дочери.
— Маша! — заорала я, как сумасшедшая, и тут же бросилась к ней. Она лежала на земле, из её глаз текли слёзы, а рука была как-то неестественно выгнута.
— Мамочка! — тут же заплакала она ещё сильнее, увидев меня.
— Что случилось? — я начала судорожно ощупывать другие её части тела. — Ты упала? Как это произошло? — внутри я ругала саму себя, на чём свет стоит, за то, что оставила маленького ребёнка на празднике одного, пусть и под присмотром взрослых.
— Вероника, простите, пожалуйста, я буквально на секунду отвернулась, а там уже эти две егозы на дерево лезут. Я подбежала, но было поздно, Маша уже свалилась. — Я прикрыла глаза, пытаясь хоть немного успокоиться. При падении с высоты могло случиться всё, что угодно, и у меня начала нарастать паника.
— Нам нужно в больницу — я моментально подхватила дочь на руки, но, буквально через секунду, её у меня из рук забрал к себе Дмитрий Романович.
— Пойдемте на выход, я отвезу.
— Но.… - я посмотрела на бутылку с шампанским, которая теперь стояла у его ног.
— Это должен был быть первый бокал, я сегодня не пил. — Словно прочитав мои мысли, сказал мне босс, и я кивнула.
Мы очень быстро добрались до машины брата Дмитрия Романовича, которую он нам любезно предоставил, я боялась садить Машу в детское кресло, потому что возможны были какие-то внутренние повреждения, поэтому просто положила её на заднее сидение, сев рядом с ней.
— Едьте, пожалуйста, быстро, но соблюдая правила, потому что мы не пристегнутые.
Пальцы Дмитрия Романовича побелели на руле.
— Пристегнитесь.
— Нет, у неё могут быть какие-то внутренние кровотечения, я боюсь, что могу навредить.
— Хотя бы сами пристегнитесь, пожалуйста. — Я видела, что босс уже и сам сидел весь белый, и не рискнула ему и в этом отказать, так что накинула на себя ремень безопасности.
— Далеко ближайшая больница? — Я огляделась, понимая, что мы в частном секторе, и может случиться, что до ближайшей больницы будет очень не близко.
— Нет, тут в пяти минутах частная клиника, поедем туда.
Мы действительно уже через несколько минут притормозили у больницы, и босс бросился к нашему сидению, снова взяв Машу на руки.
Дочка сама по себе вела себя очень хорошо. Была достаточно спокойна, время от времени плакала, но мои поглаживания по голове немного её успокаивали. Всю дорогу я шептала ей, что всё будет хорошо.
— У нас ребёнок упал с дерева — тут же подскочил к администратору за стойкой босс. Он говорил таким тоном, на который ему очень сложно отказать.
— Документы с собой? Нужно будет провести осмотр, присядьте, пока, сейчас вызову доктора.
— Вы с ума сошли? Какие документы! — начал заводиться Дмитрий Романович не на шутку.
Я понимала, что для него вся эта ситуация с ребенком на руках была очень стрессовая, но даже я, как мать, уже видела, что, Маша дышит спокойно, щёчки были румяными, так что я верила, что её жизни ничто не угрожает.
Видимо, на наши крики вышел какой-то врач.
— Что происходит? О, Дима, привет! Ты тут какими судьбами? — кажется, у моего босса везде были свои знакомые.
— Привет, Борь! Помоги, пожалуйста, у нас тут ребёнок с дерева упал, боимся, что какие-то внутренние повреждения могут быть, можете посмотреть?
— Да, конечно, заноси давай её в третий кабинет.
— Борис Павлович, я пыталась их оформить, но он сразу кричать начал — начала оправдываться администратор.
— Всё нормально, Уля, всё нормально — заверил её доктор, и мы всей компаний отправились в палату на осмотр.
Через полтора часа мы, уже успокоившиеся, возвращались обратно в дом.
С Машей было всё нормально, но она сломала руку, и ей наложили гипс.
— Подъехав к дому семьи босса, я отцепила Машу от детского кресла, и помогла выбраться наружу, где, прислонившись спиной к машине, нас уже ждал и Дмитрий.
— Вероника Павловна, вы меня простите, что всё так получилось.
— Перестаньте, вам не за что извиняться. Это я виновата, что сбагрила ребёнка на другого человека и почти не следила за ней, так что вашей вины здесь нет.
— Вы правда на меня не обижаетесь? — поднял он глаза на меня.
— Правда — ответила я, но получилось как-то слишком тихо.
Воздух между нами двоими буквально трещал напряжением, пока я не почувствовала, как кто-то дергает меня за юбку платья.
— Мам! Я спать хочу!
— Да, доченька, пошли. Спокойной ночи, Дмитрий Романович. — Я кивнула боссу, и, взяв дочь за руку, направилась в сторону дома.
— Спокойной ночи, спокойной ночи…. - ответил он, оставшись стоять у машины, и смотря нам вслед.