– Благодарю вас, полковник, прошу выступить полковника… Как вас там?
– Полковник Васнецов, сэр. Командир десантной группы седьмого борта.
Потом начались разговоры, обсуждения, полковники перебивали друг друга, даже обзывались, и генерал Хорн делал им замечания, однако в тонкости этого бардака он старался не вникать, готовя силы для конечного подведения итогов. К тому же майор Гилфорд своими знаками давал понять, что лучше пока помолчать, с чем генерал Хорн был полностью согласен.
– Итак, господа, следует подвести итог нашего обсуждения! – объявил Хорн спустя час двадцать после начала совещаний.
– А вот и ни хрена! – громко произнес полковник, имени которого Хорн не знал, однако неоднократно обращал внимание на пьяного командира десантной группы.
– Что вы хотели сказать, полковник?
– Полковник Веллингтон, бля! Прошу любить и все прочее!..
Пьяный гость взмахнул руками, и послышались смешки.
«Веселье в столь нелегкий момент – это хорошо, пусть их немного отпустит», – подумал генерал, и майор Гилфорд из темного угла ему одобрительно кивнул.
– Я… Я внимательно слушал все, что тут говорило уважаемое собр… брание… – произнес Веллингтон, то и дело прикрывая глаза. – Однако не могу согласиться ни с одним из предложенных вариантов…
– Почему? – крикнул кто-то.
– Потому что все они – говно. Штопаное говно.
По собранию снова пробежали смешки.
– Отлично, полковник, что же вы намерены нам предложить после столь категоричного заявления? – поинтересовался генерал Хорн и увидел, как майор Гилфорд показывает ему большой палец – дескать, вы молодец.
– Из всего, что я услышал, получается, что в лучшем случае мы протянем еще неделю, а потом нороздулы таки добьют нас, и история этой десантной экспедиции закончится.
– У-у-у, – загудело собрание. С суждениями пьяницы здесь были не согласны.
– Говорите сколько хотите, но лучший маневр следующий: мы должны выпустить из трюмов все сто двадцать ботов…
– Вообще-то сто пятьдесят, коллега! – подсказал кто-то.
– Ну, тем лучше. И пусть эти сто пятьдесят ботов с каждого корабля пойдут своим путем, к одной из планет островного архипелага Тропикус. В противном случае норзы вернутся – они обязательно сделают это и добьют десант превосходящими силами, ведь они теперь точно знают, где мы и какими силами располагаем.
– А что же мы получим, разбросав десант по островам, полковник Веллингтон?
– Что получим?
Полковник вздохнул, он впервые за последние два месяца услышал свое имя.
– Мы получим уцелевший десант, который сможем активизировать в тот момент, когда противник давно уже спишет нас со счетов.
– А как же он его спишет, он что, дурак, этот противник? Думаете, он не начнет вычищать десант с этих самых островов?
– Он, конечно, не дурак, коллеги, и обязательно начнет вычищать десант с островов, как только узнает, что он там имеется. Но мы сделаем отвлекающий маневр – десантные корабли продолжат движение в прежнем направлении, и после того, как противник их уничтожит, он решит, что дело в шляпе и победа на его стороне. Но на самом деле все будет иначе.
– Полковник, а кто же окажется на кораблях, предназначенных в качестве отвлекающей жертвы? – уточнил генерал Хорн.
– Мы и окажемся. Мы, офицеры высшего звена, кому-то может повезти, но это вряд ли. Однако не такая уж великая жертва – пара генералов и семнадцать полковников против высадки стасемидясятитысячного десанта. Я прав, коллеги?
На это пьянице никто не ответил, отправляться в качестве отвлекающей жертвы никому не хотелось.
– Но кто сможет доставить десант на островные планеты? – спросил один из полковников.
– Десантные боты могут самостоятельно двигаться в течение шести суток и благополучно совершить посадку на поверхность указанной в навигации планеты. А кое-какую коррекцию курса может провести любой сержант.
55
Вторые сутки судно стояло у ремонтного причала – вышли из строя приводные тяги форсажных заслонок. Однако добраться до станции все же смогли вовремя, так что «шершни» с подвесок ушли на штурмовку с большой группой, не нарушив договоренностей и плановых заданий.
Им предстояло перехватить далекий десант муглов.
Их летный командир – майор Стоун, нороздул с разбойничьей мордой, так и сказал Кворту за чашечкой тако:
– Перехват обещали надежный, разведка отработала хорошо, так что выйдем к цели неожиданно. Разгрузим железо и быстренько домой, а вы на наши места никого не пускайте.
Он так шутил, и Кворт его поддержал, даже улыбнулся. Словом, они друг друга поняли, а через час «шершни» сошли с подвесок и поспешили к стоящим на пределе судового радара среднетоннажным «гонзаг-тридцать восемь», крепким десантным судам с повышенной бронестойкостью.
Такие гнали в огонь, чтобы сбросить войска в самое пекло, обычно на какой-нибудь плацдарм, но в этот раз «гонзаги» были «несушками», принимая на подвески десятки штурмовиков. Их ожидала еще та потеха, и Кворт им слегка завидовал.
Когда-то и ему предлагали погонять на такой тележке, но сейчас подобные игры ему уже не нравились. Тихий ход гражданской «калоши» привлекал его больше, хоть и жалованье полагалось впятеро меньшее.
Зато получишь его наверняка, без пометок – выбыл по уважительной причине.
В случае чего Кворт имел возможность сдаться, в плену тоже жить можно, а белые флаги «гонзагов» муглы не замечали, жгли дотла. Такая вот пятикратная разница в денежном содержании.
– Босс, механики из трюма доложили, что корпуса приводов в порядке, говорят, датчики врали.
– И что теперь?
– Не знаю, – ответил первый помощник. – Это тебе решать.
– Тут и решать нечего, встанем к причалу и будем ждать штурмовики.
– И сколько ждать?
– Обещали вернуться завтра к восьми ноль-ноль…
– Ну-ну.
– Что не так, Луи?
– Все так, босс, будем сидеть и ждать.
И они стали ждать, Кворт на мостике, в компании практиканта, а Луи где-то у мотористов – наводя порядок. Трепал за лацканы нерадивых, орал на них и был этим доволен. А Кворт не возражал, ведь, несмотря на нороздульскую мощь, Луи был крайне миролюбив и за все время службы никого не покалечил.
– Френе, оставляю рубку на тебя…
– Да, сэр, – вздохнул лейтенант и скрипнул клыками.
– Чего скрипим, чем опять недоволен?
– А чего вы меня каждый день на дежурство ставите, сэр, я что, тут раб какой-нибудь?
– Ничуть ты не раб, ты существо пониженного социального статуса.
– Почему пониженного?
– Потому что ты пока никто – и не офицер, и не матрос, а ежедневные дежурства позволят тебе пройти стадию личинки очень быстро.
– Я нороздул, между прочим.
– Слышали уже, Френе, – бросил капитан, выходя из рубки.
56
Работы на грузовике капитану всегда хватало, и даже когда выдавалась свободная минута, он обязательно что-то инспектировал – недавно покрашенную стену, новые фильтры в гальюнах, вентиляцию в тренажерной комнате для персонала или время, которое муглы тратят на обед. Они любили почаевничать, у савояров это было в крови.
Десант его уже знал в лицо, и никакие переодевания в рабочую робу уже не помогали. Только он появлялся в конце коридора, как в трюмах срочно смахивали с тумбочек крошки, подбирали упаковки от батончиков и даже поправляли обмундирование.
– Опять наш орел прибыл – норзов погонять, – усмехались фризонталы.
– Снова этот фриз приперся, не сидится ему у себя в коробке, – цедили сквозь клыки нороздулы.
В районе грузовых трюмов, возле электроподстанции Кворту встретился Олверт.
– Привет, босс, а кто на хозяйстве?
– Адмирал Френе, кто же еще, – усмехнулся тот.
– Права качал?
– С этого начал.
– Может, по чашке тако?
– Пойдем дернем, все равно меня тут давно вычислили, вон даже «хвоста» прикрепили, чтобы неожиданно куда-нибудь не сунулся.
Капитан кивнул на стоявшего у стены пехотинца, который делал вид, что разглядывает потолочный светильник.
– Хорошо у них тут служба поставлена.
– Профессионалы, похлеще мугловских шпионов.
– Радует, что скоро сбросим их, набьем трюмы каким-нибудь мусором и спокойно вернемся в цивилизацию, под крылышко гризоттов.
Они прошли мимо пехотинца, тот отдал им честь и, проследив до лифта, побежал докладывать, что флотские ушли и можно снова курить фишку прямо в трюме.
– Ох, и надоело болтаться на этом корыте, – пожаловался какой-то лейтенант, которому не полагалось отдельной каюты. – Скорей бы уже на высадку.
– К муглам в лапы? – уточнил капитан, потягивая самокрутную фишку.
– Я порву этих муглов одними когтями, – сказал лейтенант, демонстрируя развитую лапу.
– Порвешь ты их, как же. Они вон, небось, уже перехватили все наши депеши и ждут на подходе, а потом выскочат из-за какой-нибудь луны или из астероидного скопления и шарахнут торпедами.
– Ничего они не перехватывают, господин капитан, у них такого оборудования нет, чтобы перехватывать.
– Откуда ты знаешь, какое у них есть оборудование, а какого нет? – спросил еще один лейтенант, покусывая карандаш.
– Кое-что знаю, есть у меня один знакомый, так он рассказывал, что инсайдеры муглам поставляют не все вооружения, а только самые простые, поэтому перехваты передач уно-кванта для них невозможны.
– Хорош трепаться! – потребовал капитан и сел на койке, тупо таращась на смявшиеся стрелки брюк. Кому они нужны в этих скотских условиях? Он даже аксельбанты не распаковывал, так и лежали в герметичном кофре до лучших времен.
– Найдите другую тему, а то окажетесь в гостях у гризоттов, особенно ты, Гун.
– Гуну бояться нечего, – ехидно заметил другой лейтенант. – У него и среди гризоттов связи имеются. Правда, Гун?
Офицеры засмеялись, и даже один лейтенант-фризонтал, что особенно обидело лейтенанта Гуна.
– Найдите другую тему, я сказал! – прикрикнул капитан на младших коллег и махнул рукой стоявшему у входа сержанту.