Левый блок. Выборы 1902 г. не способствовали успокоению страстей, разбуженных делом Дрейфуса. Консервативно-националистическая оппозиция, потерпев поражение, отнюдь не была сломлена. Поэтому «левые» республиканские партии, завоевавшие большинство мест в палате депутатов, также не считали свою победу окончательной и были намерены продолжать борьбу. Они образовали в парламенте своеобразный координирующий центр — «делегацию левых». Оформленная таким образом коалиция получила название «левый блок». Взамен кабинета Вальдека-Руссо, ушедшего в отставку, было сформировано правительство из семи радикалов и трех левых республиканцев во главе с Эмилем Комбом. Социалистам на этот раз не предложили портфеля, но их фракция, состоявшая главным образом из реформистов, поддерживала правительство своими голосами.
По существу Комб продолжал, только еще более энергично, политику предыдущего кабинета. Своей главной задачей он считал борьбу с клерикализмом, поднявшим голову в годы правления прогрессистов, которые сквозь пальцы смотрели на возникновение множества незарегистрированных религиозных конгрегаций. В разгар дела Дрейфуса они поддерживали националистическую агитацию, в том числе и материально. Поэтому принятый еще в правление Вальдека-Руссо закон об ассоциациях содержал статью, направленную против конгрегаций, — разрешение на их деятельность должна была выдавать палата депутатов, а их имущество подлежало контролю со стороны префектов. Новое парламентское большинство отвергло все просьбы о регистрации конгрегаций, в результате чего сотни из них были распущены. Но этого правительству показалось мало, и в 1904 г. оно внесло законопроект о запрещении тысяч ранее разрешенных конгрегаций, также принятый «левым» республиканским большинством. Последовали и другие ограничения: монахиням запрещалось оказывать помощь пациентам военных госпиталей, военнослужащим — посещать собрания религиозных обществ, духовным лицам — получать университетские степени.
Антиклерикальная политика Комба привела к резкому ухудшению отношений между Францией и Ватиканом. После смерти Льва XIII в 1903 г. папой римским был избран Пий X, сторонник более жесткого курса во внешне- и внутри-церковных делах. После того как Ватикан выступил с серией протестов против действий французского правительства, Комб в 1904 г. заявил о разрыве с ним дипломатических отношений. В намерение правительства не входило отменять конкордат, однако логика противостояния заставила «левое» республиканское большинство решиться и на эту меру. Уже после отставки Комба особая парламентская комиссия во главе с Брианом подготовила законопроект об отделении церкви от государства, который был принят в декабре 1905 г. Согласно новому закону республика гарантировала свободу совести и свободное отправление всех культов. Но, отвергая понятие государственной религии, она фактически отказывала католической церкви в материальной поддержке, предоставляя ей возможность существовать лишь за счет пожертвований верующих. При этом имущество церкви становилось государственной собственностью, которое предоставлялось в распоряжение «культовых ассоциаций» прихожан.
Закон об отделении церкви от государства вызвал протесты со стороны французских католиков, которые усмотрели в нем посягательство на свои права. К неповиновению призывал их Пий X, специальными энцикликами осудивший закон и запретивший верующим создавать «культовые ассоциации». Тем не менее правительство приступило к выполнению закона, который предусматривал между прочим составление инвентарных описей церковного имущества. Это казенное мероприятие едва не взорвало гражданский мир. По всей стране его проведение сопровождалось массовыми выступлениями верующих, которые пытались помешать властям. Столкновения между ними нередко приводили к кровопролитию. Таким образом, непосредственно этот закон еще больше ухудшил непростые отношения между католиками и церковью, с одной стороны, и республиканским государством — с другой. Однако в долгосрочной перспективе он способствовал их нормализации на рациональной основе: церковь постепенно отказалась от притязаний на политические преимущества, а вместе с тем иссяк и основной источник антиклерикализма.
Хотя борьба с церковью была главным направлением внутренней политики «левых» республиканских кабинетов начала XX в., не оставили они без внимания и армию. Цель ее демократизации преследовал закон о снижении срока военной службы с трех до двух лет, подготовленный Комбом, но принятый при его преемнике Морисе Рувье в 1905 г. Одновременно без лишней огласки была предпринята «чистка» офицерского корпуса от лиц, связанных с клерикалами и националистами. Для этого сугубо штатский человек радикал-социалист Пельтан был назначен военно-морским министром, а известный дрейфусар генерал Андре — военным министром. Первый прославился тем, что откровенно третировал адмиралов и демонстрировал симпатии к бастующим рабочим арсеналов. С именем второго связан политический скандал, который и вызвал падение кабинета Комба в январе 1905 г. В течение нескольких лет генерал Андре тайно и совершенно противозаконно собирал сведения об умонастроениях офицеров. Помогали ему в этом франкмасонские ложи, добровольно взявшие на себя функции политического сыска. Полученные таким образом сведения принимались министром во внимание при решении кадровых вопросов.
Крайности «комбизма», как стали называть внутреннюю политику «левого блока», во многом объяснялись боевым настроем «левого» республиканского общественного мнения, мечтавшего сполна рассчитаться с врагами за прежние обиды. Однако они охлаждающе подействовали на левых республиканцев, часть которых отделилась от правительственного большинства. Ослабела и поддержка со стороны социалистов. До поры до времени они согласны были закрывать глаза на отсутствие крупных социальных реформ. Но когда весной 1906 г. поднялась волна забастовок и власти, напуганные угрозой массовых беспорядков 1 мая, увеличили столичный гарнизон до 45 тыс. солдат, социалисты забеспокоились. Они рисковали потерять доверие рабочих избирателей.
Правление радикалов. На всеобщих выборах, состоявшихся в мае 1906 г., избиратели одобрили политику «левых» республиканских партий, каждая из которых получила ощутимую прибавку депутатских мест. Но самое примечательное было то, что радикалы, завоевав 247 мандатов (что дало им значительный перевес над «правой» оппозицией, имевшей 174 мандата), отныне могли управлять страной самостоятельно, не прибегая к поддержке ни социалистов, ни левых республиканцев.
Радикальное большинство привело к власти кабинет во главе с Клемансо. В прошлом активный участник радикальной оппозиции правлению умеренных республиканцев, он впервые вошел в правительство на 65-м году жизни, заняв в марте 1906 г. пост министра внутренних дел. Этот пост он сохранил и после того, как в октябре 1906 г. возглавил правительство. Основанием тому служил рост политического напряжения в стране, связанный как с трудностями выполнения закона об отделении церкви от государства, так и с ростом революционного синдикализма.
В начале XX в. профсоюзное движение вышло далеко за рамки защиты профессиональных интересов рабочих и служащих. В 1902 г. Федерация бирж труда влилась во Всеобщую конфедерацию труда (ВКТ), образованную в 1895 г. Единый профсоюзный центр воспринял анархистские идеи Пеллутье, в том числе и о всеобщей стачке как методе осуществления революции. Эта смесь анархизма и синдикализма получила название анархо-синдикализма. Его манифестом стала так называемая Амьенская хартия, принятая съездом ВКТ в октябре 1906 г. В ней заявлялось о приверженности профсоюзов классовой борьбе вплоть до «полного освобождения, которое может быть достигнуто лишь путем экспроприации капитала». Всеобщая стачка объявлялась главным средством этой борьбы, а профсоюзы — орудием не только сопротивления эксплуататорам, но и организации производства и распределения в будущем. Наконец, хартия провозглашала независимость — не только организационную, но и доктринальную — от политических партий, не исключая социалистической.
В середине 1900-х годов ВКТ попыталась на практике осуществить эти идеи. Из каждой забастовки ее руководители пытались выжать максимальный пропагандистский эффект, рассчитывая на солидарные действия рабочих других предприятий и отраслей, ведущие к всеобщей стачке. Во многом по их вине трудовые конфликты приобрели ожесточенный характер. Не редкостью стали насильственные действия забастовщиков против фабричной администрации, штрейкбрехеров и сил правопорядка, умышленная порча имущества и пр.
Видя это, Клемансо еще в самом начале своей министерской карьеры заявил одному из руководителей ВКТ: «Вы вышли на баррикады, я же встал по другую сторону. Вы затеваете беспорядки, я же обязан защищать порядок. Следовательно, моя задача заключается в том, чтобы сорвать ваши планы. Лучше, чтобы вы отнеслись к этому как к неизбежности». И в дальнейшем Клемансо проявлял решительность всякий раз, когда действия забастовщиков прямо затрагивали интересы общества. Он широко прибегал к вводу в места забастовок армейских частей, одного присутствия которых подчас было достаточно, чтобы удержать горячие головы от необдуманных действий. Так случилось в апреле 1906 г., когда на улицы шахтерских городов и поселков было выведено 20 тыс. солдат против 40 тыс. забастовщиков. В марте 1907 г. Клемансо добился прекращения забастовки электриков, на два дня оставивших без освещения большую часть Парижа, заявив, что готов обеспечить электроснабжение силами военных техников. К несчастью, забастовка и демонстрация рабочих песчаных карьеров в Дравей и Вильнев-Сен-Жорж летом 1908 г. сопровождались возведением баррикад и столкновениями с жандармерией и войсками, в результате чего несколько человек были убиты и десятки ранены.
Однако в борьбе с тревожившими его тенденциями в забастовочном движении Клемансо не всегда мог положиться даже на армию. Летом 1907 г. южные департаменты были охвачены волнениями крестьян-виноградарей. Они несл