нерское общество.
С просьбой об имперской защите к германскому правительству обратился бременский коммерсант Людериц, который в расчете найти золото и алмазы приобрел в 1883 г. у местного африканского вождя полосу побережья в районе Ангра-Пекены. Известные предпосылки для аннексии этой территории были подготовлены Рейнским миссионерским обществом, функционировавшим в Юго-Западной Африке с 1842 г. По распоряжению Бисмарка 24 апреля 1884 г. германскому консулу в Кейптауне была направлена телеграмма, в которой сообщалось об установлении германского протектората над владениями Людерица. Узнав о намерении Капской колонии захватить эту территорию, Бисмарк заявил решительный протест британскому правительству, а немецкие военные корабли подняли германские флаги по всему побережью Юго-Западной Африки от реки Оранжевой до реки Кунене, что изрядно выходило за пределы территориальных притязаний Людерица.
Следующая германская колония была основана в 1884 г. на Новой Гвинее, где агент немецких банкиров Ганземана и Блейхрёдера Финш предъявил претензии на значительные территории в северо-восточной части острова. Командиры германских военных судов водрузили там имперские флаги, что положило начало существованию Земли кайзера Вильгельма.
Если эти аннексии были осуществлены в результате согласованных действий германского правительства и крупных немецких банкиров и коммерсантов, то иначе развертывались события в Восточной Африке. Руководитель созданного в марте 1884 г. Общества германской колонизации авантюрист Карл Петерс в конце того же года завладел в глубине Восточноафриканского побережья рядом территорий посредством обмана, подкупа и спаивания местных африканских вождей и старост. Он намеревался создать здесь «собственную империю по собственному вкусу». В феврале 1885 г., ознакомившись с договорами, подписанными Петерсом, Бисмарк согласился выдать имперскую «охранную грамоту» на приобретенные им земли. Так при Бисмарке в основном была создана Германская колониальная империя. Однако колониальная политика никогда не отвлекала внимания канцлера от европейских проблем, а сами колониальные приобретения были частью его европейской политики.
Бисмарк вступил на путь колониальной экспансии в условиях реальной опасности вытеснения Германии с экспортных рынков в колониальных и полуколониальных странах. Распоряжение о захвате Камеруна он отдал накануне Берлинской Африканской конференции, чтобы не прийти на нее с пустыми руками. Основные германские колониальные приобретения были сделаны в благоприятной международной обстановке, когда Англия пребывала в состоянии известного внешнеполитического «паралича» из-за ее не признанного в правовом отношении владения Египтом и острого колониального соперничества между Англией и Францией. Особенно выгодным для Берлина было германо-французское согласие в сфере колониальной политики. Стремясь к «примирению» с Францией, Бисмарк использовал осложнения с Англией для доказательства Парижу искренности своих намерений. Он рассчитывал также посредством колониальной экспансии укрепить свои позиции в рейхстаге, выборы в который предстояли в 1884 г. Когда ослабление трений между Англией и Россией привело к улучшению международного положения Великобритании, это, как и прекращение франко-германского колониального альянса, побудило Бисмарка впредь отказаться от каких-либо колониальных аннексий, раздражавших Лондон.
Новый германский канцлер Л. Каприви стал проводить курс на сближение с Англией, рассчитывая на ее присоединение к Тройственному союзу, во имя чего пошел на заключение с ней договора по колониальным проблемам. В 1890 г. в Берлине между Германией и Англией был подписан Гельголандский, или Гельголанд-Занзибарский, договор, урегулировавший пограничные проблемы между обеими странами в Африке. Германия отказывалась в пользу Англии от своего протектората над Виту, от притязаний на Уганду, Сомали, соглашалась с установлением британского протектората над Занзибаром и т. д. В результате территория Британской империи увеличилась на 1 млн кв. миль. Германия приобрела остров Гельголанд в Северном море, часть полосы Восточноафриканского побережья с выплатой компенсации султану Занзибара, остров Мафия, выход к реке Замбези (так называемый язык Каприви) для германской колонии в Юго-Западной Африке и небольшое увеличение территорий Того и Камеруна.
Установление колониального господства на захваченных Германией заморских территориях, создание колониальной администрации и колониальных войск, введение системы эксплуатации туземного населения столкнулись с упорным сопротивлением африканцев и меланезийцев. Это были восстания 1889–1890 и 1905–1907 гг. в Германской Восточной Африке, восстание 1891–1892 гг. в Камеруне, восстание гереро и готтентотов 1904–1907 гг. в Германской Юго-Западной Африке и др. Колонии требовали все возраставших бюджетных ассигнований.
Вновь созданное королевство Италия среди прочих территориальных притязаний считало своим законным владением Средиземное море с его Африканским побережьем от Египта до Марокко. Начало итальянской колониальной экспансии ознаменовала аннексия в 1882 г. бухты Ассаб в Красном море. Оказавшись в весьма затруднительном положении во время восстания Махди, англичане обратились за помощью к Италии, предложив за это королевству завладеть портом Массауа на Красном море, находившимся под османским сюзеренитетом. При этом англичане рассчитывали использовать переходящую к итальянцам территорию в качестве противовеса к уже занятому французами Обоку. Так в 1885 г. при попустительстве англичан итальянские войска заняли Массауа, что для императора Эфиопии Йоханныса IV означало крушение замыслов получить выход к Красному морю. Через несколько месяцев итальянский отряд захватил селение Саати на дороге Массауа-Асмара, что привело к активным боевым действиям между двумя сторонами. Вскоре эфиопские войска почти полностью уничтожили итальянский отряд численностью 550 человек у Догали, недалеко от Саати. Йоханныс IV отверг территориальные притязания итальянцев, хотя победы махдистов чрезвычайно осложнили его положение.
Захват итальянцами в 1885–1890 гг. части побережья Красного моря, названной ими в 1889 г. Эритреей, как во времена античного Рима именовалось все Красное море, действительно перекрыл Эфиопии дорогу к морю. Новый император Менелик II в 1889 г. заключил с Италией в местечке Уччиали договор о дружбе и торговле. В соответствии с договором северная граница Эфиопии была определена «на основе фактически существующего положения», что побудило итальянцев к лихорадочному захвату новых территорий. Итальянцы получали в стране права наибольшего благоприятствования, но закупать оружие Менелик II имел право только в Италии. Эфиопии предоставлялся заем.
Итальянское правительство воспользовалось тем, что тексты договора на итальянском и амхарском языках не были идентичными, и провозгласило в 1889 г. свой протекторат над Эфиопией. Все европейские страны признали такое решение Италии, кроме России, имевшей собственные интересы в этой стране. Коптская государственная религия Эфиопии была близка к русскому православию, что благоприятствовало развитию контактов между двумя странами. Осуществлявшиеся Францией и Россией поставки оружия в Эфиопию через Французское Сомали, как и дипломатическая поддержка, оказывавшаяся императору Менелику II, имели антибританскую и антиитальянскую направленность. Военные советники России помогли Эфиопии отстоять свою независимость в итало-эфиопской войне и в последующие годы. С другой стороны, важной причиной, по которой англичане поощряли экспансионистские действия Италии в Эфиопии, было завоевание французским капиталом все более прочных позиций в этой стране.
В 1895 г. итальянские войска вторглись в Эфиопию, но 1 марта 1896 г. потерпели сокрушительное поражение в битве при Адуа. По договору, подписанному в 1896 г. в Аддис-Абебе, Италия вынуждена была признать полную независимость Эфиопии, находившейся в процессе становления централизованного государства.
После закрепления англичан и французов в стратегически важных пунктах Северного Сомали итальянцы могли претендовать только на его побережье со стороны Индийского океана. Взяв восточное побережье Сомали в аренду у султана Занзибара (1889–1893), итальянцы в 1905 г. купили его и в 1908 г. превратили в свое владение — Итальянское Сомали.
Таким образом, к 1900 г. почти вся Черная Африка оказалась под прямым или косвенным европейским господством. Что же касается Африканского континента в целом, то если в 1876 г. колониальные владения европейских стран занимали лишь ⅒ его территории, то к 1900 г. ими уже было захвачено ⁹⁄₁₀ территории материка. Под колониальным контролем к 1914 г. уже находились и труднодоступные сахельские и пустынные зоны. Исключение составляли только Либерия и Эфиопия, имевшие свои исторические корни вне Африки. 1900 год явился кульминационным пунктом империалистической колониальной политики, проводившейся с 80-х годов в интересах монополистического капитала великих индустриальных держав.
На рубеже XIX и XX вв. главными носителями империалистической экспансии являлись четыре сильнейшие европейские великие державы — Англия, Франция, Германия и Россия, к которым присоединились две заморские великие державы — Япония и США. К ним примыкали несколько средних и более мелких государств, располагавших выходом в Атлантический океан, — Испания, Португалия, Нидерланды и Бельгия. Италия, как средиземноморская страна, в осуществлении своей колониальной экспансии должна была руководствоваться возможностью прохода своих судов через Суэцкий канал. Если такой обширный вакуум власти, как Черная Африка, а также Полинезия были к началу XX в. «заполнены» колониальными державами, то оставались «вакантными» крупные вакуумы власти Латинская Америка, Китай, Османская империя и такие менее значительные вакуумы власти, как отдельные территории Северной Африки, еще находившиеся под османским сюзеренитетом, а также Марокко, Персия и часть Центральной Азии. Латинская Америка играла в европейской колониальной политике второстепенную и эпизодическую роль (например, предпринятая в 1902–1903 гг. Англией, Германией и Италией попытка с помощью военных кораблей принудить Венесуэлу к уплате долгов). Принятие в США в 1823 г. «доктрины Монро» с популярным лозунгом «Америка для американцев», не допускавшей создания новых европейских колоний на Американском континенте, служило гегемонистской политике США в Центральной и Южной Америке.