В конце августа 1792 г. Парижская коммуна под предлогом борьбы с контрреволюционными заговорщиками и «предателями» организовала силами национальной гвардии и «федератов» аресты «подозрительных» лиц. А затем, 2–5 сентября, Коммуна позволила революционным толпам при прямом попустительстве должностных лиц, например министра юстиции Дантона, осуществить массовые убийства заключенных парижских тюрем, большей частью ни в каких заговорах не замешанных. По примеру Парижа подобные расправы произошли и в других городах — Версале, Реймсе, Лионе, Кане. Жертвами так называемых «сентябрьских убийств» только в Париже стали до полутора тысяч человек.
20 сентября 1792 г. состоялось последнее заседание Законодательного собрания, и в тот же день начал свою работу новоизбранный Конвент. Он насчитывал свыше 750 депутатов, из которых 79 были в прошлом членами Учредительного собрания, а 181 — Законодательного.
По профессии большинство депутатов Конвента, как до него и большинство членов Законодательного собрания, были юристами и вообще лицами свободных профессий (свыше 500). Но в политическом составе Конвента по сравнению с Законодательным собранием произошли большие изменения. Практически прекратила существование некогда господствующая партия конституционных монархистов. Несколько видных ее деятелей, избранных в Конвент, в частности Сийес, не имели особого влияния. Бесспорно господствовали в Конвенте республиканские группировки. Самой крупной из них были жирондисты, насчитывавшие 165 депутатов. Из Законодательного собрания в Конвент перешли все их видные деятели — Бриссо, Верньо, Кондорсе и Гаде. Немного уступали им в численности монтаньяры — ПО депутатов. Их возглавляли Робеспьер, Дантон, Марат, Кутон, Карно и Сен-Жюст. Спустя несколько месяцев число монтаньяров увеличилось до 150 человек. Большинство депутатов (около 500 человек) прямо не входили ни в одну группировку, но поддерживали ту из них, за которой в данный момент были сила и власть. Их презрительно называли «болотом».
Одним из первых актов Конвента, принятым 21 сентября 1792 г., было упразднение монархии и учреждение во Франции республики. В историю она вошла как Первая и существовала почти 12 лет — до того момента, пока в марте 1804 г. ее не упразднил Наполеон Бонапарт, объявленный императором.
В Конвенте с самого начала обострилось соперничество между жирондистами и монтаньярами за первенство. Их вражда во многом объяснялась различиями в социальной и политической природе обеих партий. Сила жирондистов заключалась в их связях с провинцией, с торговыми и промышленными интересами портовых городов запада и юго-запада Франции. При всем авантюризме своей внешней и внутренней политики жирондисты стремились сохранить облик респектабельной правящей партии, уважающей законность (в том числе и права собственности) и нормы парламентаризма. Придя к власти, они отмежевались и от Коммуны, и от ответственности за «сентябрьские убийства». Осенью 1792 г. они покинули Якобинский клуб, что ознаменовало их разрыв с монтаньярами.
Более демократической по своему облику была партия монтаньяров. После ухода жирондистов из Якобинского клуба именем якобинцев стали называть партию монтаньяров. Им удалось завоевать доверие народных революционных движений городов. В частности, они установили тесные связи с Парижской коммуной, руководители которой Шометт и Эбер вступили в Якобинский клуб. Опираясь на Коммуну и народные движения, монтаньяры сумели в дальнейшем победить жирондистов.
Начало работы Конвента совпало с некоторым улучшением военного положения революционной Франции. Осенью 1792 г. французам удалось добиться важных побед. 20 сентября они заставили пруссаков отступить близ местечка Вальми, а 6 ноября разгромили австрийцев в сражении при Жемаппе. Французские армии вторглись в Южные Нидерланды и германские земли, овладев городами Брюссель, Майнц и Франкфурт-на-Майне.
В связи с перенесением военных действий за пределы Франции встал вопрос о политике по отношению к странам и народам, занятым французскими войсками. Вопрос весьма щекотливый, потому что эти страны издавна были целью французской внешней экспансии, по крайней мере со времени короля Людовика XIV, стремившегося овладеть «естественными границами» по Рейну.
Осенью 1792 г. по вопросам внешней политики в Конвенте разгорелись бурные дебаты. В конце концов была принята теория революционной войны, т. е. войны, ведущейся не в целях захвата чужих территорий, а в целях утверждения принципов и идеалов Французской революции за рубежами страны. 15 декабря по докладу Камбона, выдвинувшего лозунг «Мир — хижинам, война — дворцам!», Конвент принял декрет, который обязал командование французской армии на оккупированной территории отменять феодальные права и привилегии, крепостное право, церковную десятину, отстранять старые власти и организовывать избрание новой администрации. Правда, плату за освобождение этот декрет возложил на сами народы оккупированных стран. Они должны были снабжать французские войска одеждой, продовольствием и денежными средствами для оплаты военных расходов.
Но едва успел отзвучать этот лозунг, как Конвент стал, по существу, аннексировать «освобожденные» страны, ссылаясь при этом на просьбы их народов об объединении с Францией. В конце 1792 — начале 1793 г. таким образом к Франции были присоединены Южные Нидерланды (будущая Бельгия), германские земли на левом берегу Рейна, а также Савойя и Ницца.
На фоне победных реляций с фронта обострилась борьба за власть между жирондистами и монтаньярами. Яблоком раздора между ними стала судьба Людовика Капета, как стали называть свергнутого короля, лишенного своего официального титула. Наказать его за преступления против революции потребовала Коммуна. Это требование поддержали монтаньяры. Жирондисты заняли уклончивую позицию. Их не особенно беспокоила судьба Людовика XVI, но они прекрасно понимали, что расправа над ним еще выше поднимет авторитет Коммуны и монтаньяров.
Под давлением Коммуны депутаты Конвента все же решили провести следствие по делу о преступлениях короля. Было установлено, что он поддерживал связи с контрреволюционной эмиграцией и дворами Австрии и Пруссии и призывал во Францию иностранные войска. Обнаружились также свидетельства тому, что с ним обсуждали планы государственного переворота такие видные деятели конституционно-монархической партии, как Мирабо и Лафайет. Можно представить, какая кара ожидала этих политиков, если бы Мирабо не умер еще в 1791 г., а Лафайет не бежал вскоре после восстания 10 августа 1792 г. к австрийцам (которые его арестовали и несколько лет продержали в тюрьме). Во всяком случае, представленные документы показались депутатам настолько убедительными, что 3 декабря 1792 г. они решили предать бывшего короля суду Конвента.
Процесс над бывшим королем растянулся более чем на месяц. Его виновность была признана депутатами единогласно. «Апелляция к народу» (т. е. референдум) была отвергнута значительным перевесом голосов. Наконец, большинством всего лишь в один голос бывший король был приговорен к смертной казни. 21 января 1793 г. Людовик XVI был обезглавлен на гильотине[2]. Осуждение и казнь бывшего короля явились крупной политической победой монтаньяров над жирондистами. С этого времени начинается взлет их могущества.
Весной 1793 г. международное и внутреннее положение Французской республики резко ухудшилось. Оккупация и аннексия иностранных земель, а также казнь Людбвика XVI настроили против Франции большинство государств: Великобритания, Республика Соединенных провинций Нидерландов, Священная Римская империя, Россия, Испания, Сардинское королевство и другие заявили о разрыве отношений с республикой. Большинство из них поддержали Австрию и Пруссию в войне с Францией. Возникла так называемая первая антифранцузская коалиция, организатором которой явилась Великобритания. Целями войны со стороны коалиции были как борьба с французской экспансией, так и стремление восстановить во Франции монархию Бурбонов. При этом воюющие державы, в особенности Великобритания, не забывали и о своих давних счетах с этой страной.
В марте 1793 г. французы потерпели крупное военное поражение в Нидерландах, которое вынудило их отступить с завоеванной территории. За этим поражением последовал еще один удар: в апреле командующий французской Северной армией, действовавшей против австрийцев в Нидерландах, генерал Дюмурье перешел на сторону противника. Хотя ему не удалось увлечь за собой войска, тем не менее ущерб для Франции был огромен. Одновременно вспыхнуло и контрреволюционное восстание в тылу. Его подняли крестьяне на северо-западе страны. Одним из центров восстания стал департамент Вандея, поэтому его и называют Вандейским, а самих повстанцев — вандейцами. Повстанцев к северу от Луары, в Бретани и департаменте Мэн, называли шуанами, поскольку их боевым кличем был крик лесной совы (лесная сова по-французски — chat-huant). Население этого довольно отсталого в экономическом и культурном отношении края отличалось большой религиозностью и преданностью монархии. Поэтому, когда начались преследования неприсягнувших священников, а в особенности когда был казнен Людовик XVI, контрреволюционному дворянству не составило большого труда поднять крестьян на восстание. Причем среди его руководителей были не только дворяне, но и простолюдины. Вандейское и шуанское восстания продолжались с перерывами приблизительно до 1800 г. Война между повстанцами и республиканскими войсками отличалась крайней жестокостью.
Резко ухудшилось весной и экономическое положение Франции. Конвент продолжал накачивать экономику необеспеченными ассигнатами. В результате их курс к январю 1793 г. упал по сравнению с первоначальным до 50 %. Еще в большей пропорции выросли цены на основные потребительские товары.
На почве дороговизны в крупных городах, особенно в Париже, вспыхнули народные волнения. Во главе этого движения стоял бывший священник Жак Ру. В дороговизне и нехватке продовольствия он обвинял скупщиков и спекулянтов, которые наживаются на несчастье бедняков. Поэтому, с одной стороны, он требовал их сурового наказания, вплоть до смертной казни, а с другой — отмены свободы хлебной торговли, установления государственного контроля за запасами продовольствия, а также введения твердых цен на продукты питания. За экстремизм современники прозвали Жака Ру и его сторонников «бешеными».