чальная же школа была отдана под полный контроль церкви. В этот же ряд нужно поставить ставший скандально знаменитым циркуляр о «кухаркиных детях», ограничивавший доступ в гимназии детям из низших социальных слоев, введение для евреев процентной нормы при поступлении в средние и высшие учебные заведения, новые ограничения в области женского образования, значительное ужесточение цензуры.
В 1880-е годы правительство проводило ярко выраженную русификаторскую политику на национальных окраинах империи, особенно в Польше и Финляндии, поощряло антисемитизм. Евреям даже в так называемой «черте оседлости» (западные и южные губернии России), установленной еще в конце царствования Екатерины II, запрещалось теперь селиться в сельской местности и приобретать земельную собственность. Однако эти дискриминационные меры и упоминавшаяся выше процентная норма при приеме в учебные заведения лишь озлобляли еврейское население и толкали еврейскую молодежь в ряды участников революционного движения.
На рубеже 80-90-х годов правительство перешло к еще более решительным мерам охранительного характера. Так, в 1889 г. был введен институт земских начальников из потомственных дворян, которые получили огромные, в том числе и судебно-административные, права в отношении крестьян. Таким оригинальным способом правительство ответило на просьбы либералов о введении волостных земств. В 1890 г. был нарушен принцип всесословности при выборах в земства — введена особая дворянская курия, а гласные от крестьян отныне не выбирались, а назначались губернатором из числа выбранных крестьянами кандидатов. Кроме того, были усилены контрольные функции губернских властей в отношении важнейших земских решений. В городах в 1892 г. был повышен необходимый для участия в выборах имущественный ценз, лишены избирательных прав приказчики и мелкие торговцы, усилено административное вмешательство в деятельность городских дум. Принимались также меры по консервации крестьянской общины с целью предохранить ее от разложения и распада. В области судопроизводства была значительно урезана компетенция суда присяжных. Характерно, что первоначальные проекты этих «контрреформ» шли значительно дальше, однако давление общественного мнения и острая борьба различных группировок в правительственных сферах и в Государственном совете помешали полной победе консервативных сил.
Вместе с тем экономическая политика правительства Александра III, у руля которой последовательно стояли профессора Н. Х. Бунге и И. А. Вышеградский (последний был и крупным биржевым дельцом), в общем и целом шла в русле поощрения отечественного предпринимательства, защиты его от иностранной конкуренции и укрепления государственного сектора экономики (выкуп в казну частных железных дорог), т. е. носила достаточно прогрессивный для своего времени характер. Поощрялись также иностранные инвестиции в экономику России. Отмена в 1882–1887 гг. подушной подати и повышение (в качестве ее компенсации) налогообложения предметов первой необходимости, понижение выкупных платежей крестьян и окончание периода «временнообязанных отношений», предусмотренных реформой 1861 г., с переводом всех крестьян на выкуп, а также создание Крестьянского и Дворянского банков — все это способствовало смягчению социальной напряженности в стране, хотя защита интересов дворянства оставалась приоритетной задачей правительства.
Были приняты меры к некоторому урегулированию отношений между трудом и капиталом: ограничение труда детей (к работе их теперь допускали лишь с 12-летнего возраста, а рабочий день не мог продолжаться более 8 часов), запрещение ночной работы женщин и подростков, регламентация взимания штрафов, запрещение натуральной формы расплаты предпринимателей с рабочими, введение расчетных книжек. Для наблюдения за фабрично-заводской жизнью и исполнением принятых законов была учреждена фабричная инспекция. В то же время были ужесточены наказания за подстрекательство к стачкам (до восьми месяцев тюремного заключения), умышленную порчу машин и инструментов и т. п. Одним из факторов, побудивших правительство пойти на эти меры, было усиление стачечного движения рабочих, в частности знаменитая стачка на Никольской текстильной мануфактуре Морозовых в Орехове-Зуеве в 1885 г., многие участники которой были оправданы судом присяжных.
Таким образом, при Александре III в России продолжался процесс контролируемой «верхами» модернизации, остававшийся сложным, зигзагообразным и крайне противоречивым. Голод 1891–1892 гг., названный современниками «всероссийским разорением», еще раз доказал, что до подлинного процветания и социального мира России еще очень далеко.
После смерти Александра III на престол вступил его 26-летний сын, воспитанник Победоносцева, Николай II (1894–1917), ставший последним российским императором. Он был наиболее бесцветным из всех представителей династии Романовых, правивших Россией в XIX в. Не наделенный ни государственным умом, ни сильной волей, он стремился следовать курсом отца. Однако непрерывно обострявшиеся внутренние противоречия, лишь загнанные Александром III вглубь, но не ставшие от этого менее фатальными для судеб империи, помноженные на взрывоопасную международную обстановку конца XIX — начала XX в., постоянно ставили Николая II в такие ситуации, выйти из которых с честью для себя и для своей страны он не мог. В сложившейся тогда ситуации для монарха уже мало было таких качеств, как образованность, хорошее воспитание и добросовестное, но, увы, тщетное стремление разобраться в сложных государственных делах, которыми обладал Николай II. России нужен был царь-реформатор масштаба Петра Великого, а Николай II смотрел не столько вперед, сколько назад, избрав своим идеалом «тишайшего» царя Алексея Михайловича, правившего Россией во второй половине XVII в. Трагическую роль в судьбе Николая II сыграла его жена, Александра Федоровна, которую не любили во всех слоях российского общества.
Уже через пару месяцев после вступления на престол Николай II назвал «бессмысленными мечтаниями» всякие надежды на ограничение самодержавной власти и на ее сотрудничество с общественностью. Кровавым эпиграфом к новому царствованию стала гибель более тысячи россиян во время коронационных торжеств в Москве в мае 1896 г. (они погибли в результате страшной давки, ставшей результатом нераспорядительности властей).
Немногочисленные реформы, проведенные царским правительством в последние годы XIX в., были связаны с именем С. Ю. Витте — министра финансов, полученного Николаем как бы «по наследству» от отца, который по достоинству оценил ум и деловую хватку этого поистине выдающегося, хотя и достаточно беспринципного государственного деятеля. Витте провел такие важные мероприятия, как перевод денежной системы России на золотой стандарт (1897 г.), введение винной монополии, ставшей надежным источником пополнения государственного бюджета, начало строительства Транссибирской железной дороги и др. Залогом укрепления великодержавной мощи России Витте считал ее ускоренное промышленное развитие на основе казенных субсидий и притока иностранного капитала в виде государственных займов и частных инвестиций. 90-е годы XIX в. стали временем бурного роста отечественных акционерных компаний, ускоренного железнодорожного строительства (в среднем по 2,5 тыс. верст в год), ввода в эксплуатацию почти трех тысяч новых фабрик и заводов (около половины всех промышленных предприятий России, действовавших в начале XX в., были построены именно в эпоху Витте).
Однако, проводя политику ускоренной индустриализации, правительство по-прежнему не уделяло должного внимания развитию сельского хозяйства, и его хроническое отставание стало важным фактором дестабилизации обстановки в стране. Лишь в самом конце XIX в. Витте пришел к выводу, что бессмысленно цепляться за крестьянскую общину и нужно открыть простор хозяйственной инициативе более зажиточных крестьян, предоставив им возможность жить и работать вне тесных общинных рамок. Однако осуществление этого плана было отложено на многие годы до проведения знаменитых реформ П. А. Столыпина.
Оборотной стороной стремительного развития капитализма в 90-е годы стали рост рабочего движения, распространение марксизма и возникновение в 1898 г. Российской социал-демократической рабочей партии. Правительство отвечало на это репрессиями и редкими актами традиционной для него патерналистской политики (в 1897 г. максимальная продолжительность рабочего дня была определена в 11,5 часа, однако в реальной действительности это правительственное распоряжение разными способами обходилось предпринимателями). В итоге надежд на политическую и социальную стабильность в России оставалось все меньше и меньше.
Россия на исходе XIX столетия. С чем же подошла Россия к рубежу веков? Каковы были итоги ее модернизации в XIX столетии?
Прежде всего следует сказать о том, что к концу XIX в. завершилось формирование территории Российской империи, вобравшей в себя не только такие обширные иноязычные регионы, как Закавказье, Кавказ и Средняя Азия, но и явно тяготевшие к Западной Европе Царство Польское и Финляндию. На карте империи можно было четко выделить моноэтнический великорусский Европейский Центр, огромные пространства Сибири, Дальнего Востока и Северного Кавказа с преобладанием русских переселенцев и многочисленные национальные районы и анклавы, которые управлялись с известным учетом этнокультурных традиций их населения, но при неизменном сохранении общеимперских великодержавных приоритетов. Население страны, по данным первой в ее истории общероссийской переписи 1897 г., превышало 129 млн человек, причем русских среди них было лишь около 40 %. Это был настоящий Ноев ковчег наций, народностей и этнических групп, число которых даже не поддавалось точном учету. При этом сохранялись резкие контрасты между европейской и азиатской частями империи, а также между хозяйственно-бытовым укладом населения северных и южных, восточных и западных районов страны.
Оставаясь великой мировой державой, Россия к концу XIX в. уже стояла где-то между Британской империей, США и Германией, с одной стороны, и такими индустриально развитыми, но отнюдь не перворазрядными странами, как Франция, Австро-Венгрия, Италия, — с другой, уступая всем им по плотности населения, степени урбанизации, уровню грамотности и национальному доходу на душу населения.