Юнец не ответил, обводя глазами собравшихся. Потом презрительно выдал:
— Да здесь и некому составить мне конкуренцию!
Я едва не задохнулась от возмущения таким непомерным чувством собственного величия. Решила, что буду молиться великой Тараш, чтобы этот самый Лоран не прошел отбор. Тут мимо пролетело нечто с медными волосами, еще более ядовитого оттенка, чем мои. Несуразный и тощий юноша с длинными ногами и руками, заплетающимися при ходьбе. На курносом веснушчатом носу висели круглые очочки, которые он постоянно судорожно поправлял. Выглядел паренек так комично, что я с трудом подавила улыбку.
— Я не опоздал? Я ведь не опоздал? — приставал он ко всем подряд с взволнованным видом.
На него смотрели снисходительно и насмешливо, никто не спешил удостаивать ответом.
— Он что тоже претендент? — услышала я полный издевки голос Лорана, который не мог не прокомментировать подобное явление. — Это шутка? Он же человек!
— Думаю, не совсем, — подал голос почтительно застывший рядом полуорк. — Я чую в нем примесь другой расы. Кажется, он наполовину дроу.
Лоран фыркнул и покачал головой.
— Не думаю, что эта половина столь уж значительна.
— Вообще не понимаю, как подобных существ сюда допускают, — поддержал его отец, намеренно повышая голос, чтобы рыжий его услышал.
Уже само это заставило меня проникнуться к незадачливому претенденту симпатией. Да еще и то, что он мой собрат по несчастью. Мы с нашими волосами тут смотрелись белыми, точнее, рыжими воронами. Повинуясь безотчетному порыву, я подошла к погрустневшему из-за едких слов парню и улыбнулась.
— Привет. Не переживай, отбор еще не начинали. Вроде бы через несколько минут начнут. Если хочешь, можешь подождать с нами. Моя подруга тоже претендентка.
Веснушчатое лицо озарилось широкой улыбкой, и он закивал. Мы подошли к Шейрис, которая без всяких церемоний протянула ему руку, и когда он робко ее взял, затрясла.
— Я Шейрис Ольбин.
— Кристор Гилмс, — парень смотрел на нее совершенно щенячьими глазами и я не смогла скрыть улыбку. Видно было, как сильно девушка ему понравилась. Хотя они с ним казались полной противоположностью. Уверенная в себе боевая Шейрис и застенчивый паренек. Впрочем, не зря говорят, что противоположности притягиваются.
— Почему ты решил поступить сюда? — в привычной ей бесцеремонной манере спросила девушка.
— Всегда мечтал об этом, — он трогательно покраснел и доверительно добавил: — Если поступлю, отец наконец-то станет мной гордиться.
— Твой отец ведь дроу, да? — вступила в разговор я. Мне было безумно интересно, насколько мы с ним похожи. Точно ли он человек? Пусть даже наполовину.
— Да, и все мои братья тоже.
— А твоя мать? — задала новый бесцеремонный вопрос Шейрис, и глаза Кристора наполнились печалью.
— Она была человеческой ведьмой. Отец ее очень любил, но она рано покинула наш мир. Другие мои братья от темной эльфийки. Я старший в семье.
Представляю, как ему было! Вслух я говорить этого не стала, но преисполнилась к парню еще большей симпатией. Наверняка мачеха ему жизни не давала, а отец, судя по всему, считал разочарованием, раз парню пришлось подобным образом доказывать свою состоятельность.
— Отец с тобой не приехал? — я посмотрела в сторону распахнутых ворот. Может, дроу остался снаружи?
Плечи Кристора поникли.
— Он сказал, что это глупая затея. Уговаривал, чтобы я не позорился.
Послышалось хмыканье Лорана, самым бесцеремонным образом следившего за нашим разговором.
— Да поразит меня Тараш, если отец этого недотепы ошибался!
Кристор вдруг повернул голову в сторону юного дроу, и его глаза сверкнули огненными сполохами. Я тут же решила, что мне это лишь почудилось. Может, солнце так на очках блеснуло.
— Не обращай внимания, — шепнула рыжему и ободряюще сжала его руку. Странно, но с ним сразу почувствовала себя так же комфортно и просто, как с Шейрис. Но едва прикоснувшись к коже Кристора, отдернула ладонь, озадаченно глядя на него. Кожа казалась просто обжигающей, меня даже в пот бросило.
— Прости, — пролепетал он, почему-то смутившись.
— За что? — не поняла я.
— Я не до конца это контролирую…
— Не контролируешь что?..
Ответить он не успел, в этот момент по толпе пробежал рокот голосов. Огромные двухстворчатые двери учебного корпуса распахнулись, и все взгляды устремились к ним. Я, как и все, превратилась в сплошные слух и зрение. Одетые в черные мантии с буквами «ТА», сплетенными в единое целое, на каменную балюстраду замка, с которой вели по меньшей мере два десятка ступеней, вышли преподаватели. Точное количество я бы не смогла сосчитать — от торжественности момента разум мог лишь созерцать, а не анализировать.
Впереди всех оказался высокий, хотя и довольно хрупкий мужчина. Длинные пепельного цвета волосы мягкой пелериной обволакивали его плечи, опускаясь чуть ниже плеч. Лицо одухотворенное, с высоким лбом и тонким прямым носом, чеканными губами и пронзительными сине-зелеными глазами. Такие лица бывают лишь у светлых эльфов. Но смугловатый цвет кожи указывал на примесь крови дроу. Держался он холодно-отстраненно, словно все, что происходит, мало его волновало и он лишь выполнял свой долг.
— Ректор, — услышала я шепот старшего Вильмоса, прозвучавший в наступившей тишине довольно отчетливо. — Ирмерий Старленд. Легендарная личность.
У меня сильнее заколотилось сердце — еще девчонкой я слышала об этом мужчине. Его отцом был бывший король второго темного мира, погибший во время восстания восточных территорий. Матерью — светлая эльфийка благородных кровей, которая после смерти мужа отказалась оставаться на темных территориях и увезла сына на свою родину. В принципе, ее ничто у нас не держало. Королевская власть в темных мирах не передается от отца к сыну. Назначает нового правителя Совет, возглавляемый верховным темным королем. Но Ирмерий, достигнув возраста восемнадцати лет, не пожелал жить праздной жизнью эльфийского аристократа. Он закончил эту же Академию, на подворье которой стою теперь я, а затем покрыл себя славой во время военных баталий. Ему было уже около четырехсот лет, а это давало понять, что он высший. Магическая сила в нем была настолько мощной, что это приводило его противников в трепет. Верховный король предлагал ему даже место в Совете, хоть Ирмерий и полукровка. Впрочем, прославленного героя по-прежнему не интересовала придворная жизнь, и он отказался. Но пятьдесят лет назад после очередной битвы с мятежными племенами оборотней в третьем темном мире Ирмерий утратил интерес к военным баталиям и попросил о месте преподавателя в Темной Академии. Разумеется, тут его приняли с распростертыми объятиями. Что самое странное, преподавал он здесь не боевую магию, в которой ему почти не было равных, а целительство. Лорд Тиар, муж моей покойной покровительницы, не раз говорил об этом и приходил в недоумение. Он считал, что целительство — удел слабаков, неспособных сражаться.
Глядя на этого легендарного мужчину, я напрасно пыталась понять, что заставило его перечеркнуть свою жизнь. К сожалению, ответа на это не знал никто. Или, по крайней мере, он не был известен широким массам.
Другие преподаватели стояли на несколько шагов позади ректора, молчаливо отдавая ему дань уважения. Все они тоже были довольно интересными и колоритными, но мой взгляд не мог долго сосредотачиваться на них, снова и снова обращаясь к Ирмерию. Да что со мной такое? Словно заколдованная, впитывала каждую деталь его внешности и не могла насмотреться. Такое со мной было впервые. Ни один мужчина еще не вызывал во мне столь сильного интереса. Скорее всего, это просто банальное любопытство и восхищение несомненной утонченной красотой этого мужчины. Но меня все равно сильно смущало мое странное состояние.
Мужчина заговорил, и его громкий, но при этом мелодичный голос разнесся поверх голов собравшихся. Я поймала себя на том, что при одном звуке тело мое наполнилось непонятной вибрацией, словно его окутывали теплые волны. Мотнула головой, пытаясь прогнать непонятное ощущение, но это мало помогло. Утешала лишь мысль, что я совсем скоро покину Академию и близость этого великолепного мужчины уже не будет смущать.
Поймала себя на том, что мало что понимаю в том, что он говорит. Вернее, не вслушиваюсь. Сосредотачиваюсь на модуляциях голоса, его глубине, завораживающей напевности. Так, нужно взять себя в руки! Я заставила себя углубиться в понимание произносимых слов. Пусть не сразу, но это все же получилось. Ректор приветствовал собравшихся, сделал короткий экскурс в историю Темной Академии и напомнил о том, какая большая честь — учиться в ее стенах. Его слушали, затаив дыхание. Похоже, не только я попала под сшибающее с ног обаяние этого мужчины.
— Все вы знаете о великих сущностях — духах-хранителях этих стен. Вот уже на протяжении двух тысяч лет, с тех пор как была основана Темная Академия, они незримо обитают здесь. Помогают адептам познать себя: свои физические и духовные возможности, научиться их контролировать. Только после того, как четырехлетний курс обучения закончится и адепты соберутся покинуть навсегда свою альма-матер, они сочтут свой долг выполненным. Также помните, что в случае отчисления духу-хранителю придется покинуть избранника раньше срока, и тот лишится возможности до конца познать свою силу. Конечно, никто не помешает ему прийти к познанию себя собственным путем, но процесс этот будет долгим и в большинстве случаев не таким успешным. О правилах, существующих в Академии, адептам расскажут их кураторы уже после зачисления сюда. Сейчас же напомню о том, какие факультеты могут избрать себе наши адепты соответственно своим внутренним устремлениям. Факультет целительства, которым управляю лично я, позволит овладеть способностью направлять свою энергию на исцеление ран и оказание медицинской помощи традиционными и нетрадиционными методами. Факультет теоретической и прикладной магии готовит государственных чиновников, ученых, преподавателей, практикующих магов. Прошу любить и жаловать его декана — Дориану Лендр.