Франции, одна из которых носила многозначительное название «Предвидится ли война?». Если Бисмарк в это время утверждал, что Франция намеревается напасть на Германию, то Мольтке развивал идею превентивной войны против западного соседа.
Однако «военная тревога» 1875 г. не привела к войне, так как в поддержку Франции выступили Россия и Великобритания. Во время визита в Берлин российского императора Александра II и канцлера А. М. Горчакова Бисмарк заявил, что и не собирался нападать на Францию, а Мольтке — «молокосос» в политике и его вообще не надо слушать. Возмущение Бисмарка вызвала телеграмма Горчакова российским дипломатическим представительствам, в которой будто бы говорилось, что «теперь (т. е. после визита царя в Берлин. — Авт.) мир обеспечен». «Военная тревога» 1875 г. завершилась серьезным дипломатическим поражением Германии и стала важным этапом в постепенном охлаждении германо-российских отношений.
Германский канцлер стремился подтолкнуть Россию, являвшуюся, по его мнению, самым сильным и опасным германским соседом, к «применению своих излишних сил на Востоке», чтобы ослабить ее позиции на Западе. Одновременно Германия всячески способствовала расширению влияния Австро-Венгрии на Балканах, где интересы монархии Габсбургов приходили в столкновение с интересами России. В 1876 г. Бисмарк на заседании рейхстага произнес свои ставшие знаменитыми слова о том, что на Ближнем Востоке у Германии нет каких-либо интересов, которые стоили хотя бы «крепких костей одного-единственного померанского мушкетера». Вместе с тем Восточный вопрос в целом служил для германского канцлера «объектом большой политики». Сохранение линии на «равноудаленность» от Австро-Венгрии и России не помешало Бисмарку оказать политическую поддержку Вене во время русско-турецкой войны 1877–1878 гг. и при пересмотре условий Сан-Стефанского мирного договора между Россией и Османской империей на Берлинском конгрессе 1878 г., проходившем под его председательством.
«Лояльность» по отношению к пожеланиям Англии и Австро-Венгрии оборачивалась нелояльностью в отношении России. В результате принятия Берлинского трактата на Балканах не только сохранились запутанные узлы межнациональных противоречий, но и произошло обострение русско-австрийских и сербо-болгарских отношений. Австро-Венгрия получила право на оккупацию Боснии и Герцеговины. Бисмарк, игравший на конгрессе, по его словам, роль «честного маклера», признал позднее, что считал «триумфом государственного искусства… оставить открытым восточный нарыв и благодаря этому расстроить единство других великих держав и обеспечить наш (Германии. — Авт.) собственный мир».
Бисмарка преследовал «кошмар коалиций», который он пытался рассеять созданием сети союзов с участием Германии. Не желая разрыва с Россией, он принял решение сделать Австро-Венгрию главным союзником Германии, убеждая кайзера, что союз с монархией Габсбургов является более выгодным и надежным для Берлина, чем союз с Петербургом. Бисмарк провел в Вене переговоры о заключении союза между обеими странами, во время которых австрийцы настояли на том, чтобы в тексте секретного договора Россия была прямо названа их возможным противником. Однако Бисмарку пришлось преодолеть упорное сопротивление Вильгельма I, отказывавшегося совершить «предательский поступок» в отношении России. После одобрения договора прусским правительством противодействие Вильгельма I было сломлено. 7 октября 1879 г. в Вене был подписан секретный австро-германский союзный договор, направленный против России. В договоре предусматривалось, что, если Россия нападет на одну из сторон, другая придет ей на помощь всеми своими вооруженными силами и ни один из союзников не будет заключать сепаратный мир. Если же одна из сторон подвергнется нападению какой-либо третьей державы (не России), вторая сторона будет соблюдать благожелательный нейтралитет. Бисмарк надеялся привлечь к «двойственному союзу» Англию, но ему это не удалось.
Подписание австро-германского договора стало рубежом в развитии германской внешней политики. Он оказался самым долговечным из всех договоров и соглашений, заключенных Бисмарком, а созданный им «двойственный союз» через много лет выступил инициатором развязывания первой мировой войны.
Добиваясь изоляции Франции, Бисмарк воспользовался франко-итальянским конфликтом из-за Туниса и связанным с этим стремлением Италии к сближению с Германией. Он заявил Риму, что между Берлином и Веной существует своего рода «политический брак» и поэтому ключ от двери, открывающей путь к Германии, Италия должна искать в Вене. Итальянцы сумели договориться с австрийцами. В итоге 20 мая 1882 г. в Вене был подписан договор о Тройственном союзе между Германией, Австро-Венгрией и Италией. В соответствии с договором Германия и Австро-Венгрия взяли обязательство оказать всеми своими силами помощь Италии, если бы она подверглась нападению со стороны Франции, а Италия обязывалась поступить таким же образом при нападении Франции на Германию. При этом монархия Габсбургов должна была находиться наготове в ожидании возможного вступления в войну России. При нападении на одного из участников договора какой-либо великой державы, не связанной этим договором (кроме Франции), два других его участника должны были сохранять благожелательный нейтралитет в отношении подвергшегося нападению союзника. В последующие годы договор о Тройственном союзе, заключенный на пять лет, неоднократно продлевался и продолжал действовать до первой мировой войны, несмотря на то что с конца XIX в. Италия стала сближаться с Францией. Создавая военно-политический блок Германии, Австро-Венгрии и Италии, Бисмарк преследовал цель укрепления позиций объединенной Германии в Европе.
Когда новый российский посол в Берлине П. А. Сабуров предложил Бисмарку заключить с Россией оборонительный и наступательный союз, германский канцлер, отнюдь не желая жертвовать союзом с Австро-Венгрией, потребовал привлечь ее к возможному соглашению. Министру иностранных дел монархии Габсбургов Бисмарк сообщил, что договор 1879 г. останется в силе «при всех обстоятельствах», и оказал сильное давление на Вену, чтобы подтолкнуть ее к заключению нового договора с Россией.
После продолжавшихся целый год переговоров 6/18 июня 1881 г. между Германией, Россией и Австро-Венгрией был подписан договор о возобновлении Союза трех императоров, согласно которому в случае войны одной из трех держав с «четвертой великой державой» два других участника договора должны были соблюдать благожелательный нейтралитет. Если Россия была заинтересована в нейтралитете Германии и Австро-Венгрии в ее возможной войне с Великобританией, то Германии был гарантирован нейтралитет России в случае ее войны против Франции. Однако при этом Германия не должна была являться нападающей стороной.
Когда между Австро-Венгрией и Румынией в 1883 г. был заключен союзный договор, предусматривавший взаимную помощь при неспровоцированном нападении на одну из сторон, Германия в тот же день присоединилась к этому договору, Италия — лишь в 1888 г. Договор неоднократно возобновлялся и последний раз был продлен в 1913 г. Все эти годы он сохранялся в глубокой тайне.
Так в итоге многолетних усилий Бисмарк организовал «германский мир», систему блоков, которая, по его замыслу, должна была гарантировать не только безопасность, но и гегемонию Германии на Европейском континенте. Соотношение сил в Европе всегда находилось в центре внимания «железного канцлера», осуществлявшего «классическую» континентальную политику, а все его действия вне Европы, когда он старался отвлечь экспансионистские устремления других великих держав на периферию, носили для него вспомогательный характер.
В середине 80-х годов правительство Бисмарка, используя противоречия между великими державами, в течение двух лет заложило основы германский колониальной империи, главным образом путем предоставления охранных грамот германским подданным, занимающимся судоходством и заморской торговлей. В апреле 1884 г. под германским покровительством оказалось побережье Юго-Западной Африки, приобретенное бременским коммерсантом Людерицем. В том же году германский консул в Тунисе Нахтигаль установил германский протекторат над Того и Камеруном, где уже успела обосноваться фирма гамбургского судовладельца Вёрмана.
Осенью 1884 г. авантюрист Карл Петерс завладел обширными территориями в Восточной Африке. В следующем году созданному им Обществу германской колонизации была предоставлена имперская «охранная грамота», а его владения стали ядром германской колонии в Восточной Африке. В 1887 г. посредством объединения Германского колониального союза, созданного в 1882 г., и Общества германской колонизации было образовано Германское колониальное общество. В германских колониях был установлен жестокий режим угнетения и эксплуатации коренного населения.
Вступление Германии на путь колониальных захватов привело к резкому ухудшению ее отношений с Англией. Бисмарк стал чинить препятствия британской политике в Египте. На Берлинской конференции по Конго, проходившей в 1884–1885 гг., Бисмарк, по существу, оказывал поддержку Франции, стремившейся не пустить Англию в бассейн Конго, что привело к известному смягчению германо-французского антагонизма, но ненадолго.
Хотя Бисмарк и заявлял о том, что колониальная политика будет проводиться и впредь, пока ее поддерживает «большинство» немецкого народа, проблемы колониальной экспансии занимали подчиненное место в его внешнеполитической деятельности. «Ваша карта Африки очень хороша, но моя карта Африки — в Европе, — сказал Бисмарк в беседе с одним из энтузиастов колониальной политики. — Здесь расположена Россия, а здесь расположена Франция, мы же находимся в середине — такова моя карта Африки».
Улаживая колониальные проблемы, Бисмарк в то же время предпринял энергичные меры по германизации восточных провинций Пруссии. Выступая в прусском ландтаге, он заявил, что соотношение между польским и немецким населением восточных провинций «можно улучшить, с одной стороны, увеличением немецкого населения, с другой стороны, уменьшением польского». Отметив незыблемость границ, установленных в 1815 г., Бисмарк подчеркнул, что никогда и ни при каких обстоятельствах не пойдет на восстановление какого-либо польского государства «в пределах прусских границ».