Греция. Противоречивость социально-экономического развития Греции в последней трети XIX в. серьезно влияла на политический климат в стране. В сентябре 1861 г. произошло покушение на жизнь королевы Амалии. Все чаще вставал вопрос о возможном отречении Оттона от трона и о выборе его преемника. Король специально посетил Карлсбад, для того чтобы решить вопрос о возможном наследнике из числа германских принцев. Тем временем ситуация в стране продолжала обостряться. В феврале 1862 г. гарнизон города Навплиона поднял восстание, во главе которого стояли переведенные туда «подозрительные» для режима офицеры. В апреле того же года Оттон смог подавить это выступление. Лидеры оппозиции К. Канарис и Д. Вулгарис отказались от участия в этом выступлении, сочтя его слишком революционным, так как восставшие приступили к образованию собственных органов власти и самоуправления. Попытки Оттона прибегнуть к национально-ориентированным пропагандистским лозунгам не дали ожидавшегося результата. В то же время усилилось влияние и «иностранного фактора» на греческие дела. Лондон, недовольный слишком тесными отношениями греческого короля с Россией, постарался опереться на отдельных лидеров оппозиции, и прежде всего на тех из них, кто симпатизировал Англии и был связан с ней тесными финансово-экономическими узами. Среди них особое место занимал Д. Вулгарис — крупный магнат с островов, член англофильской партии еще со времени национально-освободительной войны. Именно он и встал во главе антикоролевского движения. 22 октября 1862 г., когда королевская чета путешествовала по Пелопоннесу, гарнизон Афин и жители города подняли восстание, вошедшее в новогреческую историю как революция. Оттон I был свергнут и покинул страну.
Вопрос о преемнике греческого престола стал одной из важных не только внутригреческих, но и международных проблем, затрагивающих интересы великих держав — Англии, Франции и России. Греческое общественное мнение склонялось в пользу второго сына английской королевы Виктории принца Альфреда, герцога Эдинбургского. Однако в соответствии с ранее достигнутым между державами-покровительницами договором 1830 г. монарх Греции не должен был являться членом правящих династий этих стран. В итоге выбор пал на представителя датской королевской династии Христиана Вильгельма Фердинанда Адольфа Георга Глюксбурга. Через свою сестру принцессу Александру, вышедшую замуж за принца Уэльского, он был связан с английским правящим домом, а через великую княгиню Ольгу, дочь великого князя Константина, ставшую вскоре после восшествия Георгиоса I Глюксбурга (как отныне именовался датский принц, родоначальник греческой династии Глюксбургов) его женой, с Россией. Великобритания обещала в случае поддержки Георгиоса державами-покровительницами передать Греции Ионические острова, находившиеся под британским управлением, что и было сделано в соответствии с Парижским мирным договором от 29 марта 1864 г.
Прошедшие в декабре 1862 г. выборы в Великое Народное собрание имели большое значение для развития конституционной системы Греции. 30 октября 1863 г. принц прибыл в Афины и стал вторым после свергнутого Оттона королем Греции. Его восшествие на трон состоялось 28 ноября 1864 г., после того как Национальное собрание завершило работу над новой конституцией страны.
В связи с положениями основного закона упразднялся сенат, существовавший в соответствии с оттоновской конституцией и являвшийся назначаемым королем органом. Узаконивался однопалатный парламент, становившийся высшим представительным органом в стране. Его члены избирались на основе прямого тайного всеобщего голосования, в котором могло участвовать только мужское население Греции. В конституции заявлялось о членах парламента как о представителях греческого народа, а не отдельных областей, в которых их избрали. Число депутатов определялось пропорционально числу жителей конкретного региона. Более того, вводился ценз оседлости, равный двум годам. Определялось и возрастное ограничение для депутатов парламента, составлявшее 30 лет.
Новая конституция ограничивала права монарха, особенно в части, касавшейся его вмешательства в политические и юридические вопросы. Исходя из новой концепции монархизма в Греции, закрепленной в Конституции 1864 г., король являлся главой государства в соответствии с волей народа, которому он служит, а не по божественному праву монарха.
Существенные изменения коснулись и территориально-административного управления, так как были расширены права местного самоуправления, действовавшего на основе Кодекса Наполеона. Отчетливо была декларирована свобода прессы. В конфессиональных вопросах новая конституция во многом повторяла соответствующие принципы предыдущего основного закона страны 1844 г. Так, в частности, вновь объявлялась независимость греческой церкви. И хотя о религиозной принадлежности правящего монарха не говорилось ничего, отдельная статья Конституции 1864 г. определяла, что будущий наследник престола должен исповедовать православие.
Принятие Конституции 1864 г. означало окончание целого периода новогреческой истории, главными этапами которого были национально-освободительная война за независимость страны и становление политической структуры нового государства от президентской республики к абсолютистской, а затем и конституционной монархии. Постепенное расширение территории Греции, связанное с освобождением греческих земель, а также приток в страну все большего числа соотечественников способствовали ее оформлению в самостоятельную державу средиземноморско-балканского региона. Произошедшие в то время политические изменения в Греции имели серьезные последствия для становления ее государственности и развития греческого общества. Одновременно внутриполитическая ситуация в стране продолжала характеризоваться обостренной борьбой между различными кланами и региональными группами, а во внешней политике сохранялись нерешенные вопросы, главным из которых являлось освобождение оставшихся под владычеством Османской империи греков и национальных греческих территорий. Во многом симптоматичным на этом фоне выглядело провозглашение Георгиоса I не «королем Греции», а «королем греков», дававшее основание полагать, что число подданных греческого монарха не ограничивается жителями страны, а включает и тех греков, которые проживают за пределами королевства и являются гражданами других (прежде всего Османской империи) государств.
Характерной особенностью развития страны на протяжении последней трети XIX в. стала политическая нестабильность и частая смена правительств, главы которых выступали нередко с противоположных и взаимоисключающих позиций. На протяжении этого периода сменилось около 30 премьер-министров, порой пребывавших на своем посту менее месяца.
На фоне многочисленных партий, нередко не имевших внятных политических программ, произошло структурирование двух основных сил, каждая из которых имела солидную социальную базу в обществе. Первая партия, возглавляемая А. Кумундуросом, объединяла крупных и средних землевладельцев, имевших корни в патриархальном греческом обществе и выступавших с консервативных позиций. Вторая партия была известна как «партия прогрессистов» и возглавлялась X. Трикуписом. В ее рядах объединялись представители новых предпринимательских слоев, интеллигенции и городского населения, а также тех, кто был связан с производственно-фабричными отраслями промышленности. Программные установки прогрессистов во многом были ориентированы на расширение интеграции Греции в международную экономическую систему и на увеличение присутствия иностранного капитала в стране.
Катализатором активизации внутриполитической жизни в последней трети XIX в. выступили внешнеполитические неудачи Греции. Прежде всего это касалось критского вопроса. Восстание 1858 г., поднятое греками на этом острове против турецкого владычества, было подавлено османскими властями, которые, помимо карательных мер, использовали и обещания расширить полномочия самоуправления жителей Крита. В 1866 г. движение за воссоединение острова с Грецией усилилось, чему в немалой степени способствовали надежды на активную политику нового короля Георгиоса I, а также политика правительства А. Кумундуроса, взявшего курс на решение критского вопроса. Общественное мнение России и Европы было на стороне сражавшихся греков. Париж и Санкт-Петербург выступили с планом проведения плебисцита, в ходе которого жители Крита должны были решить, быть острову в составе Греции или же Османской империи. Против этого резко возражала, поддержавшая позицию Турции Британия, которая не желала допустить расширения французского и российского влияния в районе Средиземноморья.
Начало очередного этапа Восточного кризиса, связанного с русско-турецкой войной 1877–1878 гг., усилило внутриполитическую борьбу в Греции, которая продолжала испытывать воздействие внешнеполитических факторов. Русско-турецкая война, от которой в Греции ожидали ощутимых изменений в ее пользу, не принесла желаемых результатов. Стремление Греции расширить свои северные пределы, а также решить критский вопрос не было реализовано. Состоявшаяся в июне 1880 г. Берлинская конференция оказалась для Греции более удачной, чем конгресс 1878 г. Британская и французская дипломатия выдвинули предложение провести новую греческую границу от горного массива Олимп на востоке до реки Каламас на западе с включением в состав ее новых владений города Янина. Однако турки отказались удовлетворить эти требования, что послужило причиной мобилизации греческой армии. На состоявшейся в 1881 г. в Константинополе конференции британская сторона попыталась добиться от турок перехода горного массива Олимп и Превезы под греческий контроль. Османское правительство отказалось передать Превезу, но пошло на уступки по другим территориям. В результате северная граница Греции немного продвинулась выше, к Ар-те. Она также получила небольшие уступки в Эпире. Но самым серьезным внешнеполитическим успехом греческой дипломатии стало включение в состав страны области Фессалия, освобождение которой от турок военным путем так и не удалось.