— Он мух от себя отгоняет или нам грозит? — поинтересовался домовенок.
— Да, хотелось бы в целом узнать, чего сей господин желает, — заметил Баюн. — И что требует?
Тем временем колдун, словно потерпевший, орал все громче и громче.
— Как всегда, — вслушиваясь, отметил Никодим. — Мировое господство. Он также считает себя божеством и требует построить ему хрустальный дворец на самом высоком холме города. Еще он передает, что будет милостив и не будет стирать с лица земли наше поселение. Он полностью удовлетворится, если жители построят в честь его высочества девять храмов, признают его своим верховным божеством и ежемесячно будут приносить ему в жертву двенадцать прекрасных дев и столько же юношей.
— Карандаш ему передайте, для закатывания губ! — раздраженно сказал Серега. — Он ставит заведомо невыполнимые условия.
Гулкаргул перестал митинговать и щелкнул когтистым пальцем. Рой мух рухнул замертво на землю.
— А если вы, жалкие червяки, не выполните моих требований, я уничтожу вас как этих мух! — вдруг на чистом русском прошипел маг и зловеще захихикал. — И заодно весь ваш нечестивый город!
Колдун в подтверждение своих слов врезал по асфальту посохом. По дороге побежали глубокие трещины. Изображение в блюде закачалось. Но этим представление не ограничилось. Небо за спиной Гулкаргула почернело. Из тьмы возник огромный смерч и устремился к линиям ЛЭП. Пройдя сквозь лесопосадки, он вырвал с корнем и поднял в воздух несколько крупных вязов, а затем обрушился на металлические конструкции. Вихрь крушил стальные опоры, словно они были сделаны из тонкой проволоки. Затем грянул гром. Смерч исчез, оставив после себя гору переломанных деревьев вперемешку с покореженными обломками.
— Я приду в полночь! — угрожающе прошепелявил Гулкаргул. — Выбирайте сами: покорность или страшная погибель!
Потапыч убрал яблочко с блюдца, изображение исчезло.
— Ну и что скажете? — вопросил Михалыч.
— Ему ничего не нужно, — глухо заметил Малюта. — Все эти требования — лишь поиск повода. Он идет сюда с одной целью — разнести город на кирпичи и развеять его по ветру.
На кухне повисла напряженная секундная тишина.
— Я вам это уже битый час втолковываю, — раздраженно отозвался Серега.
— У нас не остается выбора, — мрачно прокомментировал старейшина домовых. — Будем биться!
— Биться придется. Вопроса нет, — проворчал представитель агентства. — Только кто будет колдуна утихомиривать? Из тех спецов, кто мог бы нам помочь, никого нет в городе. Из нашего отдела я один в конторе. Вовка в командировке, где-то на Урале нечисть изводит. Светка у гномов застряла. Все маги да ведьмы в отпусках, до одних не дозвонишься, другие не успеют к полуночи. Один Горинович откликнулся, обещал помочь.
— Уже легче, — вздохнул Потапыч. — Справимся имеющимися силами.
— Кто такой Горинович? — Меня распирало от любопытства.
— Скоро увидишь, — подмигнул Серега и тут же принялся орать в телефон: — Леля! Как там потерпевшие? — вопрошал он. — Что значит — украл души? И как их теперь вернуть?! Ты давай там не раскисай! Мы сделаем все, что в наших силах! А ты ворожи! Жертв быть не должно! Гулкаргул крадет души у своих жертв, — видя мое недоумение, объяснил Серега. — Чтобы усилить свои магические способности. Хранит, похоже, в посохе. Раздолбаем посох, высвободим души, и коматозники в больнице придут в себя. У нас в запасе есть максимум двенадцать часов, потом будет уже поздно.
— Нам нужно собрать исчерпывающие сведения о Гулкаргуле и о победе над ним Сбыни, — подал идею Никодим. — Так мы сможем нащупать слабое место злодея.
— Ишь, мысли читаешь! — пробурчал старейшина и для важности момента стукнул посохом по полу. — Собираем воедино все, что разыщем! Я поспрашиваю родичей и духов. Встречаемся здесь же в шесть вечера.
— Я телепортируюсь в библиотеку! — отозвался Малюта и принялся что-то быстро вычерчивать карандашом на двери в кладовку.
— Пообщаюсь с лидийскими магами и, если успею, с эльфами! — промурлыкал кот.
— А я никуда не пойду, — ухмыльнулся Малец, размахивая ноутбуком. — У меня все с собой!
Кот с Потапычем, как интеллигенты, вышли через дверь, предпочитая не будоражить непосвященных своими передвижениями. Малюта же, «невзирая на лица», накорябал какие-то руны на входе в кладовку и проурчал что-то невразумительное себе под нос. Руны на двери засветились ядовито-зеленым светом.
— Только не у меня дома! — заорал я. В прошлый раз криво проложенный портал сжег проводку во всей квартире.
— Не волнуйся! — успокоил домовой. — Я умею телепортироваться, в отличие от некоторых!
Он решительно открыл сияющую дверь и вышел. В приоткрытую створку я мельком увидел огромную деревянную горницу, до потолка заставленную стеллажами с книгами и свитками.
Секунда — и домовой исчез за дверью. Пропало и сияние. Я осторожно заглянул в кладовку. Там было все по-старому. Громоздились стройматериалы для ремонта, обувь, верхняя одежда, пылесос и масса бесполезного хлама.
Прошло несколько часов, и члены антикризисного штаба вновь собрались на кухне.
— Итак, что мы имеем? — вопросил Потапыч.
— В книге «Сокровенных посланий потомкам» написано, что Гулкаргул может убить самого себя, — отозвался Малюта. — Сбыня, похоже, просто обратил заклинание супостата против него самого.
— И я нашел схожую информацию, — гордо заявил Малец. — Вот только там не говорилось, что Сбыня одолел мага заклинанием-перевертышем. Здесь что-то иное.
— Маг быстро выходит из себя, не контролирует своих эмоций и может совершить ошибку, на чем и был пойман почтеннейшим домовым, — добавил Баюн.
— Но, похоже, универсального средства против Гулкаргула нет, — сделал вывод Серега.
— Что ж, придется действовать традиционными методами, — хмуро проворчал старейшина.
Серега вновь развернул на столе карту местности и ткнул пальцем в перекресток дорог к северу от города.
— Вот самое удобное место, чтобы встретить нашего гостя, — с видом Кутузова важно провозгласил он. — Относительно безлюдно, от города примерно километров десять по северной трассе.
— Подождите, мне кажется, решение где-то на поверхности, — пискнул домовенок.
— Хоть ты и мал, но чутье у тебя домовитое, — отметил Потапыч. — Посему оставайся здесь, обдумай. А нам уже пора отправляться. Время не терпит. Как надумаешь, придешь на подмогу.
Сборы заняли целый час.
— Наш представитель в мэрии сбежал из города, как только узнал о приближении колдуна! — возмущался Серега.
— И правильно сделал, — отозвался Никодим. — Наши почти все покидают город.
— Видать, не верят в викторию. Напрасно, — заметил Малюта.
— В город стекаются темные духи, — мрачно отметил Серега. — Пира ждут.
— Это что еще такое? — поинтересовался я.
— Существа тонких миров, энерго-информационной природы, питающиеся негативной энергетикой, — ответил Баюн. — В том числе и человеческими эмоциями. Страхом, болью, гневом, отчаянием. Обычно собираются в местах, где в ближайшем будущем произойдут катастрофы или катаклизмы с человеческими жертвами.
— Надеюсь, они уберутся из города несолоно хлебавши, — отозвался Малюта.
Серега задумчиво почесал двухдневную щетину.
— Нам надо бы отвлечь мага на какое-то время. Человек из городской администрации мог бы это сделать. Затянуть время переговорами. Может, мне самому в этой роли выступить?
— Да ты сдурел, Сергей Михайлович! От тебя магией прет за версту! — возразил Малюта. — Гулкаргул сразу почует подвох.
Все, как по команде, уставились на меня.
— У нас есть доброволец! — радостно отметил Серега.
— Ты уверен? — по-отечески спросил Никодим.
Идея мне не понравилась. Колдун мог лишить не только здоровья. Я вспомнил навозных мух. Оставалась лишь слабая надежда на защитную магию домовых. Остатки разума отчаянно призывали к благоразумному отказу, но организм требовал адреналина, и я проблеял согласие.
— Что нужно делать?
— Для начала побриться, причесаться и переодеться в приличный костюм, — посоветовал Михалыч.
С недобрым предчувствием ваш покорный слуга поплелся бриться и переодеваться.
Когда я был готов и вышел на дефиле (то есть на кухню) в своем черном костюме, весь антикризисный штаб придирчиво осмотрел мой наряд и полностью его одобрил.
Потапыч вручил мне маленький деревянный амулет в виде человекоподобной фигурки на веревочке.
— Не смотри, что простенький на вид, — наставлял старейшина. — Сам защиту накладывал. Убережет тебя от лиходейской магии, да и колдун ничего не почует.
Тем временем вся остальная команда вооружалась и запасалась всевозможными оберегами, артефактами и железками. Даже у Баюна на шее появилась ленточка с маленьким флакончиком из горного хрусталя. Приглядевшись, я заметил внутри емкости метавшуюся светящуюся точку. Серега, как всегда, был экипирован просто: кроме меча в ножнах — ничего лишнего.
— Почему оберегами не пользуешься? — поинтересовался я.
— У него почти полный иммунитет к атакующей магии, — подсказал Малюта, крутя в руках гоблинский молот. — Такие люди редко встречаются. Примерно один человек на сто тысяч. Иначе твоего приятеля не взяли бы в агентство на веселую должность.
Домовой отвернулся к столу и принялся шаманить над гоблинским оружием. Наш постоялец тоже решился участвовать в рискованном деле.
Потапыч путем несложных заклинаний превратил Боба в пятилетнего головастого мальчишку, а его боевой молот — в игрушечный пластмассовый молоточек. Затем меч Сергея стал обычной на вид китайской удочкой.
— Чтобы лишние глаза не привлекать, — прокомментировал свою ворожбу старейшина. — Все готовы?
Домовой обвел нас внимательным взглядом.
— Ну, тогда в добрый путь! — скомандовал Потапыч. — Задом выходите, чтобы вернуться!
— Может, телепортом? — предложил Серега.
— Ну и ленив же ты, Сергей Михайлович! Пешком дойдешь! — буркнул Малюта. — Не буду я тратить силы перед боем. Да и следы телепорта суп