– Вы мне ещё за прежнее не заплатили.
– Понимаешь, с кем говоришь? Позови-ка мэтра.
– Извините, Сердей Васильевич, она новенькая. Не узнала вас.
– Ты уволь её, слышь-ка. Гнилая девица. Чтоб больше мы её не видели. Коллектив недоволен.
– Конечно, Сердей Васильевич; конечно, Владимир Петрович; конечно, Владимир Сергеевич… конечно, Константин Карольевич.
К середине ночи все разъезжаются. Пустеет Рейнский проспект. В глухом тумане над зданиями поднимается и парит кто-то злобный и тёмный, чьё дыхание крепко закрывает холодом гранита и булыжных камней некогда зелёный и кудрявый район острова Мории. Кто-то тёмный и грозный, оттуда, из воющего хаоса, уставился каменным взглядом, бьёт кожистыми крыльями, мелькает голым черепом и ушами в сумасшедшем полете, хлещет вельможным словом бедноту неразумную, бедноту – главную помеху вершителей судеб Великого государства.
Нет, не всё в порядке в стройной, законоуложенной геометрии Рейнского проспекта. Бесшумно катится мягкими шинами по брусчатой мостовой карета Дижа Быжа, любезно предложенная капитану Александру для проезда к резиденции начальника ТАК. Проспект неплохо озеленён и освещён.
– Петромория – современный город – с гордостью говорит Диж Быж. – Освещение, водоснабжение, канализация. У нас нет запаха помоев, как во многих странах развращённой Европы.
Что за прелестная поездка по Рейнскому проспекту!
Посматривая по сторонам, наблюдательный Александр замечает некие несообразности.
Внимание его привлекает водовоз, выливающий огромную бочку воды под первое дерево в ряду выстроившихся в линию деревьев.
– Что ты делаешь? – спрашивает Александр водовоза. – Поливаю деревья, не видишь разве? Погода жаркая, месяц уж дождей не было. – Как часто ты это делаешь? – Кажный божий день. – Каждый день выливаешь целую бочку под одно и то же дерево? – Конечно.
Дерево, которое водовоз поливает, выглядит неважно: ветви опустились, листья обмякли, пожелтели. Остальные – не лучше.
– Ты залил первое дерево, корни его загнили. Остальные деревья воды не получили. Почему не распределить воду поровну на все деревья?
– Делаю, что поручёно канцелярией по поливу. Начальство придумало, как упростить мою работу. Я трачу теперь меньше времени на полив, это большая экономия. А вода к остальным деревьям поступает по водоносным слоям в почве, разве ты не знаешь?
– Почему же тогда все эти деревья вянут?
– Не дошла пока вода. Прошло всего четыре недели. Ещё месяц, и вода поступит всем остальным деревьям.
– Через месяц все они погибнут.
– Не мне, дураку, обсуждать указания начальства.
С освещением тоже непонятные накладки. Зажигальщик фонарей идёт впереди фонарщика, заправляющего фонари животным жиром.
То же и с посадкой деревьев: один копает посадочную яму, второй закапывает, а третий, с посадочным материалом, не приходит – забыли запланировать. Ремонт водопровода: раскапывают, закапывают, а трубы на замену не привозят. Трубочисты чистят дымовые трубы как раз в то время, когда жильцы топят печи. Новую брусчатку для ремонта дороги привозят и укладывают, забыв снять старую.
– У нас всегда так. Чем больше служащих, тем больше беспорядка. То же самое ты увидишь, Александр, во всех сферах жизни Мории. Увидишь, увидишь, всему своё время. А пока – добро пожаловать в Тайную канцелярию. Приехали.
Тайная канцелярия
В прошлом останутся домики, садики,
Мир тишины, мир тишины.
Белые улицы, чёрные всадники,
Зимние сны, зимние сны.
Ты сер, а я, приятель, сед,
Грызунью вашу я давно натуру знаю:
Глядишь, ещё Сурок возглавит нашу стаю.
Напоминаю всем, что здесь морали нет.
Тайная канцелярия (ТАК). С давних времён отвечала она за безопасность на корабле. Потом на острове. Чтобы никто не вёл подрывную работу. Не пытался влиять на прокладку курса, выбранного капитаном. Потом, в более поздние времена, – курса, выбранного правительством. Считалось, что канцелярией руководит Канцлер Всея Мории. На самом деле всегда назначалось определённое лицо, которое проводило всю «тайную» канцелярскую работу.
Канцелярия, хоть и называлась тайной, однако в описываемые времена всё о её деятельности было известно. В соответствии с законом назначение на руководящие государственные посты определялось парламентом и правительством. Фактически все назначения делались Тайной канцелярией по согласованию с Великим Канцлером. В основном из состава ближайшего окружения Канцлера Всея Мории.
Возглавлял ТАК некто Сусляк. Сусляк – крупный грызун из рода беличьих. Похож на бесхвостого суслика. Но очень большой. До полутора метров ростом. Как маленький человечек. Голова внушительных размеров, уплощённая. Ни в Старом, ни в Новом Свете такие грызуны теперь уже не водились. Только на Мории они и оставались. Слово «Сусляк» в одном из морийских наречий означает: «ротозей, разиня, вялый». Первое впечатление могло быть таким. Но не вялым он был и далеко не разиней. Иные называли его Большим Байбаком полевым. Сусляк – фигура, выдающаяся во всех отношениях. Характером отличался решительным. Сотрудники ТАК, отдавая должное крутому нраву Сусляка, называли его Сурованом. Начальник ТАК знал об этом. И это имя заглазное, Суровая, ему, конечно, очень нравилось.
В Северной Америке в наше время отмечают 2 февраля как день Сурка, день приближения весны. В этот день, считают, можно определить погоду по тому, испугается ли Сурок своей тени. Так говорят. В действительности только настоящий Сусляк может предсказать погоду. И никак не Сурок. Все присматриваются к настроению Сусляка. Если Сусляк выходит 2 февраля из дома в хорошем настроении – морийцев ждут хорошая погода и попутный ветер. Если выходит в плохом настроении и тут же возвращается назад – ждите шторм, дождь, снег и оледенение снастей. В Новом Свете Сусляков больше нет, потому и предсказание неверным получается. Сурок – плохая замена Сусляку.
Итак, возглавлял канцелярию Сусляк. Это тоже была давняя традиция. В период строительства корабля дураков считалось, что Тайная канцелярия не очень важный орган, и Брант делегировал, отправил в плавание вместе с капитаном Иоанном своего любимого говорящего Сусляка как руководителя канцелярии. До этого времени Сусляк, обладавший великолепным обонянием, был при Бранте кем-то вроде личного охранника. Он по запаху легко чуял опасность, если рядом с Брантом появлялся человек с дурными намерениями. Ведь все намерения имеют свой запах. Сусляки, как и многие другие животные, хорошо знают это и легко различают намерения по запаху. Одни только люди с их нюхом, притупившимся от обжорства, пьянства и курения, не умеют распознавать намерения по запаху.
Вот Брант и подумал: пусть Сусляк идет в плавание вместе с Иоанном Летсером, охраняет его и вынюхивает нездоровые настроения на корабле. Да и Иоанну будет повеселее с эти смышлёным и забавным зверьком.
При подготовке плавания Брант с Летсером создавали комиссии и комитеты для управления жизнью морийцев на корабле. В дальнейшем оказалось, что все созданные Брантом органы работали спустя рукава. А ТАК, возглавляемая спокойным, тихим и обстоятельным Сусляком, оказалась единственной работоспособной структурой.
Сусляк 2010-й возглавлял ТАК в тот период, когда капитан Александр посетил корабль дураков.
– Люди – такие дураки! Если бы не ТАК и не мои предшественники Сусляки, великий корабль давно бы погиб.
Сусляки, предшественники Сусляка 2010-го, держались скромно и никогда не выпячивались. Во все времена ТАК, возглавляемая Сусляками, знала всё, что делается на корабле, и тихо вела свою работу.
Вернёмся чуть назад. К тому времени, когда наш герой ещё не возглавлял ТАК. Семья Сусляков была немаленькая. И Сусляку 2010-му надо было ещё доказывать, что он именно тот, кто может стать во главе Тайной канцелярии.
В свою бытность школьником Сусляк носил модные вельветовые брюки и шитые наружной кожаной строчкой туфли. Любил поиздеваться над кошками и собаками, «чтоб знали, каково приходится грызунам, моим родственникам, мышкам и крыскам». И над учителями тоже. Учителя все ему прощали. Любили читать в учительской его бойкие стихи и политические эссе. В студенческие годы он был уже достаточно умён, чтобы не верить в полезность социальной и политической надстройки окружающего его общества. Однажды в своем дневнике он написал о том, что думает о себе как о непризнанном гении и что ему ещё потребуется некоторое время, чтобы найти свое ремесло.
Общественную деятельность Сусляк 2010-й (тогда он был просто молодой Сусляк, имени его не сохранилось, Суславик, что ли?) начинал в регионах, провинциях. Работал только с Новыми Морами. В мутные времена Ёлка и Степаныча кто только не хозяйничал в провинциях: и бывшие Барские директоры, и морийские губернаторы, и военные в отставке, и бывшие работники ТАК, да и просто бандиты. Сусляк ждал, когда ослабнут позиции этих случайных людей. Расставлял везде верных себе работников.
– Суслячок, ты руки сюда не протягивай и своих людей не сажай туда, где рулят важные товарищи – серьёзная братва, – выговоривали ему то губернаторы, то боевики, то бандиты.
Сусляк маневрировал, находил общий язык с ужасными Варами и душками Хазами. Хотел всем понравиться. Чего только он ни делал: учился в международном университете, публиковал статьи по истории, философии, политэкономии. И музыку симфоническую писал, и стихи, и рассказы, и на гитаре играл. Шил джинсы. В свободное время кропал статьи о концепциях искусства и тексты для музыкальных групп. Клепал дамские сексуальные пошловатые романчики. «Его горячее достоинство бережно проникло в прохладную тень её сокровенной долины». Продавал авторство бандитам и богатым чиновникам с художественными амбициями. Крутился между издательскими бандами, лавируя между их охранными структурами. Его кумиром был известный гангстер-рэппер «чёрный» Сусляк-Тупак. Фото Тупака до сих пор стоит в его кабинете рядом с портретом Великого Канцлера. Много чем занимался. Был начинающим театральным режиссером. Но лучше всего он умел договариваться, куда и как направить денежные потоки, и убеждать участников переговоров, какое именно решение им всем наибол