— Его родители уже попросили меня заняться этим, — ответил Роман и, заметив удивленный взгляд, который бросила на него Аннабелл, с кислой миной спросил: — А что ты знаешь об этом?
Она кратко описала ему встречу с Трайной и намекнула на возможную связь этого дела с проблемами компьютерной компании Рэнда.
Роман усмехнулся.
— Любопытно. Формально у нас связаны руки, так как этим случаем заинтересовалось ФБР. Однако неофициально ты можешь продолжить расследование, на тот случай, если вдруг обнаружится связь с делом Рэнда, что, кстати, может обернуться большим скандалом. Мы оба будем поддерживать связь с Трайной и семейством Ладлоу. Посмотрим, куда это нас приведет. Кстати, хочу поздравить тебя с находкой «хонды». Сегодня утром мистер Вандерхуф звонил мне. Ты его не на шутку расчесала. Он без ума от тебя. Так что будь осторожна. Он вдовец и считает тебя самым очаровательным созданием со времен Мэрилин Монро.
Аннабелл тихо застонала.
— Как я уже неоднократно говорил, я рад, что ты в нашей команде. Рэнд знал, к кому обратиться, чтобы добиться результата. Удачи тебе!
— Благодарю! Мне она может понадобиться.
— Если захочешь посоветоваться, я всегда к твоим услугам.
— Я это знаю.
— Прекрасно! Ну, оставляю тебя утрясать все вопросы с Рэндом. — Он чуть помолчал. — Не так уж часто случается, что частный детектив и ее клиент имели в прошлом какие-то отношения. По крайней мере, вам не нужно узнавать друг друга, что в нашем деле жизненно важно. Образно говоря, лед уже сломан, и пусть это работает на тебя, Аннабелл.
Она молча кивнула. Рэнд походил скорее не на ледяную поверхность, а на айсберг, большая и самая трудная для понимания часть которого скрывалась под водой.
Изо всех сил надеясь на то, что в разговоре с ним сумеет скрыть некогда причиненную им боль, она прошла в кабинет Романа и увидела небрежно развалившегося в кресле Рэнда.
— Роман попросил меня взяться за твое дело, и я согласилась, — намеренно избегая его взгляда, сказала она. — Оставь мне телефон, по которому я могла бы связаться с тобой. Позвоню сегодня же, до конца рабочего дня. Пока!
Сказав это, она поспешила выйти, сдернула с вешалки свой жакет и натянула его поверх блузки из мягкой ткани джерси. Самые лучшие мысли обычно приходили ей в голову во время продолжительных поездок на ее стареньком мотоцикле, который она унаследовала от отца, умершего от сердечного приступа четыре года назад.
Мать свою Аннабелл не знала, та скончалась в результате послеродовых осложнений. Отец решил больше не жениться, и они жили вдвоем, представляя собой дружную, спаянную команду. Отец бережно заботился о дочери и был ее лучшим другом и наставником.
Хорошо, что сейчас весна, думала Аннабелл, мчась по пригородному шоссе на мотоцикле. Ей всегда становилось лучше с ее приходом. В сентябре ее охватывала тоска. К декабрю у Аннабелл развивалась черная депрессия, а январь она просто не выносила. Поэтому обычно брала отпуск и отправлялась во Флориду с Джэнет, юристом, занимавшимся делами о банкротствах. Они проводили большую часть времени на пляже и по очереди читали друг другу книжки.
Последний январь отличался от предыдущих. Из-за разрыва с Рэндом он оказался самым ужасным и одиноким периодом в ее жизни. Аннабелл потеряла интерес ко всему на свете, даже к чтению.
Все вокруг напоминало ей о том, что она предпочла бы забыть. Даже Джэнет признала, что отпуск не удался, и они вернулись домой раньше обычного.
И вот теперь, трудно поверить, Рэнд снова появился в ее жизни.
Аннабелл направлялась в сторону возвышавшихся впереди Уосатчских гор к востоку от Солт-Лейка. Их вершины все еще были покрыты снегом. На полпути к каньону Лэмб она случайно взглянула в боковое зеркало и увидела догонявшего ее мотоциклиста. Весь в черном, он выглядел угрожающе.
Многие мотоциклисты любят ездить группами, но Аннабелл предпочитала одиночество. А незнакомец оказался весьма нахальным: поравнявшись с ней, он сбросил скорость и продолжал ехать рядом.
Приблизившись к повороту возле каньона Лэмб, Аннабелл резко увеличила скорость, а затем свернула на боковую дорогу и вновь взглянула в зеркало.
Облаченный во все черное незнакомец продолжал преследовать ее. Удивленная его упорством, Аннабелл притормозила, а затем и совсем остановилась, для устойчивости упершись одной ногой в землю.
Приблизившись к ней, мотоциклист остановился в ярде от нее и снял защитные очки. Лишь у одного из ее знакомых могли быть глаза такой голубизны. Похоже, у нее галлюцинации. Или мания преследования. С каких это пор он ездит на мотоцикле?
— Рэнд! Ни один из твоих акционеров не узнал бы тебя в этом рокерском прикиде. Я же обещала позвонить тебе позже.
Его губы чуть искривились в усмешке.
— Помню, но мне вдруг захотелось глотнуть свежего воздуха. А тут увидел, что ты направилась к горам, и не смог удержаться от искушения последовать за тобой. Ты не против?
Рэнд снова уселся на мотоцикл и сложил на груди руки. Глаза его потемнели, как это бывало раньше, когда его охватывало сильное желание.
Под его взглядом Аннабелл почувствовала себя неуютно.
— Что бы я ни думала, что бы ни хотела, ты все равно уже здесь.
— Так как я нанял классного частного детектива, то, думаю, можно с пользой потратить время и обсудить дело за поздним ланчем.
В общем-то, он прав. Нет никакого смысла уклоняться от неизбежного.
— Как насчет гамбургера? Я собиралась купить один в Парк-Сити.
Рэнд одарил ее своей неотразимой улыбкой.
— По сравнению с фалафел даже гамбургер покажется деликатесом.
— Это что-то вегетарианское?
Он кивнул.
— Одно время я встречался с вегетарианкой.
Аннабелл внутренне напряглась.
— Раз ты употребил прошедшее время, я полагаю, это не та, о которой упоминается в журнале «Тудэйз форчун»?
Он пристально взглянул на нее.
— Так ты прочла статью. Ну и что ты об этом думаешь?
— Автору блестяще удалось скрыть основные факты.
— Главное — то, что в ближайшее время я вряд ли обзаведусь госпожой Данбартон.
— В самом деле?
Ей показалось, что ее сердце стучит слишком гулко.
— Именно так. Что до вегетарианства, я перестал встречаться с ней не из-за этого.
— Понимаю.
На самом деле она ничего не понимала. По правде говоря, упоминание о любой женщине Рэнда почему-то задевало ее.
— Не желаешь спросить, почему?
— Это никак не связано с решением твоей проблемы.
— Тебе же любопытно! С чего ты взял?
В глазах Рэнда появился опасный блеск.
— Потому что от тебя исходят мощнейшие флюиды. Я почувствовал их даже сквозь стены кабинета Романа Луфки. Признайся, что ты рада снова меня видеть.
От внезапной сухости во рту Аннабелл не смогла ничего ответить, и Рэнд понял это.
— Сейчас нам обоим важно понять некоторые принципиальные моменты, так как отныне мы работаем в одной связке.
Ее пальцы судорожно сжали рукоятки руля.
— Твоя интимная жизнь никак не связана с этим делом.
— Не могу согласиться. Для поимки хакера нам придется выработать определенную стратегию, поэтому тебе следует знать, что я в твоем распоряжении в любое время дня и ночи. Из своих источников я выяснил, что в настоящее время у тебя также нет с кем-либо серьезной связи, так что, на мое счастье, ты можешь полностью посвятить себя работе. Как я понимаю, то, что мы с тобой оба свободны, значительно облегчает наше сотрудничество.
Аннабелл была не в состоянии выслушивать весь этот бред.
— Не знаю, как ты, а я просто умираю с голода. На всякий случай, если ты едешь в другую сторону, давай встретимся через полчаса в кафе «Райские деликатесы» на южной окраине Парк-Сити.
— Не беспокойся. Я найду тебя.
Его слова долгим эхом прозвучали в ее сердце.
Глава вторая
Это были те же самые слова, что были сказаны им после поимки шантажиста, угрожавшего подложить бомбу в здание компьютерной фирмы, в тот день, когда они впервые встретились в Финиксе.
Закончив писать рапорт по данному делу, она заявила мистеру Данбартону, что в случае возникновения у него новых проблем он может обратиться в полицейское управление, и там кто-нибудь подскажет, где ее найти.
Покидая его офис, она услышала:
— Не беспокойся. Я найду тебя.
Буквально на следующий день, к концу смены, один из ее тогдашних коллег по имени Пако бросил ей:
— Аннабелл, тебя в приемной дожидается какой-то парень. Я и не знал, что у тебя вечером любовное свидание.
Она не поняла, о ком идет речь. После переезда в Финикс в ее жизни не было ни одного сколько-нибудь серьезного увлечения. В полицейском управлении работало несколько привлекательных мужчин, но они были не в счет из-за строгого правила, запрещавшего любовные интрижки среди сотрудников.
Однако накануне, расследуя дело о попытке взрыва, она действительно познакомилась с человеком, какой если и существует, как она думала раньше, то только в мечтах и в любовных романах.
Одна мысль о нем вызывала в ней странные чувства. Аннабелл это не нравилось, и она старательно избегала о нем думать, однако его образ продолжал преследовать ее.
— Какое еще свидание? Я собираюсь сегодня вечером поиграть с тобой и остальными ребятами в кегли.
— Это здорово, так как у меня на тебя большие виды. Но вначале, разумеется, я позволю тебе выиграть. — Пако, с его черными глазами и густыми усами, выглядел довольно лихим парнем и прекрасно знал это.
— Забудь о них, Ромео. Кегельбан, затем душ и в постель.
— Точь-в-точь моя идея.
Она усмехнулась.
— И не надейся! Ладно, я ухожу — узнаю, что за тип и что ему от меня нужно, и буду ждать вас, ребята, на автостоянке.
— Даем тебе пять минут, чтобы избавиться от этого приставалы, кем бы он ни был.
Аннабелл развернулась к шкафам, где хранились вещи сотрудников, взяла свою спортивную сумку, а затем поспешила в приемную, чтобы выяснить, кто ее спрашивал. Завернув за угол, она увидела мужчину, из-за которого долго не могла заснуть прошлой ночью, и… ее ноги словно приросли к полу.