Последним в строю летел лейтенант Александр Горовец. Всё хорошо. Исправно гудит мотор. Стрелки приборов застыли на нужных метках. Летит Горовец. Знает – впереди лишь минутный отдых. Посадка. Заправка. И снова в воздух. Нелегко авиации в эти дни. Битва не только гремит на земле – поднялась этажами в воздух.
Летит Горовец, небо окинет взглядом, взглядом проверит землю. Вдруг видит – летят самолёты: чуть сзади, чуть в стороне. Присмотрелся – фашистские бомбардировщики.
Начал лётчик кричать своим. Не ответил никто из наших. Сплюнул пилот в досаде. Зло посмотрел на рацию. Не работает, смолкла рация.
Идут фашистские бомбардировщики курсом к нашим наземным позициям. Там и обрушат смертельный груз.
Подумал секунду лейтенант Горовец. Затем развернул самолёт и устремился к врагам навстречу.
Врезался лётчик в фашистский строй. Первой атакой пошёл на ведущего. Стремительным был удар. Секунда. Вторая. Ура! Вспыхнул свечой ведущий.
Развернулся лейтенант Горовец, на второго фашиста бросился.
Ура! И этот рухнул.
Рванулся к третьему. Падает третий.
Расстроился строй фашистов. Атакует врагов Горовец. Снова заход и снова.
Четвёртый упал фашист.
Вспыхнул пятый.
Шестой!
Седьмой!
Уходят фашисты.
Но и это ещё не всё. Не отпускает врагов Горовец. Бросился вслед. Вот восьмой самолёт в прицеле. Вот и он задымил, как факел. Секунда. Секунда. И сбит самолёт девятый.
Бой лётчика Горовца был уникальным, неповторимым. Много подвигов совершили советские лётчики в небе. Сбивали в одном полёте по три, по четыре, по пять и даже по шесть фашистов. Но чтобы девять! Нет. Такого не было. Ни до Горовца. Ни после. Ни у нас. Ни в одной из других воюющих армий. Лейтенант Горовец стал Героем Советского Союза.
Не вернулся из полёта лейтенант Александр Константинович Горовец. Уже на обратном пути к аэродрому набросились на героя четыре фашистских истребителя.
Погиб лейтенант Горовец. А подвиг живёт. И рассказы о нём ходят как быль, как сказка.
Три подвига
Многие советские лётчики отличились в боях под Курском.
Весной 1942 года в тяжёлых схватках на Северо-Западном фронте в воздушном бою один из советских лётчиков был тяжело ранен, а его самолёт подбит. Лётчик опустился на территорию, занятую врагом. Он оказался один в лесной глуши. Лётчик стал лицом к востоку и начал пробираться к своим. Он шёл сквозь снежные сугробы, один, без людей, без еды.
Солнце садилось и всходило.
А он шёл и шёл.
Болели раны. Но он превозмогал боль.
Он шёл и шёл.
Когда силы его покидали, он продолжал ползти.
Метр за метром. Сантиметр за сантиметром.
Он не сдавался.
Солнце всходило и садилось.
А он шёл и шёл.
Он совершил подвиг и дошёл до своих.
На восемнадцатые сутки, измождённого и обмороженного, его подобрали партизаны. На самолёте он был доставлен в госпиталь. И тут самое страшное – неумолимый приговор врачей: необходима операция. Лётчик обморожен.
Лётчик лишился ног.
Но лётчик хотел летать. Хотел продолжать бить ненавистного врага.
И вот он совершает второй свой подвиг. Лётчику сделали протезы. Он начал тренироваться ходить с костылями, а затем… без костылей.
Теперь он упросил врачей разрешить сесть ему в самолёт. Он был настойчив, и врачи уступили. Лётчик снова на лётном поле. Вот он в кабине. Он снова в воздухе.
И опять тренировки, тренировки, бесчисленные тренировки.
Его проверили самые придирчивые экзаменаторы и разрешили летать.
– Только в тылу, – сказали лётчику.
Лётчик упросил отправить его на фронт.
Лётчик упросил доверить ему истребитель.
Он прибыл под Курск незадолго до начала Курской битвы. По первой же тревоге он поднялся в воздух.
Тут под Курском он совершил свой третий подвиг. В первых же боях он сбил три вражеских самолёта.
Этот лётчик известен всей стране. Имя его – Алексей Петрович Маресьев. Он Герой Советского Союза. О нём написана прекрасная книга. Автор её – писатель Борис Полевой. «Повесть о настоящем человеке» – называется эта книга.
Чёрный день
Гудит, грохочет металлом битва. Сошлись две силы на русском поле. Лавина стали сошлась с лавиной. Смешались в схватке огонь и люди. Зловещей гарью покрылось небо.
12 июля 1943 года под селением Прохоровка, южнее Курска, произошло величайшее во всей истории Великой Отечественной войны танковое сражение. Почти 1200 боевых машин и самоходных орудий приняло участие в этом небывалом сражении.
Через Прохоровку проходила железная дорога из Белгорода на Курск. Сюда и устремились теперь фашисты. Движутся фашистские танки – «тигры», «пантеры» и самоходные орудия – «фердинанды» на Прохоровку. А в это время навстречу фашистам идёт советская танковая армия. Встретились танки. Вступили в бой.
Ворвались наши в ряды фашистов. Ближний бой выгоден нашим танкам. В ближнем бою теряют фашистские «тигры» своё преимущество. С близкого расстояния легче у «тигра» пробить броню, легче зайти и ударить сбоку.
Умело бьются советские танкисты. Достаётся фашистским «тиграм». Но и наши несут потери. Разгорается ярче битва.
На помощь танкам пришли самолёты. Повисли они над полем. Истребители, штурмовики, бомбардировщики. Наши и фашистские – смешались в небе. И там под солнцем грохочет битва.
На помощь танкам пришла артиллерия. Наша и фашистская. Бьют пушки прямой наводкой. Стойко стоят расчёты. Снаряды дырявят небо и землю.
Солнце давно в зените. В полном разгаре битва. Плацдарм, на котором идёт сражение, совсем невелик. Река Псёл с одной стороны. С другой – железнодорожная насыпь. С трудом разместилось здесь столько танков. Тесно махинам на тесном поле. Чуть ли не трутся они бортами. Всё больше, всё больше подбитых танков. Кострами пылает поле – то догорают танки. Дым над землёй поднялся, завесой окутал поле. Солнце в чаду, в тумане, словно чадру надело. Не утихает, грохочет битва. Самолёты всё так же в небе. Всё так же не умолкает раскат орудий.
…Клонилось солнце к траве, к закату. Устали люди, земля и небо. А бой всё шёл, всё не кончался. И оставалось пока неясным, кому быть в первых, за кем здесь сила. Но вот над полем пронеслось: отходят «тигры». И вслед за этим как гром: – Победа!
Проиграли фашисты танковое сражение под Прохоровкой. Был восьмой день Курской битвы. «Чёрным днём» назвали его фашисты.
Добрыня
Нечастое имя сейчас Добрыня. Когда-то оно гремело.
В одном из гвардейских полков, незадолго до Курской битвы, принимали бойцы пополнение. Разные люди здесь в пополнении. Кто зелен, молод. В годах другие. Кто из колхоза, кто прибыл с завода, кто из резерва, кто из запаса, каждый третий после ранений, прямо с госпитальной койки.
Разные здесь в пополнении. Кто тёмный, кто светлый. Кто рослый, кто низкий. Кто тонкий, кто плотный.
А вот и ещё один. Гимнастёрка – едва до пояса. Грудь в человеческих три обхвата.
– Добрынин, – солдат представился.
Кто-то сказал:
– Добрыня!
Так и пристало к нему Добрыня. В честь Добрыни Никитича – былинного богатыря.
Запылала Курская битва.
Рвались фашисты на Ольховатку. С севера от Орла пробивали дорогу к Курску. Встретил здесь грудью врага Добрыня. Сотни танков ползли на героев. Оказались бойцы сильнее. Задержали они фашистов.
Потом под Понырями его увидели.
– Братцы, смотри – Добрыня!
Нелегко здесь давалась битва. Не пробились фашисты у Ольховатки. На Поныри тараном стальным обрушились.
Отстоял Поныри Добрыня.
Затем под Обоянью его заметили. Здесь с юга, со стороны Белгорода, наносили по Курску фашисты второй удар. Страшной была здесь битва.
Бьются солдаты, и вдруг:
– Братцы, смотри – Добрыня!
– Да какой вам Добрыня! При чём Добрыня?! Под Понырями, под Ольховаткой сейчас Добрыня. На север от Курска бьётся.
– Да нет же, смотри – Добрыня!
Присмотрелись солдаты: Добрыня, верно.
Не пробились фашисты под Обоянью. Новый рывок – на Прохоровку. Смешались в схватке огонь и люди.
– Смотри – Добрыня! – вдруг слышен голос.
– Какой Добрыня?!
– Да нет же, верно. Смотри – Добрыня!
Сдержали наши напор фашистов. Не подпустили и с юга к Курску. Сдержали, смяли, хребет сломили: и там, где север, и здесь, на юге.
Началось советское контрнаступление. Погнали наши врага на запад. Идут в победном строю солдаты:
– Братцы, смотри – Добрыня!
Смотрят солдаты: и верно – идёт Добрыня. По курской, по русской земле идёт.
Курские соловьи
Побывайте под Курском в мае. Заливаются, щёлкают курские соловьи.
В Курской битве вместе с другими войсками сражались и подразделения гвардейских миномётов. Гвардейские миномёты – это знаменитые «катюши».
В первые дни войны у нас было всего лишь несколько «катюш». В Курской битве принимали участие уже целые части и соединения.
Любили солдаты огонь «катюш». Уважали лихих миномётчиков. Летели снаряды «катюш» с характерным и звонким свистом. Всего милее солдатскому сердцу был этот свист. Вот и прозвали бойцы солдат-миномётчиков курскими соловьями.
Началась Курская битва. Засвистали, защёлкали курские соловьи. Били фашистов в дни наступления. Били и после, когда наши, сдержав фашистов, сами пошли вперёд.
Особенно досталось фашистам от наших «катюш» в боях южнее города Обояни. Здесь, рядом с шоссе, идущим на Обоянь из Белгорода, расположился гвардейский миномётный полк полковника Бондаренко.
Стояли «катюши» в засаде. Ждали команды к бою. Вдоль шоссе на Обоянь наступали фашистские танки. Словно железная стена надвигалась. Нет, казалось, врагу преграды.
Тут и грянул раскат «катюш». Обстрелялись «катюши», откланялись. В грудах металла поле.
Приехал к месту боя командующий.
– Молодцы. Хороша работа. Кто пропел тут фашистам песню? Отвечают ему:
– Курские соловьи.